Методы социологического исследования семейного поведения 4

Методы социологического исследования семейного поведения (2 3 4 5)

          Часть 4

          2. Хочется оттянуть момент смерти.
          3. Боюсь неизвестности после смерти.
          4. Не хочется расставаться со своими родными и близкими.
          5. Лучше жить болея, чем не жить вовсе.
          6. Надеюсь дожить до времени, когда медицина найдет средства от всех моих болезней.
          «Если же Вы не хотите прожить как можно дольше, то какие причины заставляют Вас не стремиться к этому? (Также выберите не более трех причин):
          1. Не хочу в старости быть обузой своим родным и близким.
          2. Боюсь остаться одиноким.
          3. Не хочу быть беспомощным.
          4. Не хочу пережить своих родных и близких.
          5. Ради продления жизни не хочу себя ни в чем ограничить.
          6. Лучше умереть, чем мучиться от болезней.
          Для контроля ответов на эти закрытые вопросы обычно предлагают написать подробнее, с чем еще может быть связано Ваше желание. Следует отметить, что проведение исследований на рабочих местах в рабочее время (а так именно и было при сборе материалов сектором социологии здоровья Института социологии) не способствует стремлению респондентов к рассказу о своих проблемах, тем более, если анкета написана на неродном языке. В качестве дополнительного контроля можно задать следующий вопрос: «Если Вам хотелось бы жить как можно дольше, то для того, чтобы (отметьте не более трех утверждений):
          1. Достичь высокого материального благополучия».
          2. Как можно дольше пользоваться достигнутым в жизни.
          3. Лучше обеспечить своих близких.
          4. Полностью воспользоваться всеми положенными с возрастом правами и льготами.
          5. Занять почетное положение долгожителя.
          6. Завершить дело всей моей жизни.

          7. Увидеть, какое положение в обществе займут мои дети [Все приведенные на этих страницах методики взяты из анкеты «Здоровье населения», разработанной под руководством А.И. Антонова в 1985 году в Институте социологических исследований АН СССР для проведения опросов в России и в католических регионах Западной Украины и в Литве (было опрошено свыше 1000 чел.)].
          ПРАКТИКУМ. Мотивы самосохранительного поведения, как и всякого социального поведения, в т.ч. семейного, подразделяются на три вида. Предлагается определить, какие из приведенных выше индикаторов относятся к экономическим, социальным и психологическим. Для курсовой работы на тему «Семья и мотивы самосохранительного поведения» следует прочитать три классические литературные работы и выписать оттуда разновидности мотивации, произведя типологизацию внутри каждого из трех видов мотивов. Вот эти литературные произведения: Лев Толстой. Смерть Ивана Ильича; Александр Солженицын. Раковый корпус; Михаил Зощенко. Повесть о разуме. Дополнительно следует использовать книги: Илья Мечников. Этюды оптимизма и Ю.Л. Бессмертный. Жизнь и смерть в средние века.
          Обычно анкеты содержат целый комплекс вопросов о состоянии здоровья, в целях контроля эти вопросы объединяются в различные группы, образующие систему индексов, характеризующих те или иные аспекты здоровья или отсутствия его. В целом подобная система самооценок достаточно надежно фиксирует особенности здоровья респондентов, позволяя подразделить их на две полярные группы: считающих, что здоровье и продолжительность жизни зависят от усилий самого человека или же от внешних обстоятельств. Вот формулировка основного вопроса: «Как Вы считаете, что в наибольшей степени влияет на здоровье и продолжительность жизни человека?» (нужно выбрать только один ответ): 1 – условия жизни, 2 – усилия самого человека, 3 – наследственность, 4 – трудно сказать. Первые социологические исследования, проведенные в этом направлении, обнаружили необычайно высокий процент людей, которые вообще не считают нужным заботиться о своем здоровье (30%), причем ожидаемые сроки жизни у них в среднем намного ниже заботящихся о здоровье – 71 против 79 лет! Любопытно, что и возраст наступления старости они занижают до 67 лет, тогда как предпринимающие усилия по сохранению здоровья относят его к 76 годам.
          Анализ самооценок обнаружил, что среди заботящихся о здоровье в 2 с лишним раза больше женщин, считающих, что сроки жизни зависят от самого человека. Они предпринимают больше усилий по сохранению своего здоровья (имеют меньше вредных привычек, меньше заболеваний и патологии разного рода), т.е. для них характерно более осторожное, самосохранительное поведение. Это подтверждается также итогами тестирования по шкале тревожности, связанной со смертью. Чем выше индекс тревожности, тем больше усилий по самосохранению, тем чувствительнее человек к сигналам опасности и угроз разного рода.
          В танатологии к настоящему времени накоплен целый арсенал подобных шкал, из которых наиболее распространенными оказались шкала страха смерти Сэрнофа и Корвина (1959), Бойара (1964), Лестера (1966 и 1969), шкала тревожности смерти Хэндала, Толэра и Резникова (1967 и 1969), Темплера (1969), шкала Нельсонов (1975) и серия шкал Холера и Спилка – 1970 (5 шкал: отсутствия страха смерти, чувствительности к смерти, страха самого процесса умирания, осознания смысла смерти, невозможности контроля смерти и отсутствие опыта смерти, а также 8 шкал, построенных по принципу незавершенных высказываний и выясняющих отношение к смерти, как к боли, переживаемой в одиночку, как к вознаграждению после жизни, как к чему-то неизвестному, безразличие к смерти, смерть как возможность показать свое мужество, смерть как прощание с зависимостью и греховностью, смерть как полный крах и смерть как естественный конец жизни) (Clinical and Social Psychology. Vol. 1. Eds. D. Mangen & W.Peterson. University of Minnesota Press. 1982. Ch. 7. P. 365-380).
          В первых исследованиях, проведенных у нас в стране, применялся адаптированный в пилотажных экспериментах вариант шкалы смертельной тревожности американского психолога Дональда Темплера (Death Anxiety / A Volume in MSS Series on Attitudes Toward Death / N.Y. 1973. P. 101-132). Шкала состоит из 15 утверждений, шесть из которых ложные (№№ 3, 6,8, 10, 13, 15):
          1. Я гоню мысли о возможности подвергнуться хирургической операции.
          2. Я боюсь мучительной смерти.
          3. Я безболезненно реагирую на перспективу заболеть раком.
          4. Я часто думаю о том, как скоротечна жизнь.
          5. Мне становится страшно, когда я слышу разговоры о III мировой войне.
          6. Я чувствую, что будущее мне ничем не угрожает.
          7. Я очень боюсь смерти.
          8. Мысли о смерти редко посещают меня.
          9. Меня пугает возможность внезапных сердечных приступов.
          10. У меня отсутствуют мысли о смерти.
          11. Меня ужасает вид мертвеца.
          12. Я часто страдаю оттого, что время летит слишком быстро.
          13. Я не боюсь умереть.
          14. Мысль о бессмертии волнует меня.
          15. Я спокойно воспринимаю разговоры о смерти.
          При заполнении бланка испытуемый должен дать ответ да или нет, причем каждый утвердительный ответ на истинное утверждение и каждый отрицательный ответ на ложное суждение оценивается 1 баллом (остальные ответы – 0). Диапазон возможных ответов – от 0 до 15 баллов. Диагностированные клиницистами больные при проверке на валидность в среднем дали 11,62 балла, а в контрольной группе тревожность составила 6,77. В исследованиях Темплера было найдено, что тревожность смерти (ТС) не зависит от возраста и этнической принадлежности и связана с полом и религиозностью.
          Тестирование среди 197 сотрудников и студентов МГУ в возрасте от 15 до 82 лет (121 женщина и 76 мужчин) дало среднюю по выборке ТС – 7,30. При этом наименьшее значение ТС получено среди холостяков-мужчин – 5,06, а наибольшее среди тех, кто имел в прошлом тяжелое заболевание и в момент опроса нетяжело болен – 9,31 (у тяжело болевших в прошлом и болеющих в момент опроса – 8,44). Как и ожидалось, ТС женщин было намного больше, чем у мужчин: соответственно – 8,01 и 6,08. Различие между холостыми мужчинами и женщинами намного больше, чем между семейными мужчинами и женщинами, соответственно ТС – 5,06 и 7,84, 7,15 и 8,23. Интересно, что рост разницы между несемейными происходит за счет резкого падения ТС мужчин-холостяков (и на это не влияет возраст, поскольку все различия по возрастным группам не выходят за пределы средней ТС по выборке в целом). У семейных мужчин ТС также резко повышается и, таким образом, влияние семейного фактора оказывается вновь столь мощным, что перекрывает гендер-ное влияние.
          Измерения общей тревожности и степени интроверсии по адаптированному тесту Айзенка (79 женщин и 54 мужчины) также дало интересные результаты: оказалось, что значительное повышение ТС в сравнении со средней по выборке величиной характерно для холериков (8,70) и меланхоликов (8,50). Существенное снижение от средней ТС присуще сангвиникам (6,06) и флегматикам (6,38), у которых, по определению, низкая общая тревожность. Высокая общая тревожность холериков и меланхоликов привела к росту ТС. Таким образом, сильная прямая связь между общей и смертельной тревожностью говорит о ведущей роли их в усилении «осторожного», самосохранительного поведения, свойственного женщинам, прежде всего замужним и имеющим детей.
          Эта особенность проявляется и при изучении мотивации: желание жить дольше, связанное со стремлением «увидеть, какое положение займут в обществе мои дети», сильнее было у женщин (49%), чем у мужчин (33%). К этому примыкает и «желание получше обеспечить своих детей», отмеченное 33% женщин и 22% мужчин (по данным исследований во Львове и Черновцах). Когда смыслом жизни становится нечто такое, что оказывается в пределах личных возможностей и, вместе с тем, растянутым почти на всю жизнь (а таково воспитание детей в семье), тогда от степени близости к этому центру могут формироваться те или иные линии самосохранительного поведения. Наследие культуры прошлых эпох до сих пор проявляется в том, что женщина-мать умеет распределять свои жизненные силы на всем протяжении жизненного цикла семьи, соизмеряя свое дыхание и ритм сердца с пульсом своих детей. Более заметная (пока еще) у мужчин внесемейная направленность ведет к тому, будто программу жизни составляет один человек, а расплачивается за нее после 50 лет как бы другой.

          КЛЮЧЕВЫЕ ТЕРМИНЫ
          Бесплодие – неспособность к зачатию, вынашиванию и рождению живого ребенка
          Блок диспозиционного определения 14 репродуктивных ситуаций, проблемные и рутинные ситуации, их разновидности
          Брачный рынок, потенциал брачности
          Дискурсы жизни и смерти.
          Диспозиционная регуляция семейного поведения, система диспозиций (потребности, ситуации образа жизни семьи, диспозиция МЫ – блок определения ситуаций, средств реализации потребностей), результаты поведения
          Идеальное, желаемое и ожидаемое число детей
          Иерархия потребностей: потребности в социальном, психологическом и физиологическом сохранении ЭГО
          Измерение интеракций родители – дети
          Измерение самосохранительных установок и мотивов
          Индекс степени удовлетворения потребности в детях
          Индексы отношений к срокам жизни
          Индексы фамилизма и социализации
          Коэффициенты ассоциации
          Метод дифференциации по эталонам
          Методика измерения репродуктивных норм, установок детности и потребности в детях с помощью СД
          Методики измерения репродуктивной мотивации
          Методы измерения репродуктивных установок
          Методы шкалограммного анализа мотивов
          Механизм принятия семейных решений – рациональный аспект определения ситуаций
          Модель промежуточных переменных
          Мотивы вступления в брак
          Мотивы многодетности и малодетности
          Объекты оценивания
          Пирамида потребностей по А. Маслоу
          Показатели предпочитаемого числа детей
          Показатели экзистенциальной мотивации
          Плодовитость брака – биологическая способность пары (мужа и жены) к зачатию и живорождению
          Полнота репродуктивного цикла
          Потребность в детях как итог интернализации, усвоения репродуктивных норм
          Потребность в детях – социально-психологическое свойство социализированного индивида, проявляющееся в том, что без наличия детей и подобающего их числа индивид испытывает затруднения в своей самоактуализации
          Правило гомогамии
          Проводники социализации
          Профили установок и таблицы величин дифференциации
          Репродуктивные нормы – детерминированные социумом принципы и образцы подобающего поведения относительно рождения числа и пола детей, интервалов между рождениями и т.п., принятые в тех социальных группах, к которым принадлежит или хотел бы принадлежать индивид
          Репродуктивное поведение – система действий и отношений, опосредуюших рождение определенного числа детей в семье (и вне брака)
          Репродуктивный процесс – последовательность репродуктивных событий на протяжении жизненного цикла семьи (личности) как результат совместного влияния социокультурных норм и биологических факторов плодовитости
          Репродуктивные мотивы – психические состояния, побуждающие к достижению разного рода личных целей через рождение определенного числа детей
          Репродуктивные установки и мотивы – эмпирические индикаторы или референты потребности в детях
          Репродуктивные установки – психические состояния (готовности) личности, обусловливающие взаимную согласованность разного рода действий, характеризующихся положительным или отрицательным отношением к рождению определенного числа детей
          Репродуктивный цикл – повторяющаяся последовательность трех репродуктивных событий (коитус, зачатие, роды)
          Самосохранительное (экзистенциальное) поведение – система действий и отношений, обусловливающая состояние здоровья и срок жизни индивида
          Семейное поведение – система действий и отношений по осуществлению супружества – родительства – родства; общий термин для брачного, бракоразводного, репродуктивного, социализационного (родительского) и самосохранительного видов социального поведения
          Семейная танатология СД как вид контент-анализа
          Социализационное или родительское поведение – система действий и отношений, определяющая в процессе содержания и воспитания детей степень их социальной компетентности
          Социальные нормы малодетности, среднедетности, многодетности
          Система диспозиций репродуктивного поведения
          Систематизация факторов удовлетворенности браком
          Стерильность как вид бесплодия
          Теории и типы совместимости потребностей супругов
          Техника семантического дифференциала СД
          Типы депривации
          Три составные части брачного поведения: добрачное или предбрачное, супружеское и бракоразводное (предразводное и послеразводное)
          Уровни системы потребностей (биологические, безопасности, принадлежности, уважения, самоактуализации, самотрансценденции).
          Виды потребностей по отдельным уровням
          Удовлетворенность браком, стабильность брака, успешное супружество
          Уровни ситуаций брачного поведения
          Установки детности – установки на число рождений, на интервалы между рождениями, на пол ребенка, на усыновление (удочерение)
          Установки на предупреждение и прерывание беременности, на отказ от контрацепции и применение ее (контрацептивные установки), на искусственное прерывание беременности или отказ от него
          Факторный и диспозиционный подходы к изучению стабильности брака
          Факторы шкал – оценка, сила, активность
          Формула дистанции
          Шаблоны и линии репродуктивного поведения
          Шкалы любви и симпатии
          Шкалы антонимов
          Шкала Темплера
          Экономические, социальные и психологические мотивы рождения детей

         


          ЛИТЕРАТУРА
          Акофф Р., Эмери Ф. О целеустремленных системах. М., 1974.
          Антонов А.И., Медков В.М. Второй ребенок. М., 1987.
          Арьес Ф. Человек перед лицом смерти. М., 1992.
          Белова В.А. Число детей в семье. М., 1975. В книге обобщен опыт статистики мнений о числе детей на материалах всесоюзных исследований.
          Бернс Р. Развитие Я-концепции и воспитание. М., 1986.
          Бессмертный Ю.Л. Жизнь и смерть в средние века. М.,1991.
          Борисов В.А. Желаемое число детей в российских семьях, по данным микропереписи населения России 1994 года (итоги расчета по всем регионам России среднего желаемого и ожидаемого числа детей в семье // Вестник МГУ. Серия 18. Социология и политология.1997. № 2 (этот номер – тематический, так же как и следующий № 3, посвящен проблематике изменений современной семьи и основан на результатах исследований студентов, аспирантов и сотрудников кафедры социологии семьи и демографии социологического факультета МГУ им. М. В. Ломоносова).
          Голод С.И. Стабильность семьи. Л., 1984.
          Демичев А. Дискурсы смерти (Введение в философскую танатологию). СПб., 1997.
          Зощенко М. Повесть о разуме. М., 1976.
          Козелецкий Ю. Психологическая теория решений. М., 1974. В книге описан альтернативный поведенческому подход к структурированию механизма принятия решений индивидом. В отдельных разделах имеются примеры анализа самосохранительного поведения в терминах риска, добровольного и принудительного, вероятности смерти в зависимости от различий образа жизни.
          Кроник А., Кроник Е. В главных ролях Вы, Мы, Он, Ты, Я. Психология значимых отношений. М., 1989. Прекрасная книга по содержанию и манере изложения, с подробным описанием методик измерения внутрисупружеских интеракций и приемов анализа межличностных восприятий супругами друг друга.
          Кузьмин А.И. Семья на Урале (демографические аспекты выбора жизненного пути). 1993. Одна из немногих книг в области социологической демографии и социологии семьи, где анализируются данные исследований установок на сроки жизни, а также итоги изучения репродуктивного поведения семьи.
          Методические программы и методики исследований брака и семьи. Отв. ред. М.С. Мацковский. М.: ИСИ АН СССР, 1986.
          Мечников И. Этюды оптимизма. М., 1964.
          Ольшанский В.Б. Практическая психология для учителей. М., 1994. Книга шире своего названия, написана превосходным языком, читается с интересом, это одно из лучших пособий по социальной психологии, ее проблемам и методам.
          Поршнев Б.Ф. Контрсуггестия и история // История и психология. М.,1971.
          Рапопорт С.О системе норм семейного поведения // Молодая семья. М., 1977. В статье дан образец анализа семейного поведения в духе социального символизма, в контексте культурологической оппозиции «свое – чужое».
          Рязанцев С. Танатология (учение о смерти). СПб., 1994.

          Семья на пороге третьего тысячелетия. Ред. А.И. Антонов, М.С. Мацковский, Дж. Мэддок, М. Хоган. М., 1995. В книге приведено много данных по сравнению особенностей брачного поведения в России и США.
          Столин В.В. Самосознание личности. МГУ, 1983. В книге, обобщающей опыт социально-психологических исследований, множество данных, относящихся к изучению семьи и семейного общения, изложена техника оценки по СД степени включенности в Я разных объектов и определения личностных смыслов Я.
          Солженицын А. Раковый корпус. Библиотека НМ. М 1990
          Харчев А.Г., Мацковский М.С. Современная семья и ее проблемы. М.,1978.
          Чуйко Л.В. Браки и разводы. М., 1975. Описаны методы расчета притяжения брачных партнеров, методики изучения установок на пол ребенка.
          Ядов В.А. Социологическое исследование. М. 1995.
          Fisher W. The Soviet Marriage Market. N.Y., 1980.
          Osgood Ch., Suci G., Tannenbaum P. The Measurement of Meaning. 1957. (См. также перевод одной из глав этой книги в: «Семиотика и искусствометрия». М., 1972).







         







         







         





          Глава 6
          СОЦИОМЕТРИЯ
          СУПРУЖЕСКОЙ СОВМЕСТИМОСТИ И СЕМЕЙНЫХ ОТНОШЕНИЙ
          Несовместимость, если речь идет о супружеских парах, означает общность вкусов, особенно вкуса к главенству.
          Амброз Бирс «Словарь Сатаны»
          Не в совокупности ищи единства, но более – в единообразии разделения... Ибо если они не сходятся в теории вероятности, то сходятся в неопрятности.
          Козьма Прутков
          6.1. Социологический подход к изучению взаимоотношений в семье.
          6.2. Исследование супружеской совместимости на основе межличностного восприятия семейных ролей.
          6.3. Измерение сходства и различий ролевых представлений супругов посредством техники «семантического дифференциала» (СД).
          6.4. Тест измерения ролевой совместимости супругов (ТИРС).
          6.5. Принципы разработки компьютерных вариантов ТИРС.

          КРАТКОЕ СОДЕРЖАНИЕ ГЛАВЫ
          Наименование данной главы начинается со слова «социометрия», которое означает социологическое измерение семейных взаимоотношений вообще. Оно используется здесь не в смысле социометрии эмоциональных предпочтений, симпатий и антипатий. Существует много подходов и методик исследования межличностных отношений в семье, большинство из них, по сути своей, – психологические методики. Однако возможно в рамках микросоциологии семьи сугубо социологическое выявление и фиксирование сетей внутрисемейного общения. Предложенный А.И. Антоновым в 1970 г. метод изучения взаимных представлений супругов о семейных ролях на основе техники семантического дифференциала СД ориентирован на действительно социологическое исследование супружеской совместимости или сплоченности. Межличностные, эмоционально окрашенные отношения супругов выясняются не путем измерения семейной психодинамики в какой-либо метафорической системе координат (типа трансактной символики родитель – взрослый – ребенок либо интерпретации супружеского общения в терминах межличных интеракций типа няня – ребенок, начальник – подчиненный и т.д.), а посредством измерения различий в восприятии мужем и женой одних и тех же социокультурных ролей отец – мать, муж – жена, мужчина – женщина. Индивидуальное своеобразие Я каждого из супругов при включении в это Я общезначимых в данной культуре семейных ролей проявляется в вариации величин дифференциала Д, характеризующих степень идентификации супругами этих ролей. Тест измерения ролевой совместимости супругов (ТИРС) построен на сопоставлении ролевых самооценок каждого из супругов (например, Я – отец и Я – мать) с оценками этой включенности другим супругом (Он – отец, Она – мать). Значимые различия между самооценкой и оценкой включенности в роль другим супругом (Я – отец, Он – отец) интерпретируются как показатель фактического исполнения данной роли. Самооценка идентификации с той или иной семейной ролью одним из супругов считается подтвержденной, если величина Д другого супруга равна или ниже Д – первого. Если она выше самооценки, то считается неподтвержденной. Когда большинство ролевых самооценок каждого из супругов подтверждено оценками другого, такая пара считается совместимой по сходству представлений о ролях и ролевых обязанностях и по фактическому исполнению ролей. В главе обсуждаются различные конфигурации подтверждений и неподтверждений на основе опыта тестирования более 1000 супружеских пар, а также содержатся принципы разработки компьютерных вариантов ТИРС.

          6.1. СОЦИОЛОГИЧЕСКИЙ ПОДХОД К ИЗУЧЕНИЮ ВЗАИМООТНО-ШЕНИЙ В СЕМЬЕ
          В микросоциологии семьи задача изучения семейных взаимоотношений решается с помощью социально-психологических методов, но не сводится к сугубо психологическому анализу семьи как разновидности малой группы. Становление и разрушение семейного единства, общности, сплоченности на всех стадиях семейного цикла жизни, функционирование чувства семейного МЫ как центра семейного образа жизни, анализ специфики взаимоотношений родителей и детей, братьев и сестер, мужей и жен, членов семьи с микросредой родства – вот главные направления микросоциологического исследования.
          В основе социологического подхода к семейным отношениям находится интерес к конфигурациям ролевых взаимодействий. Социальная структура в процессе модернизации изменяет социальные роли и взаимосвязи между ними, что затрагивает и семейные роли. Микросоциология семьи фиксирует динамику межличностных отношений в семье, обусловленную трансформацией семейных ролей. В отличие от психологии, сосредоточенной в основном на анализе эмоциональных отношений семьи в контексте стабильности семьи, социология семьи сфокусирована на ролевой структуре и на ее взаимодействии с системой межличностных контактов.
          Психолога интересуют, прежде всего, межличностные роли, процессы межличностного восприятия и аттракции членов семьи. Социолог же относится к межличностным взаимоотношениям как к фону, раскрывающему через специфику семейного лада и конфликта особенности интеграции «родительства – супружества – родства». Степень согласованности семейных ролей (родительских – супружеских – родственных) и степень их нормативной дистанцированности от внесемейных ролей – вот фокус социологического интереса также в плане методологии и методики исследования. Как измерять авторитет родителей и социализированность детей в отношениях родители – дети; как исследовать доминирование в диадных отношениях супругов и в семейном общении, в паттернах межпоколенных интеракций; каковы социометрические приемы получения данных о межличностной конфликтности супружеских отношений в связи с гендерной противоречивостью семейных и профессиональных ролей мужей и жен – эти вопросы наиболее актуальны сегодня.
          Огромное количество методик и процедур, разработанных в социологии и психологии, посвящено тем или иным аспектам социологического измерения семьи, однако систематизация этой обширной исследовательской техники в пределах социологического подхода не завершена.
          Обычно взаимоотношения родства исследуются с помощью инструментария, фиксирующего структуры родственного общения (вовлеченность в родственные интеракции, частоту контактов, родственную солидарность). При этом используются индексы ориентированности на родство и расширенную семью, шкалы фамилизма, взаимопомощи и поддержки, предпочитаемого территориального расселения родственников, показатели качества взаимоотношений (индекс сплоченности – конфликтности, значимость расширенной семьи как референтной группы).
          Приведем пример шкалы фамилизма:
          1. Как Вы думаете, следует ли платить детям моложе 16 лет за их работу в своей семье?
          2. Как Вы считаете, должны ли работающие дети моложе 21 года и живущие в семье отдавать всю зарплату родителям?
          3. Кому следует ухаживать за престарелыми родителями – их детям или правительству?
          4. Если Ваши родители не советуют жениться на девушке, которую Вы выбрали, женитесь ли Вы на ней?
          5. Следует ли детям, создавшим собственную семью, жить вместе с их родителями?
          6. Как Вы думаете, можно ли вступать в брак с человеком другой религиозной веры?
          7. Можно ли заключать брак с человеком другой национальности?
          8. Могли бы Вы сделать своего сына партнером Вашей фирмы?
          9. Понравится ли Вам намерение Вашего сына пойти по Вашим профессиональным стопам?
          10. Следует ли советоваться по важным семейным вопросам с близкими родственниками (дядей, тетей, двоюродным братом или сестрой) (Journal of Marriage and the Family. 1979. 32. P. 143-150).
          Методики исследования взаимоотношений родителей и детей также необычайно многообразны и построены в основном на прямых вопросах и их комбинациях либо на суждениях проективного или прямого действия. Вот некоторые направления измерений: нормативная и функциональная солидарность и интеграция, сходство и различие ценностей, межличностное восприятие потенциальной поддержки со стороны членов семьи, качества взаимодействий в семье (чувства тесноты, близости, понимания, коммуникации, доверия и уважения к себе от других и к другим в семье, частота общения между членами семьи). Вот одна из шкал по интеракциям родителей и детей (по каждому из пунктов следует отметить частоту взаимодействия – почти никогда, один раз в год, несколько раз в году, каждый месяц, неделю):
          1. Отдых и рекреация вне дома (кино, пикники, путешествия, плавание, охота и т. д.).
          2. Короткие визиты.
          3. Семейные торжества и праздничные обеды, на которых собирается вся семья.
          4. Небольшие семейные праздники в связи с днями рождения и годовщинами.
          5. Совместные обсуждения важных проблем.
          6. Религиозная активность любого типа.
          7. Сочинение писем.
          8. Совместные обеды
          9. Общение по телефону.
          10. Обмен подарками.
          11. Разного рода помощь родителей детям.
          12. Помощь детей родителям (Parent-Child Relations. Chapter 4 in: Clinical and Social Psychology. Minneapolis, 1982. P. 155).

          6.2. ИССЛЕДОВАНИЕ СУПРУЖЕСКОЙ СОВМЕСТИМОСТИ НА ОСНОВЕ МЕЖЛИЧНОСТНОГО ВОСПРИЯТИЯ СЕМЕЙНЫХ РОЛЕЙ
          Чрезвычайно большое количество шкал, тестов и методик создано для фиксации состояния взаимоотношений в супружеской диаде. Помимо массы индексов супружеского счастья и удовлетворенности браком, имеются вопросники по выявлению степени супружеской адаптации и взаимного приспособления (Mangen D. Dyadic Relations. Clinical and Social Psychology. P. 89-114). Одной из первых методик брачной совместимости является предложенная Эрнстом Берджессом и его ассистентами анкета, состоящая из 36 прямых вопросов и «паспортички». По итогам ответов подсчитывался балл приспособленности, и затем диада попадала в одну из 9 групп (Handbook of Research Design and Social Measurement. Ed. Miller D. Sage Publications. 1983. P. 490-498). Из-за ограниченного объема данного учебного пособия эта анкета не приводится. Но подобного типа вопросников сейчас много и у нас. Для всех этих опросов характерны комбинирование нескольких вопросов на одну тему и вычисление средних значений разного рода индексов супружеской удовлетворенности или адаптированности.
          В зависимости от популярности тех или иных теорий в каждую исследовательскую эпоху меняются критерии брачной приспособленности и соответственно изменяется содержание задаваемых вопросов. Если же используются тесты, то смена теорий сказывается на интерпретации данных. Однако нельзя не признать, что до сих пор нет в техническом отношении столь же простой и удобной процедуры по измерению супружеских взаимоотношений, как, например, социометрическая техника. Ее неприменимость к семье обусловлена тем, что супруги уже выбрали друг друга, а дети лишены такой свободы выбора самим фактом своего рождения. Конечно, можно видоизменить форму социометрического выбора для измерения внутрисемейных связей, придумать какие-то новые критерии выбора или какие-то гипотетические ситуации, в которых выбор членами семьи друг друга окажется достаточно разумным и реалистическим. Тем не менее, ортодоксальная социометрия выбора людей в группе по степени симпатии – антипатии (Moreno J. Who Shall Survive. N.Y., 1934.; Moreno J. et al. The Sociometry Reader. Free Press, 1959), эмоциональных предпочтений в семье неосуществима.
          Поэтому в психологии предпринято много интересных попыток создания принципиально новых подходов к измерению семейных и супружеских взаимоотношений, которые со временем смогут быть использованы в социологии семьи. Но эти новые тесты не решают задач, стоящих перед социологическим измерением степени совпадения ролевых и межличностных структур семейного общения. В качестве методики такого рода в 1970 г. А.И. Антоновым был предложен способ изучения совместимости супругов по сходству их взаимных представлений о выполнении каждым своих социокультурных семейных ролей (Антонов А.И. Измерение сходства представлений супругов о внутрисемейных ролях друг друга // Теоретические и прикладные проблемы психологии познания людьми друг друга. Краснодар, 1975). Эта методика прошла хорошую проверку в ряде пилотажных исследований нескольких сотен пар, полученные с ее помощью результаты коррелируют с данными некоторых сходных процедур. Различные аспекты методики разработаны с помощью студентов психологического, социологического и философского факультетов МГУ (с 1972 по 1993 гг. было защищено по этой теме несколько десятков дипломных работ).
          Для измерения супружеских отношений методом опроса в связи с неизбежностью неконтролируемых взаимодействий в системе СН-УН-ОН (см. гл. 3) лучше отказаться от прямых вопросов. Как уже отмечалось, техника СД наилучшим образом отвечает требованиям проективных процедур. Включенность в Я различных социальных феноменов, которой придается огромная роль в микросоциологии семьи и в социальной психологии, находит в технике СД свое воплощение через измерение степени идентификации Я с теми или иными объектами социального мира. Вариативность величин Д между Я и идентифицируемыми с ЭГО объектами отражает специфику индивидуального восприятия. Отсюда как бы само собой напрашивается применение метода включения в Я на основе СД к области взаимоотношений супругов. При этом следует учесть, что специфика целей социологии семьи по изучению межличностной динамики предполагает особое внимание к социокультурным ролям родительства – супружества – родства.
          Таким образом, реализация идеи измерения степени включенности в Я семейных ролей на первых порах сталкивается лишь с техническими проблемами, поскольку отдельные блоки этой измерительной процедуры активно эксплуатируются и имеют признанную в социальной психологии содержательную интерпретацию. Сопоставление с Я релевантных (уместных) семейному образу жизни объектов говорит о значении, придаваемом личностью данному аспекту семейного бытия. При работе с СД выясняется, что для выявления личностных смыслов вовсе не обязательно знать, что именно представляют собой Я и сопоставляемый с ним объект. Техника СД безразлична к абсолютному, трансцендентному смыслу оцениваемых объектов – важно различие в оценках. Умелое оперирование этими различиями может помочь узнать о личности и семье и обо всем что угодно больше, чем попытки непосредственного проникновения в глубинную суть той же личности.
          Сопоставляя с Я семейные роли отца, жены, сестры, внука и т.д., получаем самооценку собственного исполнительского мастерства в той или иной роли. Давая для оценки одни и те же объекты-роли всем членам семьи, можно узнать характеристики межличностного восприятия этих ролей. При определенных условиях (о которых пойдет речь ниже) взаимные индикаторы межличностных восприятий оказываются показателями фактического исполнения тех или иных ролей членами семьи. Привлечение диспозиционного дискурса позволяет понять, что чем больше включена в Я какая-либо семейная роль, тем сильнее идентификация Я с этой ролью. Это значит, что человек, решая задачу выбора действий, говорит себе: «Я это сделаю потому, что как отец я не могу не сделать этого, иначе перестану уважать себя и стану кем-то другим, а не самим собой, т.е. Я буду уже не Я». Сцепленность с Я роли отца делает невозможным для отдельного индивида представить свое Я вне этой роли. Отсюда все определения самых различных семейных ситуаций производятся не с позиции какого-либо абстрактного Я или красавца-холостяка, а с точки зрения отца. Описанный сейчас социально-психологический механизм раскрывает суть определения ситуаций, резко отличающуюся от рационального выбора лучшей и
из альтернатив, с тем уточнением, что Я идентифицирует себя с несколькими ролями и принимаемая стратегия поведения диктуется интегральным Я, каким-то образом соединяющим, согласующим все свои наиболее значимые роли (семейные и внесемейные). При преобладании персонифицированных ролей семейного толка следует ожидать от Я просемейных решений и определений. При перевесе ролей противоположного толка многие семейные ситуации будут оцениваться совсем другим Я, отстраненным от всего, характерного для семьянина.
          Какие семейные роли следует отбирать для их межличностного восприятия супругами? Прежде всего, родительские «отец – мать» и супружеские «муж – жена». Роли родства при измерении супружеских взаимоотношений неуместны, тогда как в исследовании семейных отношений в целом они обязательны. Поскольку по степени идентификации ролей с Я имеется возможность оценить фактическое исполнение семейных ролей супругами, требуется дополнить названные четыре роли другими. В языке и речевом обиходе утвердилась и существует прочно социальная роль «семьянина», не имеющая эквивалента женского рода. Это обязано, по-видимому, более тесной сопричастности семейных ролей функции женщины в культуре. В нынешние времена женщина уже не так жестко соединена с миром семьи, тем не менее, это обстоятельство еще не нашло своего лингвистического воплощения. Поэтому пришлось к социокультурной роли «семьянина» придумать женский синоним. Методом проб и ошибок была отобрана, и не очень удачно, роль «хозяйки», имеющая несколько иной смысл, чем слово «семьянин». Словосочетание «домашняя хозяйка» было отвергнуто, т.к. слишком близко к негативно оцениваемому в общественном мнении домашнему труду, к слову «домработница». Хозяйка в этом смысле – более широкое понятие, удаленное от нежелательной, негативной оценки.
          Еще одна роль «главы семьи» была данью времени – активно обсуждавшейся в печати, в быту проблеме лидерства в семье женщины и неопределенностью этой роли для мужчины, особенно в городских условиях. Кстати говоря, эта роль включалась во все переписи населения (кроме последней), и потому население имело опыт интерпретации главенства в семье в контексте инструкций статистического ведомства. К тому же роль «главы семьи» была удобна также тем, что прекрасно подходила с гендерной точки зрения.
          Поскольку для супружеских взаимоотношений важен аспект, относящийся к сексуальному поведению, в методику были включены роли мужчины – женщины. Они позволяли, с одной стороны, определить, в какой мере муж и жена идентифицируют себя и своего супруга с этой половой ролью, в какой мере сохраняют привлекательность друг для друга, что важно знать для супругов со стажем. С другой стороны, перевес значимости этих гендерных ролей над родительскими (или наоборот) мог служить одной из характеристик брачного альянса. Таким образом, во избежание увеличения объема бланка опроса и для сокращения времени на его заполнение были отобраны роли мужа – жены, матери – отца, главы семьи, семьянина – хозяйки, мужчины – женщины. Дополнительно, в целях осуществления их оценки по степени идентификации, вводились слова Я и словосочетания «мой муж» для жен и «моя жена» для мужей. В экспериментальных опросах использовались также слова ОН – ОНА, как бы заменяющие названные словосочетания. Однако была обнаружена их неприемлемость в качестве заменителей – нацеленность описываемой здесь методики на измерение совместимости супругов требовала конкретной оценки каждого супруга (а объекты «он – она» эту цель не удовлетворяли).
          Объекты «мой – я – муж – жена» были наиболее уязвимыми в том отношении, что требовали конкретной оценки по шкалам СД своего брачно-семейного партнера. Следовательно, сразу же повышались требования к отбору шкал: они должны были быть совершенно нейтральны и снять всякий намек на прямую оценку личности. Данная задача, строго говоря, принципиально неразрешима, т.к. техника СД основана на оценке и без этого лишается смысла. Но такая техника многократного и не «лобового» оценивания завуалирована некоторой неопределенностью антонимов. Поэтому возможен подбор нейтральных шкал для оценки личности. Кстати говоря, процедура определения отношения респондента к самому себе и к окружающим людям по шкалам СД близка, по сути своей, мореновской социометрии.
          Следует отметить, что, оценивая себя или своего супруга, допустим по шкале «быстрое – медленное», респондент может буквально понять эту процедуру и соразмерять все с быстротой реакции, или с походкой, либо с быстротой восхождения по социальной лестнице – не имеет значения, какой конкретно смысл вкладывается человеком, когда он оценивает себя как нечто, скорее, быстрое, чем медленное. Что бы под этим ни понималось – оно всегда правильно с субъективной точки зрения. Важно другое: различие в оценках по этой шкале между сопоставляемыми объектами. Именно поиск подобных различий и составляет суть метода включения в Я (самого респондента и в Я образ его супруга) тех или иных семейных ролей.
          Для привлечения к исследованию тех респондентов, которые в силу активности их защитных мотивов во всем видят угрозу своему Я, Ч. Осгуд и его коллеги применяли завуалированную систему градаций шкалы – не 3-2-1 –0-1 –2-3, а 1-2-3-4-5-6-7, где четко не обозначен 0, рубеж перехода от «быстрого» к «медленному». Тем не менее, и при этой системе неизбежны случаи «глухой защиты», т. е. не прямого отказа от тестирования, а ухода «закомплексованных» респондентов в нули (когда по всем шкалам и по всем объектам оценки ставятся 0 или 4).
          Какие же отобрать шкалы для измерения степени идентификации личности с набором семейных ролей? Прежде всего, надо представить все три осгудовских фактора оценки, силы и активности. Каждый из них должен быть представлен несколькими шкалами для взаимного контроля и получения более надежных данных. Средние величины Д любого объекта по трем факторам дают три его координаты в осгудовской геометрии пространства. Опыт исследований показал, что лучше всего представлять каждый фактор двумя шкалами, т.к. оценка по 9 шкалам (без учета отвлекающих внимание) и по 10 объектам увеличивает время на заполнение теста и трудоемкость этой работы.
          По фактору активности в большинстве наших исследований использовалась уже упомянутая шкала «быстрое – медленное», а также «активное – пассивное». Такие шкалы, как «громкое – тихое», «острое – тупое», «трудолюбивое – ленивое», «возбужденное – спокойное» и др. могли вызвать прямые ассоциации с психологическими особенностями респондентов и были потому забракованы. Фактор оценки представлен не обычно применяемыми шкалами «доброе – злое», «полезное – вредное», «дорогое – дешевое», «чистое – грязное», «умное – глупое», «правдивое – лживое» и т.п. (явно оценочными по отношению к конкретным людям), а теми, которые разные авторы относят к каждому из трех факторов, т.к. явно как бы не подходят к любому из них. Это шкалы «светлое – темное» и «теплое – холодное», коррелирующие с «хорошим» и «плохим» и являющиеся более нейтральными по отношению к оцениваемым семейным ролям. К фактору «силы» были отнесены «сильное – слабое» и «твердое – мягкое» (отвергнуты по итогам экспериментальных испытаний «тяжелое – легкое», «толстое – тонкое», «полное – пустое», «большое – маленькое», «мужское – женское» и другие шкалы, вызывающие нежелательные ассоциации с семейными ролями).
          При отработке методики в пилотажных замерах учитывался еще один фактор «привычности», открытый Дж. Нюнелли и представляемый шкалами «простое – сложное», «новое – старое», «ясное – запутанное» и т.д. (Nunnally J. Introduction to Psychological Measurement. N. Y. – London, 1970. P. 440). Большинство из них не имеет характера антонимов ни в английском языке, ни в русском (обычное – необычное, знакомое – незнакомое и др.). Эти шкалы не проявили себя с лучшей стороны по сравнению с отобранными 6-ю шкалами и были исключены из методики.

          6.3. ИЗМЕРЕНИЕ СХОДСТВА И РАЗЛИЧИЙ РОЛЕВЫХ ПРЕДСТАВ-ЛЕНИЙ СУПРУГОВ ПОСРЕДСТВОМ ТЕХНИКИ «СЕМАНТИЧЕСКОГО ДИФФЕРЕНЦИАЛА» (СД)
          В культуре семейные роли укоренились весьма глубоко, и поэтому каждое вступление в брак заставляет участников вновь образованного союза примеривать на себя роли мужа – жены, вступать вольно-невольно в ролевое общение. В зависимости от индивидуальных особенностей каждого исполнение семейных ролей может существенно отличаться от подобающего образца. Однако сценарий ролевой игры супругов на первой и последующих стадиях семейного цикла как бы предопределен режиссером – культурой, жизнью. Стиль исполнения ролей может видоизменяться актерами супружеской драмы, но не бесконечно, а в пределах пьесы, давно написанной предшествующими семейными поколениями. Интернализация собственных ролей и ролей другого супруга, степень идентификации каждого из супругов с этими ролями является важной характеристикой ролевого поведения личности и супружеской пары в целом.
          Степень принятия своих семейных ролей – индикатор не только эффективности их усвоения, но и показатель успеха, ролевого поведения индивида. Сумеешь справиться со своей ролью – значит, найдешь общий язык с другим, также успешно интернализующим свои роли. Первое условие осуществления ролевых игр в семье – четко усвоить свою роль. Но это условие непременно включает в себя и учет реакции других людей на собственное поведение. А это в свою очередь активизирует механизм ролевого общения и взаимодействия по тем правилам, которые описываются в теории ролей. Исполнение ролей предполагает принятие ролей другого, т.е. у каждого участника есть образ другого, представление о его ролях. При непосредственном общении включается механизм межличностного восприятия, индивидуального определения семейных ситуаций взаимодействия, и тут важно совпадение представлений супругов о выполняемых ими ролях. Чем больше зона совпадения, чем больше «поле» согласованного в этом смысле взаимодействия, тем больше взаимопонимания и совместимости.
          На этой основе (признанной многими социально-психологическими концепциями) и строится методика супружеской совместимости. Каждый супруг должен оценить свои роли по степени включения их в Я и роли своего супруга по браку. Здесь излагается суть теста, вопрос о том, как создается первичный бланк теста, пока остается в стороне, но в общих чертах можно сказать, что по описанным выше 10 объектам оценивания с помощью упомянутых 6 шкал производится одновременная процедура заполнения бланков мужа и жены. Какие затем осуществляются по СД сопоставления, – этому, собственно, и посвящено последующее изложение.
          Самооценки мужей и жен о собственном исполнении ролей определяются по сопоставлению Я с каждой из них в отдельности. Например, Я – муж, Я – отец, Я – семьянин и т.д. Точно так же следует поступить с самооценками жен. Таким образом, формируется два набора самооценок – 5 мужа и 5 жены. Психологический анализ ограничивается рассмотрением величин Д по отдельной супружеской паре. При социологическом исследовании интерес сосредоточен на данных по группе опрошенных пар в целом. Так, в нашем пилотажном исследовании 40 молодых семей студентов и аспирантов МГУ со стажем брака 1,5 года и при среднем возрасте мужей 26,9 и жен 23,6 года самооценки ролевого поведения в семье распределились так:
          САМООЦЕНКИ МУЖЕЙ
          1. Я – глава семьи 1,77
          2. Я – мужчина 1,78
          3. Я – семьянин 1,81
          4. Я – муж 1,94
          5. Я – отец 2,20 САМООЦЕНКИ ЖЕН
          11. Я – женщина 2,07
          12. Я – жена 2,14
          13. Я – хозяйка 2,21
          14. Я – глава семьи 2,28
          15. Я – мать 2,36
          Для социолога важно отметить, что родительские роли оказались в иерархии семейных ролей на последнем месте и у жен и у мужей. Идентификация с ролями отца и матери в только что созданных семьях, как видно, еще низка и связана с отсутствием детей в большинстве опрошенных семей. Только в 20 из них имеется ребенок, и только в половине семей он живет вместе со своими родителями. Судя по величинам Д все самооценки и мужей и жен не являются завышенными, они достаточно реалистичны, т.е. далеки от 0 – границы полной включенности в Я семейных ролей и чрезвычайно далеки от 14,0 – границы полной отстраненности от них. Далее работа с самооценками позволяет не только их проранжировать, но и увидеть, например, большую в сравнении с мужьями самокритичность жен, т. к. у них величины Д колеблются от 2,07 до 2,36, а у мужей только одна самооценка отца выше 2,0, остальные 1,77-1,94. Бросаются в глаза особая значимость для мужей роли главы семьи и безразличие к этому у женщин.
          Однако методика супружеской совместимости для полноты картины не может ограничиться самооценками исполнения ролей. Кстати говоря, слово «самооценка» здесь употребляется не для характеристики Я, а для самооценки себя в какой-то семейной роли. Необходимо знать, как оценивается каждым из супругов брачный партнер.
          ОЦЕНКИ МУЖЬЯМИ ЖЕН
          6. Моя жена – жена 1,41
          7. Моя жена – женщина 1,80
          8. Моя жена – хозяйка 1,94
          9. Моя жена – мать 1,99
          10. Моя жена – глава семьи 2,32 ОЦЕНКИ ЖЕНАМИ МУЖЕЙ
          16. Мой муж – муж 1,25
          17. Мой муж – мужчина 1,82
          18. Мой муж – отец 1,82
          19. Мой муж – семьянин 1,92
          20. Мой муж – глава семьи 2,13
          Оценки другого супруга также интересны для анализа сами по себе – во-первых, сразу видно по величинам Д, что жены менее критично относятся к мужьям, чем к себе, у них 4 оценки ниже 2,0. Во-вторых, при сравнении с оценками жен со стороны мужей оценки мужей опять же выглядят чуточку менее критично. Оценки жен мужьями в сравнении с их самооценками почти такие же по трем ролям, по роли жены они менее суровы, чем их самооценки роли мужа, и по роли главы мужья чрезвычайно придирчивы к своим женам. Другими словами, мужья не считают жену главой семьи и видят в этой роли только себя, хотя жена им очень нравится как жена, даже больше, чем женщина. Жены также не видят мужей главами семей, но еще больше самих себя, они вовсе не притязают на лидерство.
          Введем еще один элемент в анализ 20 оценок – степень подтверждения самооценки какой-либо роли со стороны другого супруга. Совершенно конвенционально примем следующее положение как аксиому – при сопоставлении самооценки одного супруга с оценкой его в этой роли другим супругом будем считать оценку другого единственным и непреложным критерием фактического исполнения роли. Данная методика вся построена на «субъективных» оценках, поэтому единственная возможность как-то определить, насколько прав человек в самооценке самого себя, заключается в оценке, даваемой другим супругом, пусть даже неверной. В этой книге уже многократно отмечалось, что социологическое измерение зиждется на выявлении различий. Поэтому и при анализе взаимных представлений супругов следует сосредоточиться опять же на поиске различий в их восприятии друг друга. И если это искомое различие фиксируется, то неважно, кто из супругов заблуждается, а кто нет. Может быть, они заблуждаются оба, пусть, ведь имеет значение лишь факт самого различия или его отсутствие.
          Если различие налицо, и оно существенно, тогда можно констатировать неподтверждение самооценки одного супруга другим. И наоборот, если нет никакого различия, то самооценка подтверждается полностью: это значит, что есть сходство представлений, восприятий, есть одинаковое определение семейных ситуаций. При этом не имеет значения, что взаимопонимание базируется на иллюзиях, – важно, что оно существует и реально влияет на благополучный «климат» супружеского союза. Устранить эти иллюзии часто означает разрушить брак, хотя искусство психотерапевта в том и состоит, чтобы приблизить сконструированную супругами реальность семьи к адаптивному взаимодействию с окружающей средой.

          6.4. ТЕСТ ИЗМЕРЕНИЯ РОЛЕВОЙ СОВМЕСТИМОСТИ СУПРУГОВ (ТИРС)
          Рассмотрим, как в нашем примере обстоит дело с подтверждением самооценок (для упрощения изложения будут употребляться номера самооценок и оценок другого). Итак, три первые самооценки мужей (№№ 1-2-3) меньше по величине Д оценок жен 1,77, 1,78 и 1,81, т. к. оценки этих ролей женами (№№ 20-17-19) больше соответственно 2,13 –1,82 –1,92. Однако неподтвержденными оказываются лишь самооценки №№ 1 и 3, тогда как самооценка № 2, хотя и меньше на 0,04, но это значение статистически не значимо. Значимость определяется по отношению к среднему значению разности величин Д, рассчитываемых отдельно по подтвержденным и неподтвержденным самооценкам в соответствии с процедурой установления доверительных границ значений Д. Самооценки Я – муж 1,94 и Я – отец 2,20 подтверждены, т.к. оценки, данные женой. Мой муж – муж 1,25 и Мой муж – отец 1,82 намного ниже по величине.
          Все самооценки жены оказались подтвержденными, даже роль главы семьи (из-за незначимости различия 0,04). В целом по выборке молодых семей только 2 из 10 самооценок супругов не подтверждены, и можно думать, что процесс адаптации к семейным ролям происходит достаточно успешно, хотя опасность таится в притязаниях мужей на роль главы семьи и в их неготовности к роли семьянина.
          Вот данные по одной из семей (первая цифра – самооценка, вторая – оценка супругом, и знак + означает подтверждение самооценки):
          1. Я – женщина 6,8 6,0 + Я – мужчина 3,6 5,5 –
          2. Я – жена 3,6 6,0 – Я – муж 3,5 5,1 –
          3. Я – мать 3,2 4,2 – Я – отец 3,9 5,9 –
          4. Я – хозяйка 3,2 3,3 + Я – семьянин 2,5 5,4 –
          5. Я – глава семьи 3,5 4,4 – Я – глава семьи 3,8 5,7 –
          Все самооценки мужа не подтверждены, и больше половины самооценок жены также завышены. На стадии формирования семьи после рождения первенца это часто встречается. Повторные замеры через 3 и 5 месяцев обнаружили подтверждение 3-х самооценок жены, в т. ч. по роли матери, и 4-х самооценок мужа. Следует заметить, что по величине Д, далеко отстоящей от 0, и даже 1,0 – границы полной идентификации с ролями и прекрасного исполнения семейных ролей данная семья далека от идеала. Но в ней привлекают самокритичность и, как говорится, здоровый критицизм в отношении супруга – семья в стадии становления, еще не все идет гладко, и низкие оценки исполнения ролей (но – высокие величины Д) реалистичны. Последующие исследования продемонстрировали повышение оценок приспособленности супругов к семейным ролям (диапазон оценок женой мужа варьирует уже от 2,5 до 5,0 и оценок мужем жены от 1,7 до 4,8).
          Проведенные затем такого же рода испытания, но в широких выборочных исследованиях показали преобладание подтверждения самооценок лишь одного из супругов, взаимное подтверждение всех самооценок практически не встречается, очень редко 9 и 8, чаше всего 5 и 6-ти. В соответствии с принятой традицией такой алгоритм отношений можно именовать формулой взаимной и односторонней любви, особенно если подтверждаются роли мужчины – женщины и мужа – жены. Интересно, что в выпущенной в 1987 г. книге А. Журавлева, где большое место отведено анализу любовной лирики с помощью техники СД и уравнений математической логики показал сходные алгоритмы: односторонней, или безответной, любви («он любит ее, а она его нет – истории этой уж тысячу лет, она его любит, а он ее нет, и длится все это тысячу лет») и взаимной любви (счастлив тот, кто любит и любим), а также переходные конструкции, уравнения гармонии и неравноценности (Журавлев А. Диалог с компьютером. М., 1987. Глава «Синтаксис любви»).
          Таким образом, формула взаимной любви по одной или по нескольким ролям выражается тенденцией занижать собственные самооценки и завышать оценки своего партнера по супружеству. Формула односторонней любви (когда Адам любит Еву больше, чем она его, и наоборот) описывает ситуацию большинства семей, когда занижение самооценок и завышение другого свойственно лишь кому-то одному из супружеской пары и в принципе этого оказывается достаточно для устойчивости семейного корабля. Вышеописанная методика в связи с этим может именоваться тестом измерения ролевой совместимости супругов ТИРС. Она позволяет по числу подтвержденных самооценок из 10 выделить несколько групп семей по степени сплоченности – конфликтности взаимоотношений.
          1. Сверхсплоченные 10 подтвержденных и 0 – неподтвержденных самооценок
          2. Сплоченные 9-8 подтвержденных и 1-2 – неподтвержденных самооценок
          3. Устойчивые 7-6 подтвержденных и 3-4 – неподтвержденных самооценок
          4. Конфликтные 5-3 подтвержденных и 5-7 – неподтвержденных самооценок
          5. Сверхконфликтные 2-0 подтвержденных и 8-10 – неподтвержденных самооценок
          Обычно все сплоченные семьи объединяются в одну группу, ибо ясно, что сверхсплоченных бывает всегда маловато. Соответственно поступают и с конфликтными парами, тогда вся выборка разбивается на три группы. Контроль методики ТИРС по другим вопросам о состоянии взаимоотношений или же по степени угадывания установок друг друга показывает валидность методики.
          В уже упоминавшемся исследовании «Вильнюс-76» оказалось по методике ТИРС сплоченных семей 47 и конфликтных 53 (из общего числа 191).
          Таблица 6.1. ТИП СПЛОЧЕННОСТИ СЕМЬИ, ЛЮБОВЬ И ДЕТИ (%)
          Тип сплоченности Фактическое число детей МЫ любим друг друга
          0 1 2 3
          1. Сверхконфликтные – 60,0 40,0 – 40,0
          2. Конфликтные – 58,2 41,9 – 54,9
          3. Удовлетворительные 1,7 35,7 59,3 3,3 53,9
          4. Сплоченные 2,5 25,3 61,1 11,1 66,7
          5. Сверхсплоченные – 42,9 57,1 – 85,7
          Источник. Семья и дети / Под ред. А.И. Антонова. М., 1982. С. 32.

          Среди трехдетных семей вообще не оказалось конфликтных. В сплоченных семьях в 2 раза реже отмечается суждение «мы недовольны друг другом, но стремимся помогать другому» и в 1,5-2 раза ответ «мы часто недовольны друг другом и не помогаем друг другу». Утверждение «нас связывает только привычка» не отмечено в сверхсплоченных семьях, а в сверхконфликтных встречается в 3 с лишним раза чаще, чем в остальных. В связи с тем, что притязания на главенство в семье играют для брака разрушительную роль, было решено мужские и женские самооценки этой роли, а также оценки другого супруга в этой роли сопоставить с группами по сплоченности. (См. табл. 6.2.)





          Таблица 6.2.
          ТИП ЛИДЕРСТВА В СЕМЬЯХ С РАЗНОЙ СПЛОЧЕННОСТЬЮ –«ВИЛЬНЮС-76» (чем ниже величина Д, тем значимее тип лидерства)
          Тип лидерства Степень сплоченности
          1 2 3 4 5
          Жена: Я – глава семьи 3,87 5,11 4,99 4,77 6,03
          Моя жена – глава семьи 5,66 4,85 4,10 3,42 3,26
          Муж: Я – глава семьи 4,02 4,12 3,95 4,34 5,06
          Мой муж – глава семьи 7,60 5,80 4,02 3,15 3,16
          Источник: А.И. Антонов, В.М. Медков. Второй ребенок. М.,1987. С. 133.
          В сплоченных семьях не только жены, но и мужья не признают за собой лидерства и отводят эту роль другому. Противоположное положение наблюдается в конфликтных семьях, где мужья и жены не признают лидерства за другим. В исследовании «Москва-78» было одновременно протестировано 83 супружеские пары, из них 50 сплоченных, 18 – конфликтных и 15 – удовлетворительных.
          Таблица 6.3.
          ТИП ЛИДЕРСТВА И СПЛОЧЕННОСТЬ СЕМЬИ («Москва-78»)
          Тип сплоченности Тип лидерства (ГС – глава семьи)
          Муж – ГС Не Я – ГС Жена – ГС Я-ГС
          Сплоченные семьи (50 семей) 16 23 9 2
          Удовлетворительные семьи (15) 7 4 1 3
          Конфликтные семьи (18) 8 0 5 5

          Из таблицы 6.3. (Антонов А.И., Медков В.М. Второй ребенок. М., 1987. С. 135) видно, что тенденция считать не себя, а другого лидером семьи (Не Я – глава семьи) присуща сплоченным семьям и совершенно отсутствует в конфликтных семьях. Для сплоченных семей характерна также доминирующая роль мужа в семье. В наименьшей степени способствует сплочению семьи лидерство типа «жена – глава семьи», и наиболее разрушительным для семьи являете»? утверждение «Я – глава семьи», когда каждый из супругов притязает на единоличное лидерство. Для контроля данных о влиянии типа лидерства на степень сплоченности семьи опрашивались 22 разводящиеся пары. Оказалось, что «Я – глава» отмечается у 45% разводящихся и у 13% неразводящихся (из 78 пар), тогда как «Не Я – глава» у 9% разводящихся против 37% неразводящихся. Лидером семьи считается жена среди 31% разводящихся и 18% неразводящихся, тогда как лидерство мужа отмечают 13% разводящихся и 32% неразводящихся. Подобное выявление Я – ориентации и Не-Я ориентации производилось и по остальным 4 ролям. В целом по ним Я – ориентация характерна для 53% пар разводящихся и не-Я – среди 5% пар. Эти показатели в стабильных семьях составили 13% и 38%. Главенство мужа в различных сферах отмечалось среди 32% стабильных пар и 13% разводящихся (при равенстве ориентации на лидерство жены). Таким образом, для достижения сплоченности семьи ценнее просемейные ориентации мужа на внутрисемейные виды деятельности и ориентации на лидерство мужа.
          Интересно, что сравнение фактических установок на желаемое и ожидаемое число детей одного из супругов и догадок об этом другого обнаружило примерно одинаковое число угадываний и у мужей и у жен. Однако оно было наиболее высоким по ожидаемому всего числу детей (64%) и низким по желаемому (29% у жен и 38% у мужей), причем среди точно угаданных установок в 2 раза больше супругов из сплоченных семей, чем из конфликтных.

          6.5. ПРИНЦИПЫ РАЗРАБОТКИ КОМПЬЮТЕРНЫХ ВАРИАНТОВ ТИРС
          Опыт, накопленный при исследованиях методом ТИРС, убедил не только в возможности его использования в полевых опросах разного рода, но и в понятности техники СД для людей из разных слоев общества и имеющих даже не очень высокий уровень образования. В связи с этим, а также по причине все более широкого распространения социальной помощи семьям и популярности психотерапии возникла идея разработки компьютерного варианта теста ТИРС для применения в работе семейных и брачных консультаций, в бюро знакомств и т.п.
          Предполагалось, что на этапе первичной диагностики супружеских взаимоотношений данные методики ТИРС позволят наметить конкретные пути дальнейшей работы с супругами, а также помогут в процессе терапии фиксировать в индексах СД ход психотерапевтического воздействия, изображать графически с помощью профилей сходство – различие супружеских восприятий семейных ролей и других объектов, характеризующих качество взаимоотношений.
          К тому же техника СД дает возможность изобразить геометрически, в трехмерном семантико-символическом пространстве взаимосвязь личностных смыслов и интерпретаций семейных ситуаций. Классическим примером такой геометрии является изображение Ч. Осгудом и его коллегами одного случая заболевания, когда изменение состояния больной четко фиксировалось индексами Д и рисунками, по которым видно, как у «Евы Черной» (стадия болезни, поступление в клинику) девиантная идентификация с различными объектами жизненной ситуации в ходе лечения постепенно заменяется на социально приемлемое включение в Я «Евы Белой» (стадия выздоровления) тех же объектов, что символизирует нормативное исполнение семейных и внесемейных ролей.
          Идея компьютерного варианта ТИРС предполагает такое считывание заполненных бланков мужа и жены, когда по каждой семейной роли учитывается дифференциация ответов супругов и когда компьютер дает характеристику зафиксированного алгоритма взаимодействия. Сопоставляя ответы мужа и жены по каждой шкале, компьютер рассчитывает интегральную самооценку каждого из супругов и оценку исполнения роли другим супругом. Зафиксированное подтверждение или неподтверждение исполнения ролей выдергивает из потенциального набора характеристик для каждой ситуации соответствующий текст. Набор текстов по 6 ролям (добавлены роли «жених – невеста» для тех, кто не состоит в браке, хотя для супругов это оказалось дополнительным контролем на совместимость представлений), выполняемым мужем и женой, содержит диагноз состояния супружеских взаимоотношений на момент замера, заполнения теста.
          В Приложении № 6,1. приведен образец распечатки, выдаваемой компьютером каждой супружеской паре (или паре, выступающей в роли жениха и невесты). Вначале приводятся 24 индекса, разбитых на 4 группы по 6 индексов. В первой группе индексов в первом столбце слева даны самооценки мужа (сверху вниз – жених, мужчина, глава семьи). Во втором столбце даны оценки исполнения этих ролей с точки зрения жены). Третий и четвертый столбцы – это аналогичные самооценки жены и оценки ее, данные мужем (вторая группа индексов). В пятом столбце идут сверху вниз индексы самооценок ролей мужа, отца и семьянина, соответственно в шестом столбце оценки этих ролей женой и в седьмом и восьмом столбцах – самооценки жены, матери и хозяйки и оценки этих ролей мужем. Далее в распечатке дается текст по сферам ролевого внутрисемейного общения (кроме ролей жениха – невесты, поскольку в приложении описан случай супружеской пары). В заключение приводится интегральная характеристика – диагноз состояния супружеских отношений по всем сферам ролевого взаимодействия (следует отметить, что текст привязан к особенностям конкурса, проведенного газетой «Семья» на «лучшую семью года» (См. № 49, 7-13 дек. 1992 г.).
          Каким образом разрабатывались тексты по оценке исполнения семейных ролей? Например, как осуществлялась эта процедура при характеристике алгоритма «Я – отец, Мой муж – отец; Я – мать. Моя жена – мать»? Во-первых, по результатам пилотажных исследований частоты абсолютных значений дифференциалов были выделены 3 группы наиболее распространенных значений: А (от 0 до 1,40), Б (от 1,41 до 2,38) и В (от 2,39 и выше).
          При этом чисто конвенционально было принято, что все самооценки и соответствующие им оценки супругом, попадающие в одну и ту же группу А, Б или В, считаются ПОДТВЕРЖДЕННЫМИ. Если же самооценка находится в группе А, а оценка другим супругом находится в группе Б или В, то эта ситуация означает НЕПОДТВЕРЖДЕНИЕ. Следует различать разновидности неподтверждения: неподтверждение типа А-Б именуется диссонансом представлений, а неподтверждение типа А-В (как более сильное) называется конфликтом представлений. Данная классификация неподтверждений скрывает еще одну разновидность, которая по итогам пилотажных исследований была зафиксирована, но из-за малой частоты распространения оказалась исключенной из рассмотрения.
          Возьмем группу А – в ее пределах возможны различные ситуации неподтверждения. Если отбросить значения Д ниже 0,6 как редко встречающиеся, то самооценки в диапазоне, допустим, 0,60-1,20 могут не подтверждаться оценками 0,75-1,40, но будут считаться по нашему условию подтвержденными. На самом деле, опыт работы с сотнями семей показал, что ситуации резкого несходства представлений в пределах внутригруппового диапазона крайне редки и ими можно пренебречь. При анализе данных по семьям, участвовавшим в газетном конкурсе, применялась процедура просмотра социологом компьютерной распечатки каждой семьи перед отправкой адресату. Случаев подобного неподтверждения было крайне мало, чуть больше оказалось ситуаций иного плана – связанных с фактическим подтверждением самооценки на границе перехода от А к Б (значения 1,30-1,40 могут подтверждаться оценками 1,41-1,61) и от Б к В (значения 2,20-2,38 могут подтверждаться оценками 2,39-2,58). Во всех вышеуказанных случаях компьютер выдавал неадекватные тексты, которые заменялись результатами эксклюзивного анализа, т.е. все заранее обусловленные несуразности находились под контролем.
          На следующем этапе разработки компьютерного варианта ТИРС по каждой самооценке ролей мужа и жены выделялось 9 комбинаций совпадений-расхождений взаимных представлений супругов. В группе А возможны следующие комбинации: А-А + подтверждение, А-Б – неподтверждение, диссонанс представлений, А-В – неподтверждение, конфликт представлений. И так по всем группам: 1 – А-А, 2 – А-Б, 3 – А-В, 4 – Б-А, 5 – Б-Б, 6 – Б-В, 7 – В-А, 8 – В-Б, 9 – В-В. Ситуаиия № 9 – самая сложная, здесь подтверждением считается различие 0,30 и ниже для величин Д = 2,39-3,39 (если различие выше 0,3, тогда это уже неподтверждение), различие 0,40 и ниже – для величин 3,40 – 5,00, различие 0,50 и ниже – для Д = 5,01 и выше. Затем для подтверждений одного уровня – А=А, Б=Б, В=В (до уровня Д = 3,40 более высокие значения Д говорят не только о скромности самооценок и требовательности другого супруга, но и о сходстве взглядов по поводу неудовлетворительного выполнения ролей) делаются психологические заготовки, констатирующие: а) совпадение представлений, сходство восприятий, ролевое взаимопонимание и б) согласованное ролевое взаимодействие, успешное играние (принятие и выполнение) ролей.
          Для подтверждений второго уровня Б-А, В-Б и А составляются тексты, подчеркивающие наибольшую глубину взаимопонимания и наивысшую эффективность ролевых интеракций (разумеется с учетом специфики отдельных семейных ролей). Точно так же разрабатываются тексты по неподтвержденным самооценкам. Неподтверждение А-Б и Б-В характеризует диссонанс взаимных представлений, тогда как А-В означает конфликт восприятий (сюда же относятся различия Б-В выше значения Д = 0,4 и значения выше Д = 1,5 в случае В=В).
          В основу разработки текстов относительно нюансов супружеского взаимодействия были положены общепсихологические концепции межличностного общения. Большое значение для этой работы имели конкретные характеристики множества ситуаций общения, приведенные в книге А. и Е. Кроник (в главах 5 и 6).
          Результаты исследования около 1000 супружеских пар свидетельствуют об успехе методики ТИРС в определении наиболее сплоченных и счастливых супружеств и семей (а это более трудная задача, чем выявление конфликтных и распадающихся семей и супружеских пар).
          Принципиальное отличие компьютерного теста ТИРС от всех остальных тестов на супружескую совместимость состоит в том, что супружеские пары не подгоняются под заранее составленные классификации семей (включающие, как правило, 10, 20 или 30 типов семей в зависимости от числа баллов, полученных при ответе на вопросы теста). Методика ТИРС построена на считывании разности, дифференциации ответов мужа и жены по каждой шкале СД и на психологической интерпретации интегральных оценок семейных ролей по всем применявшимся шкалам. Полученные интегральные оценки тех или иных ролей «вытягивают» из банка текстовых ярлыков, хранящихся в памяти компьютера, те описания, которые соответствуют полученным значениям дифференциалов.
          В связи с ограниченным объемом данного издания на этих страницах нет возможности подробно изложить всю технологию разработки теста ТИРС в компьютерном варианте. Тем не менее, краткое описание методики ТИРС показывает, что она способна зафиксировать стабильные и предразводные семейные состояния, позволяя в выборочных исследованиях типологизировать семьи по степени сплоченности – конфликтности и тем самым определить влияние психологического климата на те или иные результаты семейного поведения.
          Приложение 6.1.
          ОБРАЗЕЦ РАСПЕЧАТКИ ТЕКСТА КОМПЬЮТЕРОМ КИСА
          (компьютерные индексы семейной атмосферы) на основе методики ТИРС, по данным одной из пар, участвовавших в конкурсе на лучшую семью года
          ДОРОГИЕ ДРУЗЬЯ!
          Вы правильно заполнили бланки теста. Ваши данные обработаны, и «температура» Ваших взаимоотношений зашифрована в нижеследующих индексах, комбинация которых уникальна и абсолютно не похожа на то, что встречается в тысячах других семей.
          2,54 0,70 + 4,12 1,73 + 2,12 2,17 + 3,20 1,22 +
          3,77 1,65 + 3,35 1,58 + 1,00 2,87 – 3,57 4,03 +
          2,29 0,70 + 3,24 4,55 – 1,65 1,50 + 3,60 1,58 +

          Познакомьтесь с результатами компьютерного анализа Ваших фактических взаимоотношений в настоящее время, с определением стиля Вашего семейного общения в важнейших сферах семейной жизни. Надеемся, что Вы сможете учесть отмеченные негативные тенденции и приложите обоюдные усилия для сохранения многого из того, что сейчас Вас объединяет.

          СФЕРА СУПРУЖЕСКОГО ОБЩЕНИЯ
          Вы удачная пара с высокими показателями психологического взаимодействия. Замечательно, что жена восхищается открытостью и коммуникабельностью мужа, который, чувствуя это, иногда отрывается от реальности, играя, скорее, роль жениха, нежели мужа.
          СФЕРА ВЗАИМНОЙ ДОПОЛНИТЕЛЬНОСТИ МУЖСКОГО И ЖЕНСКОГО НАЧАЛ
          Вы привлекательны друг для друга, у Вас прекрасная склонность придавать наибольшее значение не своим вкусам, а в первую очередь, достоинствам своей половины. Помните: все, что у Вас есть, – итог взаимных приспособлений, собственной самокритичности и умения ощущать ценность близкого человека, поэтому не полагайтесь на инерцию.
          СФЕРА ЛИДЕРСТВА И ДОМИНИРОВАНИЯ
          Согласие по мужскому лидерству у Вас высокое, Вы обладаете сдержанностью и реалистическим подходом к семейным ситуациям. Жене удается стратегия «не Я, а Он глава семьи», крайне важная для устойчивости брака и семьи. Но где-то она иногда переигрывает, и ей надо чаще брать на себя инициативу, особенно в тех ситуациях, где муж поступает противоречиво или неопределенно, тогда и он оценит это.
          СФЕРА РОДИТЕЛЬСКИХ ФУНКЦИЙ
          Здесь у Вас сложное положение,

Методы социологического исследования семейного поведения (2 3 4 5)



[Комментировать]