Психология семьи

Психология семьи (2 3 4 5 6 7 8)

          Психология семьи. (Серия «Психология семейных отношений»). ХРЕСТО-МАТИЯ. Редактор-составитель – Д. Я. Райгородский. Учебное пособие для факультетов психологии, социологии, экономики и журналистики. – Самара: Издательский Дом «БАХРАХ-М». 2002. –752 с.

          Расширяющийся круг проблем российской семьи, кризис семьи в России рассматривается в книге с точки зрения психологических функций семьи, в «момент», когда происходит смена традиционной, авторитарной модели российской семьи на эгалитарную.
          В этой ситуации в межличностных отношениях выделяются компоненты, обеспечивающие психологическую солидарность: интимность (близость), кооперация (взаимопомощь) и когнитивное согласие (взаимопонимание). Но все это происходит при адекватной полоролевой дифференциации («роль мужа» – «роль жены»).


          ВМЕСТО ПРЕДИСЛОВИЯ
          В.И. Зацепин
          БРАК И СЕМЬЯ (Молодая семья. Киев. 1991), ЧТО ТАКОЕ БРАК. КАК И ПОЧЕМУ ОН ВОЗНИК?
          Термины «брак» и «семья» как в обыденной речи, так и в научных публикациях находятся обычно рядом, что, действительно, правомерно, поскольку реальности, обозначаемые этими терминами, тесно взаимосвязаны. Однако брак и семья – не одно и то же, это не тождественные, а скорее пересекающиеся понятия, ведь семья может существовать без брака, а брак – без семьи.
          Брак–это общественное установление, учреждение или, как говорят юристы и социологи, особый общественный институт, особая форма общественного устройства, наряду, например, с государством как особым институтом для регулирования отношений между его гражданами, наряду с институтом собственности и т.д. Брак – это исторически обусловленная, санкционированная и регулируемая обществом форма отношений между полами, между мужчиной и женщиной, устанавливающая их права и обязанности по отношению друг к другу и к детям, своему потомству. Иными словами, брак – это традиционное средство формирования семьи и общественного контроля за ней, одно из орудий, путей, способов самосохранения и развития общества. Брачная форма регулирования отношений между представителями различных половых групп появилась не сразу. В глубочайшей древности при формировании человека, на первых стадиях процесса превращения обезьяньего стада в человеческое общество отношения между людьми, в том числе и между полами, регулировались только биологическими импульсами, потребностями. В это время в половое общение могли вступать друг с другом все члены общества, данного рода, то есть кровные родственники: братья с сестрами, родители со своими детьми и т.д. Такая форма отношений между полами, беспорядочная связь между ними называется промискуитетом (от лат. promiscuis – смешанный, всеобщий).
          Каждая женщина данного стада могла принадлежать каждому мужчине этого же стада, и наоборот, каждый мужчина – каждой женщине. Такое явление обычно называют эндогамией, то есть браком внутри данной общности – «внутренним» браком. Но, строго говоря, это не совсем точно, потому что брака в современном понимании как общественного регулирования отношений между полами в то время фактически еще не существовало. Это была просто биогенная добрачная форма сожительства между мужчинами и женщинами.
          Впоследствии, в связи с тем, что возникавшие довольно часто осложнения, конфликты в отношениях между людьми на сексуальной основе стали угрожать самому существованию данного рода, общество было вынуждено ввести искусственное регулирование сексуальных отношений. Было введено половое табу, полный и безусловный запрет на сексуальные связи между людьми внутри данного рода в определенные периоды. Нарушители этих запретов карались жесточайшим образом, и впервые в человеческом обществе зародилось проходящее через человеческую психику жестокое противоречие между социальным и биологическим, между «хочется» и «нельзя». Постепенно это породило новые, экзогамные связи между людьми: лишенные возможности вступления в связь с женщинами своего рода, мужчины стали вступать в поистине случайные связи с женщинами другого рода, другой общности. Как видим, экзогамия, этот «первобытный адюльтер», была по существу первым бунтом человеческой природы, человеческого организма против попыток установления диктата социальности над ним.
          Экзогамные отношения, по-видимому, сразу же обнаружили свои биологические преимущества: от связей подобного рода рождались более жизнеспособные, жизнестойкие дети. Поэтому постепенно эндогамные связи были совершенно запрещены (оставаясь, правда, еще длительное время на правах исключения из правил – только в дни праздничных оргий, когда разрешалось все то, что запрещалось в обычные, будничные дни). Стабилизировались, закрепились обычаями связи экзогамные, и возникла первая форма подлинно человеческого, социального регулирования отношений между полами – то, что мы называем ныне браком. Таким образом, первой формой брака фактически был групповой дуально-родовой брак. При нем все мужчины одного рода «имели право» на супружеские отношения со всеми женщинами другого рода. Иными словами, любая женщина одного рода была женой любого мужчины другого рода. Групповой брак существовал еще в конце каменного века.
          Но уже в рамках этого группового брака, естественно, могли складываться предпочтительные, избирательные отношения между той или иной женщиной данного рода и мужчиной из другого рода (иными словами, кто-то из «мужей» был особенно милым). Впоследствии преимущественные связи именно с наиболее предпочитаемыми партнерами получали все более широкое распространение, закреплялись обычаями, и таким образом общество постепенно перешло к новой форме брака – парному браку. В нем объединялась уже только одна супружеская пара. Правда, любой из этих «напарников» мог при этом составлять такие пары одновременно, а тем более – последовательно, «по расписанию» или по мере исчезновения привязанности к данному партнеру, с другими людьми, партнерами или партнершами. В это время все хозяйство, производство вещей, продуктов питания, предметов первой необходимости по-прежнему оставалось еще в рамках первичного рода. Одно только деторождение, производство потомства вышло за его границы. А работали и жили «супруги» отдельно друг от друга, в рамках своих родов. (По-нынешнему говоря, это были «приходящие» супруги).
          Поскольку биологическое отцовство в таких условиях установить было исключительно трудно, практически невозможно, родство считалось по материнской линии. Дети, рожденные данной женщиной, принадлежали тому роду, которому принадлежала сама эта женщина. «Мужья» и «жены» имели раздельное хозяйство, и если мужчина приносил детям своей женщины и ей самой в подарок часть добытой им на охоте пищи, то часть эта фактически отрывалась, изымалась им из имущества того рода, к которому принадлежал данный мужчина. Иными словами, создавая более благоприятные условия для женщины и детей чужого рода, он в какой-то мере лишал этих благоприятных условий свой род, и в том числе детей своих сестер. Как видим, уже с самого своего зарождения формирующаяся семья входила в противоречие с более широкой общностью, с родом. В самом конце каменного века, а особенно в бронзовом и железном веках, с возникновением земледелия, с ростом производительности труда людей постепенно создаются условия, когда отдельный человек, а тем более супружеская пара оказывались способными самостоятельно содержать, кормить своих детей. И постепенно эта парная семья «отпочковалась» от рода и в хозяйственном, производственном отношении. Муж и жена объединили свои усилия не только в деторождении, но и в производстве вещей, стали иметь общее хозяйство. Отношения между полами стабилизировались, стало более надежным установление отцовства, и ответственность за семью, за судьбу потомства все более переходила к мужчине, к отцу. Вместе с ней, естественно, переходила и власть. Таким образом матриархатные отношения постепенно перешли в патриархатные, когда родство уже считалось по отцовской, мужской линии. И на смену парной семье пришла новая, высшая форма семьи: моногамная (то сеть единобрачная) семья. Полностью закрепилась моногамия как новая форма брака с возникновением частной собственности на средства производства, с разделением общества на классы. Жена перешла на жительство к своему мужу, в семью мужа и вместе с детьми подпала под его власть. Былое равенство супругов в браке закончилось на многие века. С переходом к феодализму обществом был установлен единый для всех обязательный церковный брак (хотя крепостные могли вступать в него лишь с позволения своего хозяина, помещика, феодала и практически по его выбору).
          Надо сказать, что патриархатная семья существовала и существует в форме не только моногамного, но и полигамного брака, когда один муж имеет право владеть несколькими женами, подчас целым гаремом. В этом случае особенно ярко видно неравноправие женщины в браке – и не только в экономическом и правовом отношениях, но и в отношениях сексуальных, в отношениях между полами. Женщина здесь имеет право вступать в брак только с одним мужчиной, мужчина же – одновременно с несколькими женщинами. Ныне полигамия существует в некоторых мусульманских странах, но у цивилизованных слоев населения она уже идет на спад.
          Справедливости ради надо бы отметить, что история знает и иную форму неравенства в браке: полиандрию, то есть многомужество. И до сих пор полиандрия встречается в некоторых племенах Индии, Тибета, Южной Америки. В Индии чаще всего жена старшего брата становилась общей женой всех братьев – и получалась так называемая фратериальная, или братская, семья. Причем женщина в таких семьях обычно занимает высокое положение, ссоры здесь крайне редки, отношения между членами семьи мягкие, доброжелательные.
          Известно, что частная собственность по существу есть своеобразное отношение между двумя слоями общества, из которых один является полным, верховным собственником средств производства, а другой или полностью лишен их, или выступает лишь подчиненным собственником. Поэтому одни, представители общества имеют возможность присваивать часть труда других себе. С возникновением частной собственности и распределение стало осуществляться уже не по принадлежности к данному роду, как это было в начале истории человечества, на первых стадиях первобытнообщинного строя, и не по количеству вложенного труда, как это было в конце существования родового строя, а по собственности, то есть в зависимости от того, чем владели члены общества. При этом тот, кто владел большей собственностью, и получал больше независимо от того, сколько труда он вложил в общее дело.
          Превратившись в собственника семьи, ее имущества, в том числе и имущества, ранее принадлежавшего жене, муж стал выступать в качестве кормильца детей и жены, а они – в качестве его иждивенцев, независимо от того, кто на самом деле содержал семью, за счет чьего труда – главы или самих членов данной семьи – жила семья. Он считался кормильцем лишь потому, что являлся собственником средств производства. Положение женщины резко ухудшилось, она превратилась фактически в бесправную домашнюю рабыню.
          Установление отношений наследования богатства резко поставило проблему биологического отцовства. Мужчина теперь был крайне заинтересован в том, чтобы дети его жены были именно его детьми. Отсюда появились законы, требующие от женщины сохранять девственность до вступления в брак и хранить верность мужу в браке. Измена супруги стала рассматриваться как тяжкий грех, и за подобные проступки даже католическая церковь позволяла расторгать браки. В некоторых странах и государство становилось на защиту прав мужчины: в частности, еще в середине XIX века во Франции супружеская неверность со стороны жены могла быть наказана заключением в тюрьму сроком до двух лет.
          Но в принципе при моногамной форме патриархатного брака в отношениях между полами существовало как бы равенство: и женщина могла иметь только одного мужа, и мужчина мог иметь только одну жену. В действительности, однако, это равенство всегда носило формальный характер. Прежде всего, исходя из принципа «стерпится – слюбится», к голосу женщины не прислушивались уже при выдаче ее замуж. Кроме того, сразу же после возникновения моногамного брака мужчина в рабовладельческом обществе имел право вступать в связь со своими рабынями. Родившиеся от такой связи дети по закону не имели отца, но они считались его собственностью, то есть собственностью владельца рабыни. «Именно существование рабства рядом с моногамией, – писал Ф. Энгельс, – наличие молодых красивых рабынь, находящихся в полном распоряжении мужчины, придало моногамии с самого начала ее специфический характер, сделав ее моногамией только для женщины, но не для мужчины». Кроме того, существовал также и институт гетер, гетеризм (крайней формой его является проституция). Это еще более способствовало нарушению моногамии мужчины.
          Правда, справедливости ради нужно сказать, что женщины тоже не оставались в долгу. Ф. Энгельс язвительно заметил, что хотя «мужчины одержали победу над женщинами, но увенчать победителей великодушно взялись побежденные. Рядом с единобрачием и гетеризмом неустранимым общественным явлением сделалось и прелюбодеяние, запрещенное, строго наказуемое, но неискоренимое».
          Что касается трудящихся, и особенно рабочего класса, где женщина с самого вступления в брак была втянута в процесс материального производства, она уже не была иждивенкой мужа. Это делало ее экономически более равноправной с мужем, и брак в таком случае был не столько патриархатно-моногамным, сколько эгалитарным, равноправным для обоих супругов. В последнее время такой брак, независимо от социального строя, находит все большее распространение у всего человечества, во всех слоях населения.
          В нашей стране принятый в 1918 году декрет «О введении равной оплаты за равный труд для женщин и мужчин» покончил с экономической дискриминацией женщин. Декреты «О гражданском браке, о детях и о ведении книг актов состояния», «О расторжении брака» (1917 год) и другие документы о семье строились на таких принципах, как единобрачие (запрещение браков с лицами, которые уже состоят в браке), равноправие супругов в отношении к имуществу и во взаимоотношениях в семье, обязательность материальной поддержки нетрудоспособных членов семьи и т.д. Современное состояние государственного регулирования семейно-брачных отношений в нашей стране более подробно освещается во втором разделе издания.

          СЕМЬЯ: ЕЕ МЕСТО В ОБЩЕСТВЕ
          Семьей в социологии называют социальное объединение, члены которого связаны общностью быта, взаимной моральной ответственностью и взаимопомощью. По существу семья представляет собой систему отношений между мужем и женой, родителями и детьми, основанную на браке или кровном родстве и имеющую исторически определенную организацию.
          Определение, как видим, достаточно простое, и, тем не менее, правильное понимание его трудно встретить даже у высокообразованных людей. Можно иногда прочитать: «Мама + папа + Я = семья». Но так ли это? Давайте подумаем. Отец, мать, ребенок – это лишь составляющие общего целого, которое представляет собой некую совершенно новую реальность по сравнению просто с суммой его частей, т.е. членов семьи. Она обладает своими, только ей присущими свойствами, особенностями, закономерностями, не характерными ни для одной из составляющих ее величин по отдельности. И эти новые особенности, возникающие при создании семьи, заранее предсказать чаще всего невозможно, во всяком случае очень сложно, даже если знаешь свойства будущих членов семьи.
          Иными словами, семья – это новый объект, с новыми свойствами, где «старые» свойства членов семьи могут таинственным образом исчезнуть, подобно тому, как группа атомов может «исчезнуть» и превратиться в совершенно новую реальность, называемую полупроводником или плазмой, своеобразие которых нельзя извлечь из особенностей составляющих их атомов. Семья – это, прежде всего, и главным образом именно отношения между составляющими ее лицами.
          Но ограничиться только этим едва ли можно, потому что, если вдуматься, все, что мы видим, – это отношение, соотношение. Именно оно придает прочность, форму, красоту или безобразие предметам действительности. Именно на него мы обращаем свое внимание, прежде всего, рассматривая тот или иной объект, потому что до того, из чего он состоит, нам дела нет, если мы не специалисты. Нас восхищает киевская София или московский Василий Блаженный, и мы не задумываемся над тем, что это просто сумма камней или кирпичей и связывающего их вещества. Мы видим их форму, то есть закономерность связи различных строительных материалов и элементов. Мы игнорируем то, что одни из них образуют фундамент, другие – стены, третьи – своды, четвертые – башни, звонницы и т.д. Нам важно, что храм, собор – велик, одухотворен, устремлен, что он зовет ввысь, утешает, радует глаз и т.п.
          В семье же, особенно своей, мы чаще всего, наоборот, не замечаем, что мы части целого, что наша «функция» – быть в своде или быть в фундаменте. Что наша индивидуальность в данном случае выступает лишь в качестве строительного материала этого нового храма – семьи. Иными словами, мы зачастую не понимаем, что создать семью – это означает не только найти человека и поставить соответствующий штампик в паспорт. Создать семью – это значит построить отношения любви, взаимопонимания, поддержки.
          Вопрос о том, что первично – брак или семья, пока еще дискутируется. Некоторые исследователи утверждают, что брак является основой, ядром семьи, но окончательного вывода нет ни в теории, ни в обыденной жизни. Каждая перепись населения в нашей стране, например, показывает, что число женщин, состоящих в браке, превышает число женатых мужчин. И это не означает, что у нас существует многоженство. Просто, по-видимому, одно и то же явление, фактический брак, люди расценивают по-разному: женщины его объявляют «настоящим», равным юридическому браку, мужчины же полагают безбрачием, временным сожительством.
          Из приведенного выше определения семьи следует, что основными являются три ее признака: 1. Брачные или кровнородственные связи между всеми ее членами. 2. Совместное проживание в одном помещении. 3. Общий семейный бюджет. Как видим, юридическая сторона, юридическое оформление тут не выступает непременным условием. Да и другие признаки не так уж четки: сколько времени надо проживать совместно – одну неделю или несколько лет; какую часть от личного бюджета каждого из членов семьи включает в себя весь семейный бюджет и т.д. И это при том, что такие признаки, казалось бы наиболее объективны, фиксируемы. Что же тогда говорить о той тонкой системе отношений, которая превращает семью в особое духовное образование; как их измерить?
          Как ни парадоксально, но именно все это, не столько постигаемое разумом, сколько воспринимаемое интуитивно, и составляет тот самый стержень семьи, без которого семья не семья. Можно отметить еще одно отличие семьи от брака. Если брак фиксируется, прежде всего, государством, обществом, то семью создаем только мы сами (с помощью государства, общества, естественно). И разрушаем тоже.
          Семья, как отмечалось в предыдущем параграфе, начала развиваться вместе с развитием брачных отношений в обществе. При этом менялись ее функции, общественные роли. Вместе с увеличением числа общностей, в которые входил тот или иной человек (молодежные группы, производственные объединения, клубы по интересам и т.д.), семья постепенно уступала часть своих функций другим группам. И в то же время с самого своего возникновения и до наших дней среди всех этих групп она играет особую роль.
          Ныне становится все более ясным, что семья относится к особым, фундаментальным группам общества. Это не значит, конечно, что все произошло из семьи, как считали некоторые мыслители (Руссо, Кондорсе, Гердер и др.), что общество с его социальными институтами – это всего лишь разросшаяся семья, что и политика, и государство и т.д. получили свое начало в семье. Конечно же, у развития общества свои законы. Но, тем не менее, находясь в сложных взаимоотношениях с обществом, подвергаясь влиянию со стороны его экономической, политической, правовой систем, семья оказывает свое – и довольно заметное – воздействие на общество. Прежде всего, своей воспроизводящей потомство функцией. Именно семья осуществляет рождение, воспитание и выращивание новых членов общества. Кроме того, семья упорядочивает сексуальные отношения между людьми. В какой-то мере она является и своеобразной моделью общества, всех социальных связей и отношений для молодого человека. Например, в семье существуют отношения материальные, складывающиеся независимо от воли и желания людей. Это и отношения между полами (отношения детопроизводства), и экономические отношения между членами семьи в процессе непосредственного производства необходимых им материальных благ (особенно в семьях крестьян и ремесленников). На протяжении многих веков семья осуществляла накопление и передачу по наследству определенной собственности. В семье человек впервые сталкивается с разделением труда (в ведении домашнего хозяйства, самообслуживании семьи).
          Кроме того, в семье между ее членами существуют и идеологические, в частности правовые, отношения, а также нравственные или религиозные. Формирование трудовых ресурсов, их распределение и перераспределение, квалификационный рост и производительность труда, а также миграция населения – все эти вопросы находятся под влиянием семьи. И именно в семье обычно принимаются решения о том, куда молодому человеку пойти учиться, куда уезжать на учебу либо работу или никуда не уезжать. Но все эти отношения преломляются в семье через особый психологический механизм: они основываются на чувствах любви, привязанности, родства, долга, ответственности между членами семьи.
          Или взять такую важную социальную проблему, как проблема заболеваемости и состояния здоровья населения. Ведь именно в семье закладываются генетические, биологические основы здоровья, а также привычки, навыки, установки по отношению к своему здоровью. Занимается человек физкультурой или не занимается, любит быть в свободное время в лесу, на природе или не любит, подвижный образ жизни ведет или малоподвижный и т.д. – все это обычно начинается именно с семьи.
          Потребление людьми материальных благ и духовных ценностей также во многом определяется семьей. Именно она воспитывает вкусы, потребности, наклонности у представителей младшего поколения. Именно от семьи в первую очередь зависит, насколько молодой человек умеет оставаться самим собой, противостоять неумной и разорительной моде и т.д.
          Каково качество специалиста и, следовательно, какова эффективность его функционирования – это также во многом зависит от семьи. Потому что именно здесь на личном примере добросовестного труда родителей у молодого человека воспитывается высокосознательное отношение к своему делу, преданность ему, профессиональная, трудовая честь, а также формируются общий культурный уровень, широта эрудиции. Уже качество учебы в школе у детей во многом определяется культурным, образовательным уровнем их родителей. Собственно говоря, сам интеллектуальный и нравственный климат, духовная атмосфера в семье является важнейшим фактором успешности учебы ребенка в школе.
          Наконец, условия жизни «отходящих» поколений, пенсионеров, престарелых людей были и остаются одной из важнейших проблем общества, показателем его нравственной зрелости, гуманности. Но именно в семье закладываются привычки, традиции, нравственные основы отношения к старшему поколению: милосердие или бездушие, теплая доброта или холодная корысть...
          Все это относится к социальной значимости семьи. Но она обладает и, так сказать, чисто персональной значимостью. Семейное положение человека и качество его семейной жизни оказывают значительное влияние также на его физическое и психическое состояние и самочувствие. По-видимому, для большинства людей семья – это нормальная, то есть необходимая среда обитания, существования. По данным зарубежных исследований, например, смертность у людей, не состоящих в браке, значительно превышает смертность у людей семейных. Причем это касается практически всех причин смертности: и в результате самоубийств, и в результате злоупотребления алкоголем, никотином или наркотиками, и смертность от болезней, требующих длительного лечения. Особенно это относится к мужчинам. Например, в возрасте от 25 до 64 лет разведенные мужчины в два раза чаще прибегают к самоубийствам, чем семейные. Они же в 3,3 раза чаще умирают от цирроза печени и от рака, в 5,4 раза чаще – от диабета и туберкулеза.
          Разумеется; благотворно влияет на человека лишь здоровая, благополучная семья, создание которой, как правило, требует значительных усилий и определенных качеств личности. Неблагополучная же скорее усугубляет, ухудшает его положение. Немало неврозов и других психических заболеваний, аномалий имеют свои источники именно в семье, во взаимоотношениях между супругами. Внимание к семье со стороны государства, науки, публицистики, общественного мнения особенно возросло в последние десятилетия.

          СОЦИАЛЬНЫЕ ФУНКЦИИ СЕМЬИ
          По существу, семья появилась на Земле задолго до возникновения человека, человеческого рода. Зарождающийся человек просто использовал возникшую в животном мире форму сожительства для собственного самосохранения, выживания. Уже биологическая особенность воспроизводства человека (более длительный период формирования человеческого ребенка по сравнению с детенышем животных до приобретения им навыков, умений, возможности самостоятельного обеспечения себя всем необходимым для жизни) обусловила необходимость такой организации жизни, такой формы сообщества, когда беспомощный ребенок вместе с его матерью мог бы обрести надежную защиту со стороны своего рода, «большой семьи».
          Впоследствии по мере развития человеческого общества постепенно возникли, вычленились, развились и новые функции семьи, связанные с материальными и духовными, социальными процессами, происходящими в обществе. На каждом историческом этапе та или иная функция семьи обретала различную значимость – большую или меньшую. В то же время все они постоянно находились во взаимосвязи и взаимозависимости, часто помогая одна другой, а иногда, впрочем, и мешая друг другу. Да и ныне строго различить и разграничить одну семейную функцию от другой достаточно трудно. Например, выполнение материальных функций оказывается в определенных условиях необходимым для осуществления семьей духовных функций (обучение, воспитание детей), но реализация духовных функций является непременным условием осуществления материально-производственных функций.
          Материальная деятельность семьи на разных этапах ее развития выражалась через такие функции, как организация непосредственного процесса производства, накопление частной собственности, организация потребления, а также обмена ее продуктами своей деятельности с другими человеческими общностями. Вместе с тем экономическая, материально-производственная, хозяйственно-бытовая функция семьи на разных стадиях развития общества (в первобытнообщинном, рабовладельческом и феодальном обществах) в значительной мере выступала также средством социального, профессионального, нравственного, а потом политического и правового воспитания подрастающего поколения. Производительный труд в то время не выходил еще за рамки семьи, происходил на глазах у детей, а с определенного, довольно раннего возраста – и при их посильном непосредственном участии. Поэтому уже сама трудовая деятельность родителей резко повышала родительский авторитет в глазах детей, отчего каждое слово, жест отца и матери были несравненно более педагогически насыщены, эффективны, чем в последующие, тем более в нынешние времена.
          В семьях крестьян и ремесленников, а также некоторых других общественных групп это явление сохранилось и после ликвидации феодальных отношений. Но в целом с переходом к капитализму, с возникновением крупных фабрик и заводов производительный труд уже в значительной мере отпочковался, отделился от семьи. Собственно, даже управленческую деятельность, процесс управления своими фабриками и заводами капиталисты постепенно все более и более поручали специально подготовленным управляющим, менеджерам, выходцам не только из других семей, но и из других социальных групп, классов. Преобладающее значением XVII-XIX вв. в буржуазной семье получила функция накопления материальных благ и передачи их по наследству.
          Надо сказать, что проведенная в конце двадцатых – начале тридцатых годов XX ст. сплошная коллективизация в нашей стране даже в сельской местности отделила основную часть трудовой деятельности от жизни семьи, способствуя превращению ее в значительной мере лишь в потребительскую ячейку. Лишь в последние годы начавшееся развитие индивидуально-трудовой деятельности, семейного подряда, арендных отношений постепенно возвращает производительный труд в семью. Можно надеяться, что подобные сдвиги будут способствовать не только увеличению объема производства продуктов питания и других предметов первой необходимости, но и более раннему вовлечению подрастающего поколения в трудовую деятельность. И соответственно повышению эффективности трудового воспитания молодежи. Но, тем не менее, общая тенденция в развитии экономической функции семьи сохраняется; доля ее с развитием общества сокращается. Из основной производственной единицы в прежние эпохи семья превращается в лучшем случае лишь во вспомогательную. И трудовая деятельность в семье, надо полагать, будет в основном развиваться на уровне увлечения, способствуя развитию и реализации индивидуальности того или иного типа личности. Иными словами, по-видимому, из труда-производства в семье останется в будущем лишь труд-искусство.
          Правда, это «искусство» может оказаться со временем не менее производительным, чем нынешний самый производительный (и самый изнурительный в условиях низкого уровня механизации) семейно-подрядный труд. Дело в том, что компьютерное обучение с раннего возраста, распространение персональных компьютеров, появление телевизоров со стереоскопическим, а может быть, и голографическим изображением, с расширением возможностей телепроекции на экран чертежей, текстов, схем, рисунков из электронных банков информации, техническое моделирование, конструирование, изобретательство могут в значительной степени перекочевать из конструкторских бюро и научно-исследовательских институтов непосредственно в семью. И тогда это будет по существу диалектический «возврат к старому», к превращению семьи в основную производственно-трудовую ячейку общества, но уже на новой основе, в новой форме и с новым содержанием.
          Вторая часть производительной деятельности семьи относится уже к производству подрастающего поколения. К. Маркс подчеркивал, что производство людей и производство вещей – две необходимые стороны процесса производства. Таким образом, следующая функция семьи, присущая ей также с древнейших времен, – это репродуктивная функция, то есть функция деторождения, воспроизводства населения. Прежде всего, естественно, биологического его производства. Собственно, даже внебрачное рождение женщиной ребенка уже создает семью – пусть и неполную (если, конечно, она не сдаст своего ребенка в детский приемник). Правда, в отношении биологического производства детей в последние десятилетия семья постепенно уступает свои позиции, и ныне она уже не является единственным «питомником» подобного рода. В принципе, производство это, по-видимому, вполне может обходиться и без семьи. Многие мыслители в глубокой древности самым серьезным образом утверждали, что в условиях неопределенности (и ныне, кстати, существующей) детей лучше не производить в собственной семье, а выбирать в домах ребенка. Потому что, дескать, только в этом случае ты получаешь именно то, что хочешь: мальчика или девочку, блондина или брюнета, спокойного и тихого или веселого и жизнерадостного.
          Однако воспроизводство населения имеет не только биологический, но и социальный момент, то есть не только рождение, но и воспитание и обучение его. Ныне уже вполне достоверно установлено, что в этом отношении семья никакими общественными учреждениями адекватно заменена быть не может. Именно в теплой благоприятной атмосфере семьи ребенок естественным образом и наиболее эффективно получает первую социализацию своей личности, обретает основы собственной личности.
          Конечно же, ныне редко какая семья может дать своему ребенку ту подготовку, какую может дать ему общество, социальные институты. И потому уже с шести-семи лет наш ребенок уходит в школу, потом в училище или техникум, высшее учебное заведение и т.д. Но, как правило, тот нравственно-психологический потенциал, который заложен ребенку семьей, остается на долгие годы и играет заметную роль в дальнейшем профессиональном росте и формировании других социальных граней личности. Именно в семье ребенок впервые встречается с общественными отношениями власти – благодаря родительской деятельности по распределению благ, поощрений и наказаний, запретов и разрешений. В семье он встречается и с отношениями авторитета – как должностного (родительского), так и функционального (основанного на более высокой компетентности родителей или старших братьев и сестер, их более развитых навыках и умениях, успешности их деятельности).
          Но поскольку репродуктивная, как и материально-производственная, экономическая деятельность семьи самым тесным образом связана с жизнью общества, они в значительной мере соприкасаются. Уже в Древнем Риме, во времена императора Августа, появились первые законы, направленные на стимулирование рождаемости в семье. Они создавали, обеспечивали определенные льготы для всех римских граждан, имеющих детей, и в то же время некоторые материальные и социальные ограничения для бездетных и холостяков.
          Много внимания этой стороне деятельности семьи уделяло с самого своего возникновения и Советское государство. Однако в практической жизни все-таки многими должностными лицами процесс рождения и воспитания детей чаще всего воспринимается как сугубо личное дело каждого. Да и со стороны государства фактически многие десятилетия было такое же отношение. Если взглянуть на статут государственных наград, например, где строго проранжирована значимость каждой награды и указано, какую планку после какой надо прикреплять, то социальный вес медали «Материнская слава» или даже «Ордена материнства» существенно ниже, чем медали «За трудовую доблесть» или «Ветеран труда». Назвать это мудрой политикой едва ли можно. Ведь кража матери у ребенка (пусть и на «законном» основании) в первые годы его жизни, положа руку на сердце, очень мало давала производству, но очень много отнимала у ребенка, а, в конечном счете, и у общества. Так что по существу это был всего лишь очередной самообман командно-бюрократической системы государства, пытавшегося перехитрить самого себя. Ныне постепенно положение выправляется, потому что слишком отчетливо проявились негативные последствия такой близорукой, недальновидной политики на региональном, а подчас и на государственном уровне.
          Третья функция семьи – воспитательная. Она тесно связана с репродуктивной, когда речь идет о социальном воспроизводстве населения. Семья дает первичную социализацию индивиду, ребенку, учит его жить среди людей. Но этими мерами не ограничивается ее воспитательная функция. Семья прививает ребенку основы определенных идейно-политических взглядов, мировоззренческих установок, в семье он
познает и осваивает нравственные нормы, здесь же у него вырабатываются первичные навыки и образцы поведения, шлифуются индивидуальные нравственно-психологические черты, особенности. Да и фундамент физического здоровья и развития закладывается в семье. Это происходит, прежде всего, благодаря воспитательной деятельности семьи, то есть целенаправленному воздействию на ребенка с целью привития ему определенных заранее заданных качеств с учетом требований общества. Воспитание осуществляется в процессе повседневного общения ребенка с членами семьи, родственниками, всеми людьми, с которыми семья поддерживает более или менее постоянные отношения. Такая первичная социализация служит как бы соединительным звеном между «малым» миром ребенка, где он получает свои первые впечатления от жизни, с «большим» миром, в который он переходит по мере созревания.
          Да и в период учебы ребенка в школе, затем в среднем или высшем учебном заведении, во время работы на производстве воспитательная функция семьи не отмирает, воспитательное воздействие на юное поколение не прекращается. И человек, выросший в нормальной семье, в своих поступках, как правило, руководствуется не только мнением всего общества или членов своего трудового коллектива, но в значительной мере и мнением своих близких. Это нередко помогает ему уберечь себя от неблаговидных действий, опрометчивых поступков.
          Следующая функция семьи – рекреативная (то есть восстановительная). Известно, что сформировавшаяся личность реализует себя, прежде всего, в общественно полезной деятельности. Конечно, ежегодно трудовой человек получает профсоюзный отпуск, иногда, если очень повезет, попадает в дома отдыха, санатории, ездит на курорты и в другие места рекреации, восстановления своих сил. Но повседневным, основным рекреационным институтом является все-таки семья. Здесь мы получаем и физическую, и материальную, и моральную, и психологическую помощь друг от друга, сбрасываем с себя то напряжение, которым «зарядились» в обществе, в своем личностном, должностном, профессиональном и гражданском функционировании. Именно от семьи, прежде всего, зависит наше социальное здоровье. Даже уровень эффективности воздействия государственных рекреационных учреждений и мест во многом зависит от того, в какой семье живет человек, то есть от рекреативного потенциала семьи. И день жизни в семье может для одного человека по своей эффективности сравняться с неделями пребывания в доме отдыха. А иногда и, наоборот: по своей психической нагрузке один день пребывания в семье порой превышает недели трудовой нагруженности человека.
          Коммуникативная функция семьи заключается в удовлетворении потребности человека в двух противоположных явлениях – общении и уединении. Извне навязанное, вынужденное общение (на улице, в городском транспорте, на работе и т.д.) чаще всего не столько удовлетворяет наши потребности в общении, сколько перегружает их. В обыденной жизни индивид очень часто испытывает дискомфорт от необходимости общения с несимпатичными ему людьми. Иное дело домашняя обстановка, где, как правило, мы общаемся с людьми, во-первых, социально и психологически близкими, а во-вторых, где более деликатно, уважительно относятся к нашей личности. Здесь удовлетворяется потребность в желательном общении, в общении с родными, близкими людьми, т.е. потребность в интимном общении, во взаимопонимании и взаимоподдержке. Само собой понятно, что такую функцию может выполнять только здоровая семья. Нравственное и психологическое здоровье человека находятся в прямой связи с характером внутрисемейного общения, с тем, какой морально-психологический климат сложился в данной семье.
          Некоторые социологи выделяют также регулятивную функцию семьи. Она включает в себя систему регуляции отношений каждого члена семьи друг с другом, с другими людьми, со всем обществом. Собственно, регулятивная функция на первых стадиях формирования и развития личности ребенка включена в воспитательную функцию. Но и по отношению к взрослому человеку регулятивная функция семьи сохраняется. Уже чувство принадлежности семье в значительной мере корректирует поведение взрослых людей на работе, в общении с другими людьми. Семейный человек, как правило, более осмотрителен в своих действиях, может быть, даже более консервативен, во всяком случае, менее динамичен в негативных проявлениях. Таким его делает чувство ответственности за семью. И в наше время в некоторых республиках Кавказа и Средней Азии, например, слово родителей, их авторитет играют решающую роль при выборе супруга, решении вопроса о вступлении в брак. Проблема выбора профессии или места работы также во многом зависит от семьи.
          Естественно, форма, тактика этой регулятивной деятельности со временем претерпевают все большие изменения. Общая тенденция здесь та же, что и во всем обществе: переход от авторитарного, командно-бюрократического стиля управления к либеральному, демократическому, от метода командования к методу убеждения, рекомендации, совета и т.д. Особую роль играет сначала официальный, потом функциональный, а затем и личный авторитет членов семьи: прежде всего родителей, а также старших братьев и сестер. Хотя и поведение родителей может в значительной степени корректироваться мнением детей и их действиями.
          По мере гуманизации общества все более возрастает значение фелицитологической функции семьи. В какой-то мере она объединяет в себе все остальные функции, но в то же время является самостоятельной, и, на наш взгляд, должна быть выделена не только научно, социологически, но и индивидуально-психологически. В том смысле, что эту функцию следовало бы осознать и целенаправленно осуществлять в каждой семье. «Фелиците» в переводе с латинского на русский язык означает «счастье». Следовательно, фелицитологическая функция означает создание условий для счастья каждого члена семьи. Но выполнять эту функцию может только дружная, благополучная, культурная, полноценная в морально-психологическом отношении семья.

          КАКИЕ БЫВАЮТ СЕМЬИ?
          Вопрос о классификации, типологии семей, с одной стороны, очень важен, потому что наличие такой классификации дает возможность человеку легче находить «себе подобных» в бесчисленном множестве семей, чтобы заимствовать опыт организации жизни, по аналогии с ними наиболее удачно решать свои проблемы. Но, с другой стороны, он очень сложен. До сих пор не существует даже более или менее общепризнанной типологии личности, а семья ведь является образованием еще более сложным, потому что она не только объединяет несколько различных личностей, но и использует разные формы, системы связей, отношений между ними. Поэтому о строгой типологии семьи пока еще не может быть и речи, но первые классификации или, во всяком случае, попытки дифференциации семьи в современной науке о семье уже предпринимаются. В частности, семьи различают по таким параметрам:
          По семейному стажу супругов. Здесь выделяют следующие семьи:
          а) семья молодоженов. Это только что рожденная семья, семья в «медовый период», который длится у разных людей разное время. Типичным для такой семьи является состояние эйфории: у них еще не развеялись радужные мечты, надежды и планы, нередко оторванные от реальности. У них еще все впереди, им все понятно, в жизни для них все просто, первые препятствия, конечно, уже заметны, но они «легко преодолимы», потому что «авось кто-нибудь поможет», «авось решится само собой». И они еще вполне уверены, что вдвоем с ним (с ней) могут горы свернуть.
          б) Молодая семья – следующая стадия (у одних через полгода-год, а у других гораздо раньше, если «медовый» период сокращается). Это семья, столкнувшаяся с первыми, хотя и теоретически известными, но для них неожиданными препятствиями. Здесь супруги вдруг на собственном опыте открывают, что одной любви маловато, что надо еще, чтобы у него (у нее) было побольше доброты, уступчивости, заботливости, тактичности, чтобы он (она) проявлял должное внимание к ее (его) родителям, родственникам, близким. Некоторые поступки супруга остро ранят, снижают теплоту отношения к нему, порождают обиду в его адрес. Появляются первые размолвки, стремление изменить, переделать его (ее), устранить слишком явные недостатки – начинается «притирка характеров», и супруги все чаще получают друг от друга мелкие, но достаточно болезненные щелчки по самолюбию.
          в) Семья, ждущая ребенка. На эту ступень поднимается молодая семья, ожидающая первенца. В это время обычно заметно меняется супруга, неузнаваемым становится и будущий отец. Это как бы возврат самого первого периода ухаживания будущих супругов, но уже на новом этапе. Заботливость молодого мужа по отношению к жене не знает границ. Конечно, в некоторых семьях бывает и по-иному, но в большинстве семей муж поступает именно так. И подобное отношение необходимо в это время будущей матери и ребенку.
          г) Семья среднего супружеского возраста (от трех до десяти лет совместного проживания). Это, пожалуй, наиболее опасный, ответственный период в ее жизни. Потому что именно в эти годы появляются скука, однообразие, стереотипность во взаимоотношениях супругов, разгораются конфликты и на обозначенный период приходится большинство разводов в нашей стране.
          д) Семья старшего супружеского возраста (десять – двадцать лет супружеского стажа). Морально-психологическое благополучие супругов на этом этапе во многом зависит от богатства их личностей, взаимной уступчивости, совпадения потребностей, интересов.
          е) Пожилые супружеские пары. Эта разновидность семей возникает после вступления в брак их детей, появления внуков. Супруги входят в новые для себя роли бабушек и дедушек, осваивают новые функции в семье. Их интересы все больше переключаются на их внуков.
          По количеству детей выделяют такие разновидности семей:
          а) бездетные (или инфортильные) семьи, где в течение десяти лет совместного проживания не появился ребенок. Их в нашей стране насчитывается примерно шестнадцать процентов от общего числа семей. Причем один процент из них остается бездетным по медико-биологическим причинам, остальные из-за нежелания иметь детей. Каждая третья семья из этой группы распадается, чаще всего по инициативе мужчин. Однако это происходит далеко не обязательно из-за того, что нет детей, а главным образом вследствие диссонанса во взаимоотношениях супругов.
          б) Однодетные семьи. Таких семей в городах 53,6 процента, а в селе – 38-41,1 процента. Из этих семей распадается примерно каждая вторая. Однако нельзя говорить, что эти семьи распадаются из-за того, что у них только один ребенок. Скорее наоборот, семья ограничивается лишь одним ребенком, поскольку супруги убеждаются или просто полагают, что жить вместе сколько-нибудь длительное время они не смогут и потому не рискуют обзаводиться другим ребенком. Но если такая семья сохраняется, то педагогические возможности ее, условия роста, развития ребенка обычно недостаточно благоприятны. Из однодетной семьи нередко выходят люди хорошо развитые интеллектуально и насыщенные информационно, но весьма ущербные в плане морально-психологическом и коммуникативном. Многие психологи и социологи отмечают у этих людей безответственность, отсутствие трудолюбия, индивидуализм, безволие, а нередко и эгоцентризм, неумение поддерживать нормальные отношения с людьми.
          в) Малодетная семья (семья с одним-двумя детьми). Стабильность семьи с рождением второго ребенка по сравнению с однодетной возрастает, по наблюдениям социологов, более чем в три раза. Если в однодетной разводится каждая вторая пара, то тут – лишь каждая шестая-седьмая семья.
          г) Многодетная семья – такою ныне считается семья, в которой трое и более детей. В этом типе семей разводы уже крайне редки, и если иногда случаются, то только из-за экономической или нравственно-психологической несостоятельности мужа. Это, пожалуй, вполне естественно: ведь данная семья с самого начала отличалась уверенностью супругов друг в друге, в своем семейном будущем, что и позволило ей иметь многих детей. А множество детей, в свою очередь, оказывало скрепляющее воздействие на семью. Естественно, главная заслуга здесь принадлежит женщине, жене, матери (по-видимому, не зря звания отцов-героев не были введены), и, надо полагать, далеко не большинство женщин способно ныне на подвиг многодетного материнства.
          По составу семьи различают такие разновидности:
          а) неполная семья – когда в семье есть лишь один родитель с детьми (чаще всего – одинокая мать). Это происходит или в результате смерти одного из супругов, или в результате разводов, но нередко и в результате внебрачного рождения ребенка, а то и усыновления одинокой женщиной чужого ребенка. Данный тип семьи в социальном плане, пожалуй, наименее эффективен. Дети здесь очень много времени проводят вне дома, пока мать на работе, и 50 процентов правонарушителей составляют именно выходцы из этих семей. В то же время растущие в этих семьях дети отличаются большой самостоятельностью, понятливостью, отзывчивостью, эмоциональностью. Как правило, они раньше начинают свою трудовую жизнь.
          б) Отдельная, простая (или нуклеарная) семья (от слова нуклеа – ядро). Ее образуют супруги с детьми или без детей, живущие отдельно от родителей и других родственников. Они обладают полной самостоятельностью и потому организуют свою жизнь так, как им хочется самим (чаще – как сложится). Здесь созданы наилучшие условия для самовыражения, проявления способностей, личностных качеств каждого из супругов. Однако, поскольку среди этих качеств есть не только положительные, но и отрицательные, в нуклеарных семьях нередко можно встретить излишнюю несдержанность и самоуверенность, небрежность супругов по отношению друг к другу. И потому ссоры здесь при определенных условиях могут, начавшись из-за какого-либо пустяка, бесконтрольно разрастись и довести семью до серьезного кризиса и даже развала.
          в) Сложная семья (ее называют еще расширенной) – состоит из представителей нескольких поколений. Ныне, поданным социологических исследований, примерно до 70 процентов молодых супругов в возрасте до двадцати лет проживают в таких семьях. Из более старших (в возрасте 30 лет и старше) в таких семьях живут лишь 20-25 процентов, да и то лишь с родителем одного из супругов. Семей же, включающих две супружеские пары, насчитывается только пять процентов.
          В такой семье лучше налажен быт, у молодых, как правило, бывает больше свободного времени, реже случаются крупные ссоры по различным пустякам. Здесь каждый член семьи обычно более внимательно относится к мнению других членов семьи. Возникающие ссоры обычно гасятся в самом зародыше с помощью старших членов семьи, которые стараются примирить супругов. Да и уже само присутствие постороннего человека, третьего, заставляет вести себя несколько иначе, чем с глазу на глаз со «своим».
          Вместе с этим в подобных семьях нередко встает вопрос о «разводе» с родителями – из-за вмешательства некоторых из них в жизнь своих детей, мелочной опеки над ними, жесткого контроля, а также из-за естественного стремления молодежи к самостоятельности, а то и из-за неуживчивости одного из супругов.
          г) Большая семья, состоящая из трех и более супружеских пар (например, родительская пара, да еще несколько детей со своими семьями). В европейской части нашей страны такие семьи ныне крайне редки даже в сельской местности. У них также обычно меньше ссор, открытых конфликтов между супругами. Здесь у всех членов семьи, как правило, достаточно четко определены обязанности по отношению ко всей семье, стихийно складывается очередность выполнения тех или иных семейных дел и т.д. Но уже одно то, что таких семей мало, свидетельствует: современному человеку, перегруженному вынужденным общением на производстве и на улице, они мало подходят.
          По типу главенства, руководства семьей различают две основные разновидности семьи. Первая из них – эгалитарная (равноправная) семья. По данным социологических исследований, таких у нас насчитывается примерно 60-80 процентов (в зависимости от региона, от национальных и других особенностей людей) от общего числа семей. Более всего они распространены в крупных городах. Распределение домашних обязанностей здесь осуществляется демократично, в зависимости от того, у кого та или иная работа получается лучше, по чувству ответственности, долга. Борьбы за власть обычно не происходит, потому что супруги ориентированы на интересы семьи, имеют общие ценности и не стремятся командовать друг другом.
          Вторая разновидность – авторитарная семья, основанная на беспрекословном повиновении одного члена семьи другому. Из общей массы семей по некоторым данным одну шестую часть составляют семьи матриархатного типа (с женщиной во главе), а одну восьмую – патриархатного типа, с мужским главенством. Семьи этого типа довольно часто раздираются борьбой за власть или «восстаниями рабов», и оттого полны всевозможных конфликтов, чаще всего мелких, «местного» значения. Но среди них встречаются и достаточно «мирные» семьи, когда «подчиненного», «ведомого» вполне устраивает его роль, когда он является человеком безынициативным, несамостоятельным, «управляемым извне» по своей натуре неуверенным в себе. Наименее стабильными среди авторитарных семей являются семьи, в которых главой является жена.
          По семейному быту, семейному укладу, направленности семьи образуются в зависимости от направленности личности супругов, от того, какие ценности у них преобладают по сравнению со всеми остальными. По опросам социологов, от 80 до 82 процентов людей считают, что лучшие качества семьянина проявляются, прежде всего, и главным образом в отношении к своим близким, к членам семьи, и особенно к детям. Здоровье, развитие, образование, воспитание детей лежат в центре устремлений многих семей. Тип семей, в которых преобладает подобная ориентация супругов, социолог А.Н. Обозова назвала детоцентрическими семьями. (Типичным примером такой семьи может служить знаменитая «экспериментальная» семья Никитиных).
          Вместе с тем значительную часть населения нашей страны составляют люди, которые видят смысл семьи в создании душевного тепла для ее членов (поданным Э.К. Васильевой, 45 процентов опрошенных отметили этот фактор). Семья дает людям возможность общения с родными, близкими по духу людьми, моральную и эмоциональную поддержку, душевный комфорт, утешение в трудную минуту. Это, по терминологии А.Н. Обозовой, семья-отдушина. В такой семье преобладают чуткость, доверительность взаимоотношений. Здесь, может быть, и не всегда можно увидеть самый вкусный обед, и порядок в комнатах не всегда самый идеальный. Но тут главное внимание уделяется, прежде всего, душевному комфорту членов семьи.
          Чуть меньше 37 процентов опрошенных социологами видит основное качество семьянина в помощи и участии в домашних делах. В центре внимания тут здоровье, питание членов семьи, правильный режим труда и отдыха, «морской порядок», аккуратность, чистота в квартире, соблюдение всех рекомендаций медицинских и других научно-популярных журналов относительно здорового образа жизни.
          Наконец, выделяют еще такой тип семьи, который больше, пожалуй, похож на спортивную команду или дискуссионный клуб, а может, на какую-то неформальную группу. У членов этой семьи обычно достаточно четко выражено невнимание, пренебрежение к «бытовым мелочам», ко всяким там «порядкам», занавесочкам и коврикам. Да и пища здесь далеко не служит предметом культа, поклонения. Но тут всем весело, интересно, здесь нет однообразия. Это семья бивуачного типа, ее члены много путешествуют и пешком, и на велосипедах с рюкзаками за спиной, и в организованных туристских поездках. Члены такой семьи обычно многое умеют, знают, многое успевают повидать, и у них постоянно выдвигаются и обсуждаются все новые планы путешествий, походов на очередной отпуск или даже на праздничные и выходные дни.
          По однородности социального состава выделяют два типа семьи. Первый тип – социально гомогенные (однородные) семьи. Таких у нас, по данным социологических исследований, примерно 70 процентов от общего числа семей. В этих семьях и муж, и жена, и их родители принадлежат к одинаковым слоям общества; например, все они рабочие, или все служащие, иди все – люди искусства и т.д. Принадлежность к одному культурно-профессиональному слою обеспечивает лучшее взаимопонимание и между супругами, и между ними и родителями, оттого атмосфера в таких семьях обычно спокойная, доброжелательная, управление семьей демократично, эгалитарно и разводов здесь меньше. Но эта же общность происхождения, интересов, профессий, места работы порою не дает людям отключиться в семье от производственных проблем после трудового дня.
          Второй тип – социально гетерогенные (разнородные) семьи. Их насчитывается, поданным тех же исследований, примерно 30 процентов от общей массы семей. Супруги в них имеют неодинаковое образование, различные профессии, общих интересов производственного плана здесь обычно гораздо меньше. Эгалитарные отношения тут встречаются реже, преобладают авторитарные. Да и с родителями каждого из супругов отношения обычно складываются негладко. В то же время здесь очень высока социальная или, точнее, семейная активность, чаще наблюдается стремление к самообразованию супругов, потому что неодинаковость образовательного уровня стимулирует «отстающего», да и «передового», «обгоняющего» нередко побуждает самосовершенствоваться.
          По качеству отношений в семье выделяют множество типов, но четкого различия между ними не установлено. В частности, выделяют семьи: а) благополучные, счастливые, которые, по словам Л.Н. Толстого, все «похожи друг на друга», хотя сам же он чудесно изобразил две совершенно различные счастливые семьи (Пьера с Наташей Ростовой и Марии Волконской с Николаем Ростовым); б) устойчивые; в) – проблемные (тут частенько нет взаимопонимания, сотрудничества между членами семьи и оттого нередко царит холодная психологическая атмосфера, вспыхивают ссоры и конфликты); г) конфликтные, где члены семьи не удовлетворены своей семейной жизнью, и оттого эти семьи нестабильны и педагогически очень слабы; д) социально неблагополучные, в которых обычно культурный уровень супругов достаточно низкий, распространено пьянство, выходящие из этих семей дети зачастую составляют основной контингент трудновоспитуемых, педагогически запущенных подростков. И, наконец, е) дезорганизованные семьи, где процветает культ силы, господствующим чувством является страх, каждый член семьи живет сам по себе, нормальных человеческих контактов между ними почти нет. В 90 процентов этих семей дети обычно имеют отклоняющееся поведение.
          По типу потребительского поведения различают семьи: а) с физическим уклоном, где на первом месте обычно стоят проблемы биологического существования – пища, одежда занимают все интересы членов семьи не от ее нищеты, а от уровня значимости для них этих ценностей; б) с интеллектуальным типом поведения – эти семьи по материальной обеспеченности могут совершенно не отличаться от первого типа семьи, не могут похвастаться и благоустроенностью быта, но их члены гораздо чаще предпочитают иметь хорошую книгу, чем лакомое блюдо или какую-то престижную вещь из одежды. Выделяется и наиболее, пожалуй, распространенный в) смешанный тип семьи, в котором гармонично сочетаются интересы, потребности материальные и даже физиологические с интересами духовными, культурными, во всяком случае, не наблюдается сколько-нибудь явного доминирования одних над другими.
          Наконец, семьи разделяют еще и по особым условиям семейной жизни. На этой основе выделяют, в частности:
          а) студенческие семьи (кстати сказать, ныне примерно в каждом третьем браке в нашей стране, по крайней мере, один из супругов является студентом). Особенность такой семьи – отсутствие жилья у молодых супругов, хронический недостаток денег, почти полная материальная зависимость от родителей. В то же время эти семьи отличаются большой сплоченностью, активностью, эмоциональностью. Обычно это наиболее прогрессивные семьи, здесь твердо верят в лучшее будущее, супруги готовы воспринять все новое – в организации быта, в приготовлении пищи, в устройстве семейного уклада и т.д. Материальные мотивы при выборе супруга в таких семьях обычно играют очень слабую роль (особенно в отношении требований к мужу со стороны жены).
          б) Дистантные семьи. О них уже упоминалось выше, когда речь шла о существовании брака без семьи. Таких семей у нас насчитывается около четырех процентов, то есть примерно каждая двадцать пятая семья относится к данному типу. Это, например, семьи моряков, полярников, артистов, геологов, крупных спортсменов, космонавтов и т.д. Здесь семья в значительной мере номинальна, поскольку супруги большую часть времени не живут совместно. Тут гораздо больше опасности супружеской неверности и развала семьи на этой основе. Хотя иногда такие семьи, наоборот, оказываются на редкость устойчивыми. Дело в том, что они имеют и свои плюсы: у супругов в подобных семьях дольше сохраняется свежесть чувства, потому что оно постоянно возобновляется периодическими разлуками.
          Конечно же, приведенный перечень далеко не исчерпывает все разновидности семьи. Не затрагивалась нами, например, типология разделения семей по их материальной обеспеченности, по педагогическому потенциалу и другим параметрам.







         







         







         







         







         


          ИСТОРИЯ БРАКА
          М. Джеймс
          КОРНИ БРАКА (М. Джеймс. Брак и любовь. М. 1985)
          В настоящее время в развитии брачных отношений наступил период, когда значительно возрос интерес к этому старому институту, прошедшему путь от союза, созданного прежде всего ради выгоды, к союзу между мужчиной и женщиной, основанному на взаимной любви и совместном участии обоих супругов в семейной жизни. Корни современного брака восходят к религиозному, этническому, культурному прошлому семьи.
          Наши традиции, стиль жизни, представления о роли и значении семьи, системы воспитания детей; наши интимные отношения – все имеет свои исторические корни.
          Чтобы понять настоящее состояние брака, необходимо, на наш взгляд, по мере возможности проследить за теми изменениями, которые происходили в брачных отношениях на протяжении прошлых веков. Этому и посвящен настоящий раздел.

          БРАК В ДРЕВНОСТИ
          В доисторический период мужчины и женщины охотились сообща, маленькими группами. Тогда было необходимо, чтобы кто-то охотился, а кто-то оставался дома готовить еду и поддерживать огонь.
          Около восьми тысяч лет до нашей эры произошли глубокие культурные изменения, оказавшие радикальное влияние на брак. От охоты и собирательства люди начали переходить к одомашниванию животных и оседлому образу жизни. В результате постепенно возникали сельские поселения. Дети стали представлять своеобразную ценность. Так же как и на современных фермах, они могли ухаживать за животными, ходить за водой, пропалывать посевы. Постепенно повышалось значение владения собственностью. Одновременно развивались законы и о наследовании.
          Возникновение городской цивилизации, развитие навыков письма и чтения привели к первым письменным законам о браке. Это были законы Хаммурапи (Хаммурапи – царь Вавилонии (1792-1750 гг. до н.э.). Сохранившиеся законы – ценный памятник древневосточного нрава, отразивший характерные черты рабовладельческого строя) – свод гражданского и уголовного права, появившийся в Древнем Вавилоне. По этим законам девушки принадлежали своим отцам до тех пор, пока не были куплены будущим мужем. Брак, таким образом, являлся одновременно и экономической сделкой, определенным контрактом между мужем и женой. Бесплодным женщинам разрешалось брать служанок, которые рожали детей, чтобы отдать их своим бездетным хозяйкам. Если же женщины, состоящие в браке, но не способные к деторождению, отказывались считать своими детей служанки, то их мужьям разрешалось иметь наложницу.
          Во всех древних культурах брак-соглашение и брак-сделка были обычным явлением. Жених платил выкуп за невесту, в который довольно часто входил участок земли, становившийся в дальнейшем для молодых супругов основой их хозяйства. В случае развода по инициативе мужа имущество, полученное в счет выкупа, и Дети, родившиеся в браке, переходили к жене. При отказе мужа выполнять эти условия женщина могла обратиться в суд для сохранения своих законных прав.
          Муж в свою очередь мог обвинить жену в том, что она плохая супруга, в связи с чем имел право сделать ее своей рабыней. Жена же имела возможность обвинить супруга в жестокости, могла даже потребовать за это компенсацию. В тех случаях, когда супруги не могли разрешить свои споры, в Вавилоне практиковался обычай испытания водой: если обвиняемый мог плавать, то это считалось, что его оберегают боги, и он признавался невиновным. Если же человек начинал тонуть, то это было весомым доказательством его вины.
          В Древнем Египте брак также заключался, как правило, по экономическим или политическим соображениям. Часто в брак вступали братья и сестры, чтобы недолить наследственную землю или наследуемые семьей государственные посты. В период матриархата наследование всегда шло по женской линии, а в брачных соглашениях собственность жениха часто передавалась во владение невесты. Многие фараоны женились в связи с этим на своих сестрах и даже дочерях, так как это помогало сохранить трон, династию и наследство. Такой обычай существовала Египте и после завоевания его Римом в 30 г. до н.э. Так, Клеопатра (Клеопатра (69-30 гг. до н.э.) – царица Египта с 51 г., из династии Птопемеев) сначала была женой своего старшего брата, затем, после его смерти,– супругой младшего брата. Каждый этот брак давал им право владеть Египтом. Те же привилегии получил Марк Антоний, который стал ее последним мужем.
          Однако было бы неправильным считать брак в Древнем Египте лишь деловым соглашением. Поэзия и любовные песни египтян того далекого времени воспевают романтическую любовь. Отличаясь от стиля наших песен о любви («Если я поцелую ее и губы ее приоткроются; я буду счастлив даже без пива»), они в поэтической форме воспевают вполне современные нам чувства.
          Во многих из этих песен встречаются слова «брат» и «сестра», употребляемые в значении «любимый», «близкий», «любимая»:
          Я увидел сестру мою, и душа моя возрадовалась,
          А руки мои широко раскрылись для объятья,
          И сердце от счастья из груди моей выскочило,
          Когда я увидел тебя, о моя госпожа, ко мне идущей,
          ведь если я обнимаю тебя и руки твои раскрываются,
          я чувствую, что попадаю в страну благоуханий.

          БРАК В ДРЕВНЕЙ ИУДЕЕ
          Для древнеиудейского народа романтическая любовь и брак были тесно взаимосвязаны. В Ветхом завете можно найти истории о счастливых и несчастливых браках.
          В «Песне песней» царя Соломона диалог невесты и жениха на свадьбе звучит очень романтично и страстно. «Да лобзает он меня лобзанием уст своих! Ибо ласки твои лучше вина», – говорит невеста. «Ты прекрасна, возлюбленная моя!» – отвечает жених... «Я любуюсь тобой... любовь моя...»
          История Иакова и Рахили, наверное, одна из трогательнейших любовных историй. Иаков, внук Авраама, жил со своими родителями. Когда пришла ему пора жениться, мать послала его на свою родину искать жену среди родного народа. Там он встретил Рахиль и полюбил ее. По обычаю он должен был семь лет работать на ее отца, чтобы он позволил Иакову взять возлюбленную в жены. Но в брачную ночь произошел жестокий обман: отец Рахили женил Иакова на некрасивой старшей дочери. И Иаков еще семь лет отработал на отца Рахили, лишь бы соединиться с любимой, и годы его службы промелькнули как один день, так сильна была его любовь.
          Хотя романтические чувства играли в древнеиудейских браках определенную роль, в не меньшей степени учитывались также семейные и финансовые соображения. Браки часто заключались между двоюродными братьями и сестрами, чтобы сохранить неделимым семейное имущество. Высоко ценилась девственность, было запрещено кровосмешение, а импотенция служила основанием для развода. Вдов жалели, поэтому в соответствии с законами брат умершего или другой ближайший родственник должен был жениться на вдове. Если же мужчина отказывался это сделать, то женщина в присутствии совета старейшин могла обесчестить мужчину: снять с него обувь и плюнуть ему в лицо.
          Однако в Древней Иудее не все было столь безоблачно. Хотя женщины пользовались уважением, а права их оберегались законом, они в соответствии с религиозными догмами считались при этом низшими существами, презираемыми за чувственность. Примерно в V-IV веках до н.э. автор библейской книги Иова сетовал на то, что проклятие «нечистого» рождения тяготеет над человеком: «Кто может извлечь чистое из грязи? Как может человек быть праведным перед богом? Как может он, рожденный женщиной, быть чистым?»

          БРАК В ДРЕВНЕЙ ГРЕЦИИ
          Древние греки и иудеи – исторические современники, однако их представления о браке были диаметрально противоположными. Греческая цивилизация тяготела к двум основным центрам – Афинам и Спарте. Эти города-государства существенно различались по способу управления, правам и обязанностям граждан, отношению к браку и брачному законодательству. Брак в Спарте был «открытым» даже по современным стандартам в отличие от афинского, который являлся в высшей степени ограничительным.
          Спартанские мужчины и женщины принимали участие в брачном ритуале, который начинался инсценированным похищением невесты в ее новый дом. Жених, однако, до достижения тридцатилетнего возраста продолжал жить в солдатском бараке, лишь по ночам – ускользая из казармы к жене. Еще более удивительным было то, что до шестидесяти лет он должен был питаться вместе со всеми солдатами. Чем же был вызван этот обычай? Тем, что, по представлениям древних, слишком частая интимная близость препятствовала сохранению воинской силы – доминирующей ценности спартанского общества.
          Идеалы такой психологии распространялись и на традиции деторождения. Супруга, не имеющая детей от своего мужа, могла принять другого мужчину, чтобы родить ребенка. Если женатый мужчина не хотел интимной близости с женой, но желал иметь детей от другой женщины, то он мог получить соответствующее разрешение, также гарантированное законом.
          Мужчины Спарты были, прежде всего, воины. Они часто отсутствовали, принимая участие в дальних военных походах. Поэтому женщины, особенно принадлежащие к высшим слоям общества, имели значительную политическую силу, а также пользовались большой свободой. Некоторые из спартанских женщин имели по два дома и по два мужа. Таким путем они становились владелицами крупных земельных участков. Несмотря на то, что общепринятой формой в то время была моногамия, брак в значительной степени имел открытый характер.
          В жизни афинских женщин было гораздо больше ограничений, нежели у их спартанских современниц. В Спарте женщины имели очень мало домашних обязанностей и пользовались большой свободой. В Афинах же считалось, что женщины финансово и юридически должны зависеть от отцов или мужей в целях экономического благосостояния семьи. В их обязанности входил уход за детьми и поддержание в «чистоте» семейного рода. На протяжении веков муж в Афинах имел право убить жену, если она ему изменила. Значение женщины и вместе с ней брака часто принижалось. Известно высказывание древнегреческого мыслителя Пифаг

Психология семьи (2 3 4 5 6 7 8)