Самучитель супружества 4

Самучитель супружества (2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16)

          Часть 4

          форт и чувство унижения, вынуждает активно копировать поведение окружающих. И всё бы ничего, но чаще всего в такой ситуации отсутствует возможность вникнуть в суть скопированных поступков, из-за чего человек нередко попадает впросак. Такие ситуации всесторонне "раскручены" юмористами, но речь не об этом, а о том, что маленькие дети постоянно находятся в такой ситуации – они вынуждены копировать всё без разбора, не вникая в суть дела.
          От полученных в детстве стереотипов мышления и поведения зависит будущее ребёнка. Если его – как и родителей – будет тяготить давление общества, в котором он вырос, то в другом обществе ему будет не легче, так как способность к социальной адаптации воспитывается тоже родителями. И если они не смогут на своём примере научить ребёнка "вписываться" в коллектив, то ребёнок вырастет одиночкой или асоциальным элементом. Правда, родители могут "перегнуть" и в другую сторону – научить "вписываться" за счёт потери собственного достоинства, тогда ребёнку не избежать участи холопа или раба.
          Трудность и противоречивость воспитания личности в том, что нужна "золотая середина" – свободолюбие и чувство собственного достоинства, с одной стороны, а с другой – умение подчиняться законам и уважать как "вышестоящих", так и "нижестоящих", но без стадной подчинённости. И эту грань нужно уметь чувствовать самим родителям, чтобы и ребёнку передалось. Но не так это легко – заставить ребёнка принять свои истины. Особенно, когда хочется воспитать индивидуальность, ведь если взрослый в состоянии более или менее осознать необходимость ограничения личной свободы, то ребёнку это недоступно. Доводы типа так нельзя – пустой звук для ребёнка. Но если он видит, что родители (или другие дети) подчиняются подобному запрету, ему будет проще подчиниться – "Значит надо так поступать". А если ребёнку что-то запрещают, а сами игнорируют запрет ("Не чавкай!", "Не кури!" и т.п.) – никакие доводы и наказания не помогут. Объяснить же ребёнку моральные каноны – ограничения типа так не принято, и вовсе невозможно до определённого возраста. Не говоря уже о том, что условности, встречающиеся на каждом шагу, в основном, очень абстрактны, и для стороннего наблюдателя могут быть абсолютно необъяснимыми. Поэтому трудно объяснить ребёнку, к примеру, почему принято ходить полуобнажёнными на пляже, и не принято (стыдно) так ходить в жару по городу. Или ещё одну тонкость: почему белый, закрытый бюстгальтер выглядит на пляже непристойно, а открытый цветной, от купальника – пристойно? Объяснить, конечно, можно, но не то, что ребёнок, не каждый взрослый в состоянии понять смысл подобных условностей. Да и мало кто задумывается. Проще всё же, поступать как большинство, считая, что раз большинство поступает так – скажем, рыгает за столом – значит, так и нужно делать. Лучший и практичный вид подобного воспитания – казарменный – "под одну гребёнку", когда сама "масса" подавляет отклоняющихся и "нестандартных". Правда, таким методом можно воспитать лишь "элементы серой массы", а чтобы воспитать индивидуальность, личность – родителям придётся "попотеть"!
          Не легче приходится родителям, когда нужно привить ребёнку пристойное поведение. Для него же очень абстрактно звучит, к примеру, фраза: "Будет неприятно окружающим". И сложно объяснить, почему нельзя ковырять в носу за столом или в присутствии других, если именно в этот момент засвербело? И до какого возраста можно мочиться в городском парке и почему именно до такого? Почему нельзя чавкать, рыгать, пускать газы и т.п.? Маленькому ребёнку этого не объяснишь, но постоянно нужно пробовать, иначе не воспитается в нём стыд за доставление окружающим неприятностей. А ведь это – основа культурного поведения в обществе! Хотя, если в конкретном кругу людей на любое из вышеперечисленных неприятных элементов поведения смотрят спокойно, то там можно вести себя так и чувствовать себя культурным человеком. Но ведь людям часто приходится попадать в другой круг, значит, они вынуждены иметь двойные стереотипы поведения. Родителям же дать такие – не по силам, ведь они передают только свои. Альтернативные стереотипы воспитываются уже средой. И если ребёнок научится различать эти стереотипы и вести себя соответственно обстоятельствам (в каждом кругу "говорить на их языке"), это можно считать успехом в воспитании.
          Мы уже упоминали, что стыд и совесть – не врождённые чувства, что их воспитывает среда, так как они необходимы не отдельной личности (ей они даже мешают), а конкретному обществу, члены которого воспринимают эти условности на уровне абсолютной истины. И такую абстракцию сложно "донести" до ребёнка. Поэтому приходится прибегать к наказаниям. Но о них мы поговорим попозже.
          В семейном воспитании есть одна специфика. Дело в том, что большое количество условностей и стереотипов поведения существует лишь для демонстрации своего положения в обществе, для осознания своего места, принадлежности к какому-то кругу. И нередко они считаются важнее, чем даже тактичность к окружающим – понимание, что нельзя доставлять неудобство окружающим. Со стороны же эти условности могут показаться не только непонятными, но и смешными. К примеру, оттого, что человек не умеет пользоваться ножом и вилкой, не умеет ездить верхом, не умеет играть, скажем, в гольф и не разбирается в драгоценностях и дорогой одежде – обществу в целом "не жарко и не холодно". Однако, подобные навыки необходимы для демонстрации причастности к определённому кругу людей, для того, чтобы человек легче находил "своих". И подобное отличие от общей массы людей, передаваясь из поколения в поколение, делает какие-то специфические семейные (клановые, сословные) навыки предметом гордости и приносит ощущение собственной значимости, а это, можно сказать, сверхзадача личности. Поэтому человеку недостаточно быть членом общества в целом – гражданином, ему необходим круг единомышленников и ощущение своего места в нём, уважение к себе в своём кругу. Поэтому шутливое высказывание: "Ты меня уважаешь, я тебя уважаю – мы с тобой уважаемые люди!", – имеет довольно серьёзный смысл, так как уважение, признание со стороны знакомых – это одна из составляющих человеческого счастья. Без этого даже супружеская гармония не принесёт полного удовлетворения жизнью, и ради этого люди готовы пожертвовать очень многим. Правда, не всегда они это делают продуманно.
          Народная мудрость заметила, что если двое объединяются, то обязательно против третьего. Соответственно и принадлежность к определённому кругу даёт повод для пренебрежительного отношения к людям из других слоёв общества. А ведь проще всего "возвыситься", унижая других (Этот принцип практикуют и основные религии). И для этого достаточно мельчайших различий. К примеру, несколько "единомышленников" могут смотреть свысока на окружающих только из-за того, что сами носят такие рубашки. Или ещё: житель столицы смотрит свысока на жителей провинциальных городов, те же, в свою очередь, так же пренебрежительно относятся к сельским жителям. У последних тоже есть повод почувствовать себя выше, если они живут в "центральной усадьбе", а жители маленькой деревушки могут отнестись с пренебрежением к горожанину, который не умеет, скажем, разбрасывать навоз или косить.
          Такой примитивный шовинизм, не говоря уже о расизме, национализме и религиозной ксенофобии – неприязни к чужакам, уходит корнями в первобытную непримиримость по отношению к нестандартным особям. Такое отношение можно заметить у животных и у птиц: в стадах, и в стаях. Оно обусловлено конкурентной борьбой за существование – стая уничтожает "гадких утят". У людей такое же отношение к нестандартным людям – к "белым воронам", но выражается оно не в такой откровенной форме, а чаще – в стремлении показать своё превосходство. Конечно, в самом этом стремлении нет ничего плохого, но выставлять напоказ свои (часто – надуманные) преимущества и унижать этим других, не достойно культурного человека. А ведь к такому стереотипу поведения дети приучаются уже с раннего возраста. Родители даже не подозревают о своём воспитательном влиянии, о том, что дети могут скопировать и такие их глубинные черты, как стремление быть лучше других. Но, к сожалению, это стремление часто приводит лишь к показухе, ведь легче выглядеть лучшим, чем быть на самом деле таким. И вся эта престижность, показушная элитарность и деланный аристократизм – всего лишь стремление возвыситься над остальными. Причём, часто не столько своим "содержанием", сколько "формой", а это приводит в заблуждение окружающих. Не вкусная конфета, например, может выглядеть привлекательней, чем вкусная, если она завёрнута в красивый фантик. Это ясно, но всё равно руки тянутся к привлекательной. Но эта "пыль в глаза" рано или поздно распознаётся, и "...провожают по уму". К тому же, чем беднее содержание, тем больше труда надо затратить на привлекательность формы.
          Самое обидное в осознании вышесказанного то, что и превосходство форм (речь идёт о людях), и показушная престижность, и надуманная элитарность, – всё это необходимо обществу, так как способствует прогрессу, заставляет людей конкурировать друг с другом и бороться за "место под солнцем". Кстати, это выражение пришло из растительного мира, где идёт малозаметная, но жестокая борьба за место под солнцем, и проигравший прекращает существование. У людей не везде такая жестокая конкуренция, но там где она есть – общество активнее и здоровее. Правда, зная об этом противоречии, нелегко сделать выбор: воспитывать у ребёнка мягкую и гуманную жизненную позицию или жёсткую и конкурентоспособную. Хотя когда господствуют цивилизованные законы, человек с гуманной жизненной позицией тоже может быть конкурентоспособным. Но обычно выбирать не приходится, так как ребёнок перенимает жизненную позицию у родителей, у которых позиция была сформирована обществом, в котором царят определённые законы.
          Однако природа позаботилась об обновлении, и в "возрасте отрицаний" (примерно от 16-и до 23-х лет) дети могут встать на противоположные позиции, хотя остаться на них мало кому удаётся, так как детские стереотипы мышления очень сильны. И когда с возрастом проходит "бунтарский дух", повзрослевшие бунтари становятся на позиции своих родителей, становятся консерваторами. Но пересмотр истин (с каждым поколением) – только на пользу обществу. И это можно проиллюстрировать на примере американских хиппи – крайней степени проявления молодёжного бунта против старшего поколения. Их протест был, фактически, противопоставлением ультра коммунистических и анархистских идей жёсткому капитализму.
          Так вот: те из хиппи, которые не умерли от наркотиков и истощения, с годами стали уважаемыми членами общества, стали вести такой образ жизни, против которого сами же протестовали в юности. Но благодаря им что-то изменилось в обществе, и не в худшую сторону. Но это не наша тема.
          Несомненно, желательней воспитать личность со стойкой жизненной позицией. Но тут много нюансов, так как способы приспособления к жизни зависят от экономических и политических условий в обществе, и нередко для нахождения своего места в жизни, нужны противоположные способы. О моральной стороне конформизма мы говорить не будем, ведь мораль – это тоже продукт господствующих общественных отношений. Да и понятно, что для жизни в условиях, скажем, оккупации, межнациональных конфликтов или войны, от людей требуется совершенно иной подход к жизни, так как на первом плане оказывается борьба за выживание. Поэтому для простоты мы рассматриваем воспитание в условиях мирного цивилизованного общества. Но даже в этих условиях конкурентоспособность часто вступает в противоречие с человеколюбием, так как чем активнее человек борется за своё место в жизни, тем больше конкурентов он должен "обойти". А чем выше он продвигается по социальной лестнице, тем выше ставки и жёстче конкуренция – "удары" всё серьёзней – ставкой уже может стать жизнь, и не своя, и не одна.
          Кто-то может, если повезёт, найти свою "нишу" и занять её, избежав необходимости конкурировать с людьми, но не так-то легко найти занятие, где бы ни сталкивались интересы многих людей, и чтобы не приходилось "расталкивать локтями своих ближних", да и самого чтобы не "оттолкнули". Тут нужен либо особый талант, либо счастливое стечение обстоятельств. Ни то, ни другое нельзя предугадать, так что готовить детей к "безоблачному существованию" не имеет смысла. Готовить надо к здоровой конкуренции, к честной борьбе. Это, конечно, довольно относительное понятие, но хочется подчеркнуть, что с твёрдой, открытой и человеколюбивой позицией лучше жить, так как чрезмерная увлечённость конкуренцией и самоутверждением "высушивает душу" и не даёт испытать простые человеческие чувства, необходимые для ощущения счастья. Правда, с человеколюбивой позицией трудно достичь высокого социального и материального положения (бывают и исключения, в "нишах"), но зато можно испытать счастье душевной близости, взаимодоверия (и не только в семье), настоящей любви и удовлетворённости жизнью, преодолевая, разумеется, постоянно возникающие трудности.
          А что касается конкуренции, то к ней дети привыкают довольно рано – помогает инстинкт. И он проявляется сразу же, как только дети попадают в круг сверстников (это может быть и второй ребёнок в семье). Но, в конкурентной борьбе, если так можно назвать детские игры и выяснение отношений, дети руководствуются не только инстинктом, но и подсмотренным родительским поведением в схожих ситуациях. Дети, часто не улавливая смысла, довольно точно копируют не только выражения и интонации, но и манеру поведения, и тактику взаимоотношений, и стратегию достижения цели. А это значит, что они копируют личность родителей со всеми плюсами и минусами. К примеру, маленькая девочка может по-взрослому заигрывать с мужчинами, копируя мать (одиночку, в основном). И если поведение девочки в таком возрасте только шокирует, то в подростковом – провоцирует, что может привести к неожиданным для девочки-подростка последствиям.
          Родителям очень трудно привить детям те качества, которых у них нет, да и не нужно этого делать, ведь прививая чуждые семье качества, они рискуют воспитать чуждую личность. Впрочем, такой же результат может получиться и при обычном воспитании, ведь не все черты характера родителей чётко выражены, а тем более – осознанны. Зачастую они и вовсе противоположны у супругов, так что у ребёнка довольно богатый выбор для "созидания" своей личности. И он, фактически, составляет из двух "комплектов" стереотипов поведения и мышления один индивидуальный "букет", который может быть составлен как из лучших черт обоих, так и из худших. Не говоря уже о чертах других близких людей и повлиявших случайностях. Причём "составление композиции" довольно похоже на процесс, который происходит при зачатии, когда из двух хромосомных наборов собирается один, и заимствуются какие-то хромосомы у одного из родителей, какие-то – у другого. Правда, в отличие от этого неуправляемого процесса, воспитанием можно управлять в каких-то пределах, как мы уже говорили, меняя себя.
          К примеру, в семье дружных и любящих родителей есть возможность привить детям те качества, которые нравятся обоим родителям, но есть лишь у одного из них. Дело в том, что близкие супруги могут посмотреть со стороны на свои отрицательные качества, не испытывая унижений. В то же время, положительные качества своей половины не будут "давить" на чувство собственного достоинства, а будут вызывать восхищение. Такая общность родителей помогает воспитанию в детях оптимальных для этой семьи черт характера. Ведь главная задача родительского воспитания не в том, чтобы привить ребёнку абстрактно-хорошие качества, отчуждающие, фактически, его от родителей, а в том, чтобы передать ему лучшие качества из "арсенала" обоих, чтобы он стал им ближе. Правда, добиться этого нелегко, так как плохие качества легче "прилипают" к детям, но ведь это – основная обязанность родителей, к тому же, и в результате они должны быть заинтересованы. А если пустить воспитание на самотёк, то "прилипнет" к детям больше нежелательных, чем нравящихся родителям качеств.
          Основные принципы взаимоотношений с окружающими дети перенимают тоже у родителей. Правда, это не всегда заметно в детстве, но если поведение супругов с окружающими более-менее схожее, то можно почти с уверенностью сказать, что их ребёнок, повзрослев, будет вести себя так же. И если родителям удастся своим примером научить детей конкурировать с другими людьми дозволенными, тактичными и этичными способами, то ребёнку легче будет найти своё место в жизни, и ему не к чему будет стремиться занять чужое. А на своём месте легче будет обрести и семейное счастье. Правда, как мы уже говорили, этичными способами серьёзную карьеру не сделать (исключение – особый профессиональный талант), в отличие от конкурирующих любыми способами. Но при таком подходе можно достичь лишь "вершин жизни", а отнюдь не семейного счастья, так как конкурентная борьба вырабатывает такое отношение к людям, такое самомнение и такие личностные качества, которые просто препятствуют установлению супружеской гармонии. Конечно, могут быть и исключения, но обычно, у тех, кто слишком увлечён карьерой и накоплением капитала, времени на семью не хватает. И ещё хочется добавить, что на своём месте проще избегать крайностей и соизмерять желания со своими возможностями. В жизни редко удаётся "и рыбку съесть, и ноги не промочить" – всегда приходится выбирать и чем-то жертвовать.
          Что же касается людей с тихим и благожелательным нравом, тех, у которых отсутствуют амбиции и которые не жертвуют всем ради карьеры, то и им всё равно не избежать конкуренции и отстаивания своих позиций. И чтобы выдержать "давление" обывательского мировоззрения, им всё-таки придётся противопоставить шовинизму "хозяев жизни" (превосходство жёсткой конкуренции и пренебрежение к "слабым") свой шовинизм – превосходство культуры и гуманизма. Но такой шовинизм – тоже крайность и тоже может "замарать" душу, отчуждением от окружающих. И не надо забывать, что "рождённые ползать любят ползать наперегонки с рождёнными летать, зная, что в этом они победят". И хоть нельзя обойтись без борьбы противоположностей, не стоит опускаться в ней до низшего уровня.
          Справедливости ради нужно отметить, что и такая борьба, и такое противоречие – как, впрочем, и остальные – способствует развитию человечества. А это означает, что люди с разным мировоззрением имеют право на существование и на отстаивание своего мнения, ведь без этого – при насильственном распространении какой-то одной идеологии – в обществе начинаются "застой" и "загнивание". Поэтому, даже из лучших побуждений (всеобщее счастье) нельзя превращать несогласных в диссидентов и предавать анафеме (религиозные, кстати, термины). И нельзя уравнивать всех, "стричь под одну гребёнку" и подгонять под размеры "прокрустова ложа" господствующей идеологии. Конечно, серую массу (особенно – запуганную) легче контролировать, легче управлять ею и "силком загонять в рай". Но это уже политика.
          Сравнительно не так давно выяснили, что всё живое на Земле находится в состоянии неустойчивого равновесия. Для многих стало откровением, что отстрел волков, например, может привести не к увеличению поголовья диких оленей, а к массовым заболеваниям и мору среди них, а уничтожение воробьёв не только не увеличит урожайность злаковых, а наоборот – размножившиеся вредители съедят весь урожай. Значит, у каждого вида живых существ есть в природе своё место, и каждый вид занимает свою экологическую нишу, правда, вынужден постоянно доказывать своё право на существование. Но, несмотря на это, различные виды относятся друг к другу "терпимо". Людям тоже не мешает терпимо относиться к другим – к "нестандартным" согражданам: другой расы, другой национальности, другой сексуальной ориентации, другого материального положения и т.п. Пусть все конкурируют естественным образом, всем хватит места, и совершенно нет необходимости устраивать кампании по "выметанию поганой метлой" каких-то групп людей.
          Со временем всё новое и необычное занимает своё место в жизни или само собой отмирает. Такая естественная борьба никогда не выходит за разумные рамки и способствует прогрессу. Как сказал один кино-герой: "Я убегаю – ты догоняешь, а вместе делаем общее дело". И есть доля истины даже в шуточном и циничном высказывании уголовника: "Такие как я обеспечивают работой полицейских, прокуроров, судей, тюремщиков и т.д., значит и мы нужны обществу".
          Всё это вроде бы далеко от воспитания, но глубинная культура взаимоотношений людей друг с другом (как и бескультурье) прививается с очень раннего возраста, причём – спонтанно: родители даже не замечают этого. Поэтому в культурном уровне изменения к лучшему происходят очень медленно – на протяжении поколений. Но спешить как будто некуда...
          Знать о естественности борьбы за существование и со стороны смотреть на борьбу других – одно, а самому бороться... Соответственно и знать о закономерной жестокости жизни вообще – одно, а самому сталкиваться с жестокостью и готовить своих детей к ней – совсем другое. И тут главное не ожесточиться самому и не передать этого детям. Не стоит травмировать психику ребёнка нравоучениями со смакованием жестокостей жизни, но и "туманить мозги" всеобщей добротой, справедливостью и гуманностью, как поступают некоторые родители, пытаясь оградить детей от реалий жизни – тоже не надо. Закрывать глаза на правду – значит стремиться убежать от действительности. А передать ребёнку такую жизненную позицию – значит сделать его неприспособленным к жизни. Хотя и таким людям находится место в жизни – им приходят на помощь всевозможные религиозные учения и утопические идеологии, упрощающие жизнь и помогающие человеку отгородиться от реальности и жить в иллюзорном "идеальном" мире. Остальным же – более сильным – от знаний вреда не будет, так как знание истинного положения дел помогает лучше сориентироваться и принять правильное решение. Для сравнения: вряд ли полководец выиграет сражение, если вместо истинной информации о расстановке сил ему "подсунут" желаемую приятную "картинку" и "сказки" о гуманности врага.
          Больше всего может повредить судьбе человека нежелание думать и неумение делать правильные выводы. И это, к сожалению, могут привить родители, ведь если родители сами не определились с выводами и пустили свою судьбу "на самотёк", то ребёнок тоже будет "плыть по течению", не выбирая своего пути. Куда выведет его "течение" – трудно сказать. Но если родители, даже при всей неопределённости своей жизненной позиции, привили ребёнку способность думать, то он, проанализировав неудачный путь своих родителей, вполне сможет найти свою дорогу в жизни. Правда, он может сделать асоциальные выводы и противопоставить себя обществу, но это – "самотёк", и он может привести куда угодно.
          Зная реальное положение дел и не испытывая страха перед возмездием в "следующей" жизни, ребёнок легче будет ориентироваться в реальной жизни. Он быстрее осознает необходимость основных норм морали и правил поведения в обществе и при правильном воспитании не даст ожесточиться сердцу, не будет конкурировать с людьми негуманными способами – "шагая по трупам". Именно благодаря родителям ребёнок должен осознать, что не убивают "ближнего" не потому, что так гласит заповедь: "Не убий..., а то будешь вечно мучиться в аду", а потому, что все люди имеют одинаковое право на жизнь и уважение к себе. Страх же перед адом не так сложно побороть, если "грешить поэтапно". Человек, презирая и "затаптывая" других, с каждым разом всё больше убеждается в своей безнаказанности – в отсутствии кары "свыше". А это может привести человека к беспредельной жестокости "сорвавшегося с поводка". И дело тут вовсе не в атеизме, а в том, что отсутствие веры, необходимой "забитым" людям, не компенсируется у "независимого" человека реальными знаниями, реальной моралью – воспитанием гуманизма и уважения к себе и к окружающим. А у раба, даже ставшего господином, не может быть уважения к окружающим, так как ему недоступно самоуважение. Ведь его всю жизнь "опускали".
          Родительское воспитание играет огромную роль в разъяснении реального положения дел, как в обществе, так и в природе. Родители могут привить как самоуважение и человеколюбие, так и рабскую покорность, зависть, утопические желания и пренебрежение к другим. Причём, "прививка делается" не с помощью абстрактных нравоучений, а собственным примером взаимоотношений со знакомыми и незнакомыми людьми, примером отношения к животным и даже к растениям. А так как реальная жизнь далеко не идеальна, и собственный пример мало у кого бывает эталоном гуманизма, то и плоды воспитания часто далеки от совершенства. Но это не страшно, ведь родители воспитывают не абстрактно-идеальную личность, приспособленную к жизни разве что в раю, а своего преемника. А это – "плоть от плоти", как говорится, и "мозг от мозга", как не говорится, но означает, что передаются стереотипы мышления и поведения. И в этих стереотипах обязательно присутствует стратегия борьбы за существование. Не всегда, конечно, она "лежит на поверхности", но дети замечают и перенимают. А если и не перенимают, то, даже осознавая естественность борьбы за существование, они инстинктивно будут бороться. Но, к сожалению, человеколюбие у них останется в зачаточной форме. Вряд ли в инстинкте борьбы за существование есть место для гуманизма. Только у ребёнка, перенявшего человеколюбивые стереотипы, будет в сознании место для уважения другой личности, конкурента.
          Осознание естественности борьбы за существование совсем не означает, что человек должен презирать окружающих и "топтать" их. Правда, борясь негуманными способами можно быстрее победить конкурента, но тут встаёт вопрос: "А ради чего?" К сожалению, мало кто задумывается над этим вопросом, так как готовый ответ уже был перенят у родителей. Но мы уже говорили, что счастья такая борьба не приносит, разве что – хорошую карьеру и, вероятно, способствует общественному прогрессу, хотя это спорный вопрос.
          Если человек встал перед дилеммой: проиграть борьбу или воспользоваться неэтичными способами, и он колеблется, значит, такая борьба ему не подходит и грозит ему "синдромом Раскольникова". А это значит, что совесть предупреждает, что такой способ не подходит. Тот же, кто воспитан "ходить по трупам", обычно не сомневается. Он уже так "запрограммирован". Кстати, не секрет, что унижать других без зазрения совести и быть жестоким с конкурентами (и вообще с людьми) может лишь тот, кто с детства испытал на себе унижения и жестокое обращение. Однако такое отношение к окружающим может быть и ненамеренным – человек может унизить и оскорбить другого человека по "простоте душевной", не задумываясь. Это уже результат бескультурья, вернее – результат холопского воспитания, когда с детства приучают сносить унижения от "вышестоящих" и унижать себе подобных. Не может быть человеколюбивого, тактичного отношения к окружающим – благородства души – у холопов и рабов. А такие стереотипы вырабатывается в течение нескольких поколений в результате приобщения к культуре и уважения к независимой личности ребёнка. Для этого нужна, как и хорошему вину, "выдержка". Иначе не "выветрятся" некоторые отрицательные черты: снобизм, высокомерие и презрение к нижестоящим (к "черни"). У того же, кто сам был не так давно "чернью", не может быть такой "выдержки" – истинного гуманизма. У него привычка сносить унижения может трансформироваться лишь в привычку унижать других. И таким отношением к окружающим "страдают", в основном, те, кто резко поправил своё материальное положение или получил власть над людьми, не важно, над сколькими.
          Что касается чрезмерной жестокости при унижениях, то в этом случае решающую роль играют различные комплексы неполноценности, приобретённые в детстве. И чем сильнее комплекс неполноценности, чем сильнее человек ощущает из-за него унижение, тем он с большей жестокостью "отыгрывается" на других, как бы получив моральное право на это. Такие люди сильнее других рвутся к власти, чтобы легче было унижать других, компенсируя свою ущербность и самоутверждаясь через это. Примеров этого можно найти немало как в повседневной жизни, так и в политике.
          Причинами чрезмерной жестокости могут быть и сексуальные комплексы, и ненормальные стереотипы сексуального поведения, но чаще всего они лишь сопутствуют "основной" жестокости. К примеру, причиной изнасилований чаще всего является не столько сексуальное желание, сколько возможность насилия над личностью, удовольствие от этого. Правда, после первого оргазма, испытанного при насилии, секс и насилие так "переплетаются" в мозгу у таких, что при сексуальном желании автоматически появляется и желание насилия.
          В современном обществе борьба за существование довольно завуалирована, и сверхзадачей большинства людей в цивилизованном обществе является не столько выживание, сколько самоутверждение. Жить в обществе не определившись, не найдя своего места в нём и не самоутвердившись – крайне дискомфортно, ведь общество сильно давит на не вписавшихся в его жизнь людей, на не подчинившихся его писаным и неписаным законам. И речь идёт не столько об обществе в целом, сколько о прослойке, круге людей. Ведь большинство людей самоутверждается в своём узком кругу, оценка которого для них стоит на первом месте. Можно даже найти своё место в кругу, который противостоит обществу в целом и не испытывать дискомфорта. Ведь как уже говорилось, шутка: "Ты меня уважаешь, я тебя уважаю, мы с тобой – уважаемые люди" имеет довольно серьёзный смысл, означающий, что для человека достаточно самоутвердиться в узком кругу, чтобы почувствовать себя человеком. А круг этот может быть не только гольф клубом, высшим светом, обществом любителей собак, фан клубом спортивной или поп звезды, но и кварталом, двором, бандой, тюрьмой, и т.п. Самоутверждение в локальном обществе не менее ценно, чем в обществе в целом. Но трудности есть везде, так как в любом кругу есть свои законы, свои правила поведения, своя престижность и свои специфические способы завоевать уважение: от ношения модной одежды или обладания каким-то раритетом, до умения плевать в цель или убивать людей. А избежать подчинения локальным законам отнюдь не легче, чем законам государства. И даже те люди, которые не хотят подчиняться законам общества в целом, и открыто протестуют против его законов (рецидивисты, хиппи, бомжи), даже они не могут игнорировать законы своего круга. Просто они не могут жить без положительной оценки в своём кругу, где за соблюдением законов следят авторитеты, которых, к примеру, в уголовном мире так и зовут – "авторитетами в законе".
          Без единомышленников и без круга, в котором его уважают, человеку невозможно самоутвердиться и почувствовать свою значимость. И ещё в раннем детстве, когда он ребёнком попадает в коллектив (детсад, двор), у него уже появляется потребность найти там своё место и заслужить уважение, то есть – самоутвердиться. Дома у ребёнка, конечно, есть своё место, особенно, если это первенец, а в коллективе сверстников ещё нужно "заработать" это место. А заработать его можно какими-то способностями или знаниями, ценящимися в этом кругу, и в бескомпромиссной борьбе.
          Уже при первых столкновениях с "обществом" ребёнок использует – после небольшого шока – перенятый от родителей и других близких родственников "арсенал" для конкурентной борьбы. Насколько способы конкуренции будут моральными (в общечеловеческом значении), зависит от культурного уровня родителей. Но обычно дети пробуют почти все способы конкурентной борьбы, в том числе и нелицеприятные, такие как интриги, унижение противника, чтобы возвыситься самому, объединение с третьим, чтобы одержать верх над конкурентом и многие другие, за исключением, разве что, сексуального обольщения.
          Если детям для самоутверждения хватает иметь сравнительно простые умения и вещи (дальше всех бросать мяч, побеждать в драках, иметь стеклянный шарик, необычное платье и т.п.), то у взрослых в каждом кругу есть свои определённые и серьёзные требования. Поэтому большинство вынуждено "лезть из кожи", чтобы "подтянуться" до определённого уровня, считающегося престижным в их кругу. Причём делается это часто неосознанно и в ущерб супружеским отношениям или даже детям. Конечно, со стороны гордость от обладания престижными вещами может показаться смешной и глупой как, например, экономия на еде и на фруктах для детей ради приобретения очередной престижной безделушки, но в определённом кругу это может быть серьёзной потребностью, ради которой можно пожертвовать многим. И главное – круг их поддержит в этом, даст почувствовать уважение к себе и свою значимость. А ради этого, если глубоко не задумываться, ничего не жалко. А если задуматься, то окажется, что именно такие потребности являются, как ни странно, двигателем прогресса, ведь приобретая престижные (рекламируемые) товары, обыватели (потребители) стимулируют производство, заставляют конкурировать производителей, а это способствует повышению качества товаров и снижению их стоимости из-за увеличения объёмов производства и внедрения конкурентоспособных технологий.
          Но это уже другая тема. Правда, хочется упомянуть ещё один серьёзный двигатель прогресса – войну. Ведь военная промышленность работает в режиме постоянной конкуренции, при постоянном внедрения новых наукоёмких технологий, да и на капиталовложения для разработки военной техники не принято скупиться. Но это так, к слову, хотя и не без умысла ещё раз подчеркнуть, что реальный взгляд на жизнь невозможен без знаний о её отрицательных и шокирующих сторонах, правда, специально шокировать детей не стоит. Пусть детство будет сравнительно беззаботным, а о естественной жестокости жизни можно поговорить от случая к случаю и желательно – без эмоций.
          Многим хорошо известно, какую роль в воспитании играет среда. Но мало кто задумывался, что даже в первые годы жизни, когда ребёнок общается лишь с родителями, она влияет через них. А дело в том, что стереотипы поведения и мышления, которые копирует ребёнок со своих родителей, в свою очередь были сформированы у них не только их родителями, но и средой, в которой родители воспитывались и жили. Именно среда сформировала у них национальные особенности, даже когда ребёнок генетически принадлежал другой национальности. Она же формирует и социальные, характерные для определённой прослойки общества, особенности. Семейные же особенности сравнительно незначительны и особой роли не играют, так как проявляются лишь в мелочах.
          Каждая прослойка, объединяющая людей общими стереотипами мышления и поведения, защищает свои интересы и обособляется от остальных, принося своеобразный уют в общение своих членов, и нередко внушает им специфическую гордость от принадлежности к ней. Нередко к гордости и ощущению своей значимости от принадлежности к какому-то кругу, примешивается и пренебрежение к представителям других прослоек, ра
асположенных, в основном, ниже по социальной лестнице. Это подкрепляется различными традициями, церемониями, манерами и специфическими знаниями. Кроме того, "по умолчанию" передаётся и тяга к "вышестоящим" кругам и зависть к их представителям, что, однако, играет положительную роль, так как способствует прогрессу в обществе. Однако в такой тяге заключено и противоречие – оторваться от своего круга – от родителей, в том числе – и ощущать себя полноценным членом другого круга, не каждому удаётся. К тому же дети, воспитанные в новом кругу станут так же далеки от сменивших круг родителей, как и сами они от своих родителей. В такой ситуации возникают очень тонкие чувства, но на психику действуют внушительно, создавая ощущение нахождения "не в своей тарелке". Но на это многие решаются – хотя вряд ли сознательно – из вечного стремления "вперёд и вверх". Поэтому родителям, которые желают "протолкнуть" своих детей выше, надо быть готовыми к некоторому отчуждению. Конечно, благодаря прогрессу уровень детей всегда будет выше, чем у родителей, но это не так портит взаимопонимание между ними, как резкая разница уровней – и социального, и материального.
          В художественной литературе есть немало примеров, когда ребёнку давали образование и воспитание (гувернантки) такого уровня, что ребёнок, повзрослев, даже стеснялся своих родителей. В принципе, пойти дальше родителей, стать умнее учителей – естественно и правильно, но если образование идёт вразрез с воспитанием, а воспитание не соответствует уровню жизни – для качественного улучшения воспитания нужно несколько поколений – человеку приходится ощущать себя "не в своей тарелке". Нередко это сопровождается ещё и неприятными ощущениями от комплекса неполноценности. Впрочем, эти ощущения только усиливают стремление "вверх", делают человека более конкурентоспособным.
          В наше время, когда информация распространяется с огромной скоростью по всему цивилизованному миру, получается, что в воспитании детей участвует, чуть ли не весь мир, и зачастую – наперекор родителям. Поэтому, если нет возможности оградить ребёнка от внешнего мира, родителям нужно быть гибче в вопросах воспитания и с пониманием относиться к интересам молодого поколения. Это поможет не только не порвать связь с детьми, но и самим не "устареть морально".
          Мы стараемся по возможности давать конкретные советы, но цель этой главы – дать информацию к размышлению и помочь сориентироваться в вопросах воспитания.
          Основной способ обучения и воспитания – как, впрочем, и познания в целом – метод проб и ошибок. Не будем заострять внимания на том, что первенец – полигон для испытания методов воспитания родителей. Речь пойдёт о самом ребёнке, который постоянно пробует делать всё, что хочет, "двигаясь по линии минимального сопротивления". К примеру, мочиться удобней тогда, когда хочется (где попадётся) и если чего-то хочется, то проще взять без спроса. Поэтому роль воспитателя фактически сводится к одёргиванию и к запретам. Природа это делает проще: горячее обжигает, острое колет – наказывает за неверные действия. Воспитатель же должен блокировать все ненужные, по его мнению, ходы ребёнка так, чтобы тому остались лишь ходы в нужном направлении. В чём-то это походит на детскую возню с насекомыми, когда перекрываются все направления движения жучка, и тот вынужден ползти туда, куда хочет "управляющий". Вот так и получается, что одним из основных инструментов воспитания становится наказание.
          Сила наказания в том, что оно создаёт условно-рефлекторную связь между неверным поступком и его отрицательной оценкой со стороны воспитателя. Разумеется, что чем сильнее шок, чем чаще он повторяется, тем прочнее эта связь. Но сильно – не обязательно жестоко, так как жестокость, хотя и может дать хорошие результаты в закреплении, может навредить воспитанию личности в целом.
          Многие "нехорошие" поступки на самом деле очень естественны для ребёнка (человека), просто они нежелательны для окружающих, поэтому общество через воспитателей и родителей (а в дальнейшем и через совесть) их пресекает. А так как человек рождается свободолюбивым и независимым, то ограничение его свободы не может пройти легко и безболезненно. Поэтому-то механизм закрепления в подсознании запрета на определённый поступок не чётко "срабатывает", не навсегда, ведь свободу довольно трудно "задушить". А это означает, что наказание приходится повторять до тех пор, пока не выработается понимание, и "контролёром" не станет совесть – внутренний "инспектор" общественных интересов.
          Педагогический эффект закрепления оценки поступка не однозначно зависит от физической силы наказания. Повышение голоса, изменение интонации, шлепок и отчуждение ("Я с тобой не разговариваю!") – могут быть вполне достаточными для тормозящего воздействия на психику ребёнка. К тому же, не надо забывать, что шок от сильного потрясения и жестокого наказания может стать причиной нежелательных психических отклонений и различных фобий, которые потом всю жизнь будут сопровождать человека и влиять на его судьбу. К примеру, запирание ребёнка в тёмном чулане может стать причиной боязни темноты и замкнутого пространства. А вообще, жестокие наказания могут "сломать" ребёнка – подавить его свободолюбие и превратить в послушную "скотину". К тому же, подчинение из страха перед наказанием – это не осознанное принятие правоты, а униженное преклонение перед властью. Воспитанный в таком духе ребёнок, став взрослым, даже, несмотря на трусливое подчинение, будет очень жестоким по отношению и к тем, кто потерял над ним власть (к родителям, в том числе), и к тем, над кем получит власть. Об уважении же к людям, при таком воспитании, и говорить не приходится – таким людям это понятие недоступно.
          Особое влияние на судьбу человека имеют наказания за "сексуальные" проступки, но на них мы остановимся отдельно в следующей главе.
          Повторением наказания за один и тот же поступок родители добиваются того, что закрепившаяся условно-рефлекторная связь между поступком и наказанием сама тормозит желание. Ведь пресечь свой нежелательный поступок можно только, как уже говорилось, в сознательном возрасте. Поэтому для ребёнка остаётся только наказание и копирование требуемого поведения с окружающих. А самым сильным воспитательным эффектом обладает коллектив сверстников. Но, к сожалению, детский коллектив воспитывает не только хорошие навыки, но и плохие, да и "давит" коллектив чересчур сильно, требуя, в основном, слепого подчинения групповым интересам.
          Что касается родительского наказания, то оно не должно быть ни жестоким, ни мстительным. Иначе наказание только ожесточит ребёнка. И ещё: наказание не должно запаздывать, так как наказывать маленького ребёнка за прошлые ошибки и шалости ("Ты вчера сделал такое...") не даёт никакого педагогического эффекта, так как превращается для него в непонятную акцию со стороны родителей. Ведь ребёнок быстро забывает такие "мелочи", как проступки, к тому же, время для него течёт по-другому, не так, как у взрослых. И такие понятия, как вчера, сегодня, завтра, даже утром и вечером, маленькие дети воспринимают очень смутно. Поэтому эффективность запоздавшего наказания не только равна нулю, но даже отрицательна – у ребёнка остаётся впечатление, что наказание было ни за что. А это приучает его беспричинно наказывать и унижать других. Пока, разумеется, кукол и прочих "подчинённых", но позже этот стереотип поведения войдёт у него в привычку.
          Ещё до открытия генетики воспитанию противопоставляли наследственность, высказываясь в духе Джафара из "Багдадского вора": "Сын честного – честен, сын вора – вор". И подразумевали, конечно, что "ничего не поделаешь, таким уж ребёнок уродился". Такое мнение и до сих пор многим нравится потому, что снимает с родителей ответственность за воспитание. Но в высказывании Джафара есть истина, ведь основные личностные качества родителей передаются детям, правда, не столько через генетический код, сколько через воспитание. Кстати, и сам Джафар доказал это, воспитав из мальчика, рождённого в благородной семье, "уголовника".
          С появлением науки о наследственности – генетики – вера многих людей в силу наследственности получила как бы научное подтверждение. Однако скоро стало ясно, что генетический код передаёт лишь информацию физиологического характера. Не на все вопросы пока есть ответы, но уже сейчас очевидно, что генетический код просто физически не имеет возможности вместить даже миллиардную долю информации, содержащейся в мозгу человека (примерно во столько раз ёмкость генетической памяти меньше ёмкости памяти мозга). И нелогично как-то, если вдуматься, передавать генами знания, накопленные мозгом. Посудите сами. Если бы гены передавали информацию, накопленную к 20-25-и годам, то есть, к моменту зачатия, то в этом возрасте и передавать-то особенно нечего, разве что стереотипы поведения, но они и без этого перенимаются ребёнком путём подражания. К тому же, в этом возрасте молодые родители и сами ещё учатся. И даже если бы гены передавали жизненный опыт или мудрость, то более поздние дети были бы мудрее и талантливее, а этому нет подтверждения. Правда, замечено, что вторые и последующие дети быстрее обучаются в семье, чем первенцы. Но это легко объясняется влиянием старших детей на младших: младшему ребёнку проще учиться, подражая старшим братьям и сёстрам, нежели первенцу – родителям.
          Тут можно заметить и следующую закономерность: если дети разнополые, то в поведении младшего ребёнка появляется немало черт, характерных противоположному полу. А это иначе как влиянием (воспитательным) старшего ребёнка не объяснить.
          Что же касается передачи безусловных рефлексов (у некоторых животных это могут быть и какие-то трудовые "псевдосознательные" действия), то ведь такие рефлексы – стандартный набор – присущи целому виду и не влияют на индивидуальность, наоборот – делают всех похожими. "Хранятся" же они, скорее всего там же, где и врождённые инстинкты: дыхательный, материнский, размножения и т.п.
          Сторонники наследственной передачи памяти приводят в доказательство своей гипотезы случаи, когда человек в бессознательном состоянии произносил слова или отрывки фраз на языке, который он при жизни слышать не мог. Речь идёт о тех, кто в младенчестве был отлучён от родителей и рос в другой языковой среде. Такие случаи "обыгрывают" и буддисты, объясняющие эти феномены памяти прошлыми жизнями человека – переселением душ. И долгое время не было материалистического объяснения подобным феноменальным случаям, но когда стали исследовать внутриутробную жизнь плода, оказалось, что не родившийся ещё ребёнок способен слышать звуки, доносящиеся "снаружи" и даже запоминать услышанное. Но из-за того, что у него слова не ассоциируются с какими-либо понятиями, они так и остаются "глубоко" в памяти. И либо со временем эта невостребованная "запись" утрачивается, либо она остаётся на всю жизнь, но её трудно "зацепить", чтобы "извлечь". Иногда же, когда она случайно "всплывает" во сне или в бреду, это порождает "нездоровые сенсации".
          Это всё, конечно, интересно, можно вспомнить ещё и другие феноменальные случаи, но достаточно и этой информации, чтобы сделать вывод о том, что формирование психики и памяти человека начинается ещё в утробе, то есть, воспитание начинается, фактически, до рождения. И с такими способностями плода связана ещё одна "загадка" наследственности – музыкальный слух. Оказывается, что музыкальный слух передаётся ребёнку матерью, которая поёт и слушает музыку во время беременности. У народов, в языке которых слова формируются не только из звуков, но имеет значение и их высота и тональность, все дети рождаются с музыкальным слухом. Вьетнамцы, например, ещё в утробе матери слушая музыкальную речь, рождаются уже с музыкальным слухом.
          В связи с вопросом о генетической передаче наследственной информации хочется ненадолго остановиться и на проблеме, возникшей в конце ХХ-го века – на клонировании человека. Не будем касаться моральной и правовой сторон этого эксперимента, так как они зависят от власть имущих. Задумаемся над природой процесса. Не над технологией, а над смыслом, ведь фактически "овеществляется" генетический код конкретного человека. Но ведь личность этим не скопируешь? В чём же тогда смысл клонирования, в создании банка запчастей? А сколько лет понадобится, чтобы вырастить этого двойника, и какие знания и воспитание получит двойник? И, главное – где? Неужели кто-то решится открыть специальные "скотофермы" для "человеческого материала"? А потом что? Убивать их на запчасти? Очень дорогими окажутся эти запчасти, не говоря уже о моральной стороне, ведь придётся убивать другую личность. Хотя можно "выращивать" микроцефалов – людей с очень маленьким головным мозгом. Но, в принципе, человеку платежеспособному и не видящему ничего зазорного в том, чтобы убить своего двойника (кровного брата, фактически), проще заказать убийство другого человека, подходящего по параметрам для пересадки.
          Но, может, клонированного двойника хотят использовать как живой контейнер для мозга оригинала? Куда же девать прошлую – пусть даже животную – личность? Ведь чтобы её создать, понадобились бы многие годы воспитания и обучения. Причём, такую "интимную" информацию пока невозможно "перезаписать". А склонированный человек уже будет обладать другой информацией, другой внутриутробной, если можно так выразиться, памятью. Впрочем, проблема сохранения личности не нова. Достаточно вспомнить случаи, когда мозг во время операции оказывался без притока крови (без кислорода) и "стиралась" память. Человек уже переставал быть человеком, личностью, хотя внешний вид и мог остаться пышущим здоровьем. Ведь сознание у него опускалось до уровня новорожденного, а восстановить личность – стёртую "запись" – непосильная пока задача. Правда, её решения уже ожидают тысячи замороженных неисцелимо больных. Их убедили, что в будущем их разморозят и вылечат. Но ведь память их уже будет стёрта! Даже если удастся оживить размороженное тело, то мозг окажется пустым. А если начать воспитание и обучение, то это уже будет совсем другая личность, не говоря о том, что с возрастом человек всё труднее поддаётся обучению. Единственным выходом в таких случаях может стать способ, описанный известным писателем-фантастом Станиславом Лемом: нужно постоянно "сцеживать" содержимое мозга на какой-то носитель информации, а потом, в случае смерти, в соответствующем учреждении перепишут содержимое носителя в новое тело – в "свежий" (склонированный?) мозг. И тогда восстановится личность, правда, на день последнего "сцеживания". Но пока это – всего лишь фантастика. А вот на что рассчитывал другой известный писатель-фантаст, запустивший в космос свою ДНК "до востребования" инопланетянам, не совсем понятно. Личность же он не посылал?
          На роли наследственности мы заострили внимание лишь для того, чтобы родители осознали ведущую роль воспитания в формировании личности, чтобы они не оправдывали плохой наследственностью свои ошибки воспитания. А ведь зная собственные ошибки, можно, хотя бы частично, их нейтрализовать. Правда, это не значит, что родителям нужно стремиться к каким-то абстрактно-превосходным "показателям" и постоянно испытывать чувство собственной вины. Они ведь тоже не в идеальной семье воспитывались. Люди живут в реальных условиях, и не всё зависит от их желания. Часто ограниченность во времени и в средствах, даже если есть понимание и желание, мешает родителям воспитать детей такими, какими они себе их представляют. Но думающие родители могут увидеть не только плоды своего направленного воспитания, но и свои результат упущений. И мудрость родителей заключается не в отсутствии упущений и ошибок, а в своевременном их осознании и в посильном исправлении.
          В свете сказанного вернёмся к вопросу о корнях родительской и детской любви. Подразумевается, что это должно быть врождённое чувство, заложенное в генах, ведь любовь к детям и к родителям так естественна. На самом же деле чувство это благоприобретенное, вернее – скопированное. Не будем приводить примеры из жизни людей, так как каждый может вспомнить немало случаев, противоречащих друг другу, об отношении матерей к детям, в том числе и ужасных: в Японии, например, могли даже выкинуть "ненужного" младенца на поле, в качестве удобрения. Да и у других народов можно встретить немало ужасных фактов, поэтому, чтобы не возбуждать националистические чувства, обратимся к примерам из жизни братьев наших меньших.
          Кенгуру находятся дальше от человека, чем большинство млекопитающих. Инстинкт продолжения рода у них нормальный – детёнышей они выкармливают молоком и даже с более раннего возраста, чем другие млекопитающие. Но вот в случае опасности они могут пожертвовать детёнышем – выкинуть его из сумки преследователям, чтобы спасти свою жизнь. Рациональность подобного поведения очевидна, ведь детёныш без матери не выживет, а мать сможет родить и вырастить нового детёныша. Однако другие млекопитающие поступают иначе: жертвуют собой, защищая детёныша, отвлекают преследователей, чтобы дать детёнышу шанс вырасти самостоятельно или пристроившись к "родственникам". Такое поведение ближе людям, гуманней, если бы речь шла не о диких животных.
          Исходя из этих примеров, можно сделать вывод, что несмотря на основной материнский инстинкт, существует два стереотипа поведения, два вида материнской "любви". В одних случаях это чувство так велико, что животные могут вырастить и чужого детёныша, даже не своего вида, в том числе и человеческого. Вспомните о Маугли – такое случается не только в книгах. Другую же крайность этого чувства можно наблюдать у млекопитающих, рождённых в неволе, когда они отказываются от своих детёнышей и могут даже разорвать их. Где же тогда их материнский инстинкт? Выходит, что инстинкт руководит главным образом физиологическими процессами, что же касается поведения, то тут "могут быть варианты". И вывод напрашивается сам собой: у юных невольниц просто-напросто нет опыта взаимоотношений мать-дитя. Они сами пили молоко из соски и не имеют представления о кормлении своим молоком. И вообще, они не знают, что делать с детёнышами, ведь их самих выходили люди. А заботу о себе не хочется делить ещё с кем-то. И это – результат лишения естественных условий жизни, отсутствия борьбы за существование и заботы "свыше". И тут трудно удержаться от аналогии и не подчеркнуть, что отсутствие борьбы за существование, жизнь под контролем и "заботой" государства может повлиять на чувства родителей и детей, на их ответственность друг перед другом.
          Но вернёмся к любви детей. Может и неприятно осознавать, но это – тоже стереотип поведения. Родители своим примером учат детей любить. Однако ребёнок учится любить родителей, не столько испытывая любовь к себе и копируя её, сколько подражая родительской любви друг к другу и к старшим родителям. Любовь же родителей к своим детям даст результаты лишь тогда, когда у детей появятся свои дети. А до тех пор она будет "законсервирована" в мозгу в виде стереотипов "до востребования".
          Копируя любовь (вернее – отношение) одного из родителей к другому, ребёнок примерно так и относится к нему. Поэтому, воспитываясь в атмосфере любви, благожелательности, нежности, взаимоуважения, взаимопомощи и доверия, ребёнок получает необходимый набор правильных стереотипов поведения в семье. Повзрослев, он не задумываясь, будет вести себя так же и в своей семье. Но, к сожалению, молодожёны приносят в свою семью не только правильные стереотипы поведения и мышления. Чаще всего, их стереотипы просто не совпадают. Это понятно: у каждого из них свой личностный комплекс стереотипов. Ребёнок же, подражая обоим родителям и не будучи в состоянии дать моральную оценку их поведению, подсознательно выбирает, что "попроще", а это – не обязательно лучшие стереотипы. Но если нет серьёзных противоречий в поведении родителей, ребёнку проще копировать, даже если эти стереотипы отвратительны. Ведь ему и в голову не может прийти, что родители совершают нехорошие поступки.
          Когда возникают серьёзные противоречия между стереотипами мышления и поведения родителей, один из родителей – нередко, и оба – "навязывает" ребёнку свою моральную оценку поведения другой половины: пьяница, бабник, неотёсанный мужик, неэкономный..., сварливая, похотливая и т.п. А такая оценка, кроме того, что отдаляет ребёнка от одного из родителей, влияет и на формирование его личности – ему может передаться отрицательное отношение, как к браку, так и к противоположному полу. Правда, противоречия в поведении родителей заставляют ребёнка думать и с осторожностью относиться к своему будущему браку. Но в такой семье не всегда дети учатся думать. С годами, конечно, ребёнок сможет дать свою моральную оценку поведению обоих родителей, однако, только в зрелом возрасте эта оценка будет истинной и объективной. А до этого, сильные разногласия между родителями, происходящие во время переходного возраста, могут отбить у подростка желание иметь свою семью. И особенно сильно домашние распри могут повлиять на девушек.
          Мы уже говорили, что разнообразные мелкие стереотипы поведения невольно "записываются" в памяти ребёнка и "ждут" своего часа, когда повзрослевший ребёнок окажется в сходной ситуации. Тогда память получит "запрос" и "выдаст" подходящий стереотип поведения. Но бывает, что дети "извлекают" взрослые стереотипы во время игр. Взрослые удивляются, случайно подслушав игровые диалоги детей, особенно девочек, играющих в супругов. Они подражают всему, вплоть до интонаций, с мастерством пародистов. Но если взрослые стереотипы поведения "вылезают" лишь во время игры, то взрослыми стереотипами мышления дети уже пользуются с дошкольного возраста. И стереотипы эти становятся основой их индивидуальности. А касательно "спрятанных" стереотипов поведения можно привести следующий пример.
          Отец, скажем, десятилетнего сына, ударил его за какую-то провинность. Через пару десятков лет ребёнок, сам ставший отцом, не задумываясь, поступит так же при подобной провинности своего сына, даже если наказание неадекватно поступку. А дело в том, что дети воспринимают поведение родителей и взрослых как естественное и правильное, и вместе со стереотипами поведения "записывают" и стереотипы наказаний, даже, несмотря на обиду, испытанную ими на родителей. Зная это, родители, посмотрев на себя со стороны, в состоянии подкорректировать своё поведение. Получается, что дети непроизвольно стимулируют изменения в поведении родителей. Ведь думающие родители, увидев отражение своих поступков в "зеркале" детского поведения, стараются следить за собой, чтобы ребёнок не перенимал нежелательные стереотипы. И таким образом, меняя себя, они могут направить воспитание своих детей в нужное им русло.
          Супружеские поведенческие стереотипы остаются надолго "законсервированными" у детей и проявляются лишь в браке. И именно из-за них молодой супруг, копирующий своего отца, ожидает от своей половины такого же поведения, какое было у его матери в молодости. Соответственно и молодая жена ведёт себя как её мать в молодости и невольно ожидает от мужа поведения своего отца. Правда, тут не всё так просто и однозначно, ведь точное копирование происходит, в основном, при сходных условиях жизни, при отсутствии критического взгляда на взаимоотношения родителей и при нежелании (неумении) гармонизировать свой брак.
          Подсознательным копированием поведения своих родителей в собственной семье объясняются "роковые" браки некоторых людей. Они, не понимая, в чём причина несчастий, в очередной раз связывают свою судьбу с личностью, похожей на предыдущую. И это несмотря на то, что с ней так и не удалось достигнуть нормальных взаимоотношений. А дело, оказывается, в том, что сильные стереотипы семейного поведения, а может, и идеализация родительских взаимоотношений, приводит к тому, что требования к своей половине оказываются неуместными. Такие люди, говоря шахматным языком, каждый раз разыгрывают одну и ту же проигрышную партию.
          Мы вынуждены приводить примеры в крайне лаконичном виде, от чего, вероятно, они теряют свою силу, но если приводить развёрнутые, литературные примеры, объём книги неимоверно возрастёт. Мы уповаем на то, что в памяти у каждого читателя подобного рода примеров достаточно как из литературы, драматургии и кино, так и, извините, из сплетен.
          Нет родителей, которые бы сознательно воспитывали в своих детях эгоизм. Однако причин для появления детского эгоизма и без этого хватает. Но детский эгоизм можно оправдать, тем более что сам ребёнок не виноват, ведь эгоизм где-то инстинктивен, и лишь частично прививается (несознательно) родителями. Однако если в детском возрасте эгоизм не сильно отражается на окружающих, то в возрасте, когда создаётся семья, он может стать сильной помехой достижению супружеской гармонии. Поэтому попытаемся разобраться в причинах эгоизма, мешающего молодым супругам. Но прежде стоит напомнить, что эгоизм – не что иное, как стереотип поведения и тоже "закрепляется" в мозгу условно-рефлекторно. Если, конечно, не вспоминать об инстинкте самосохранения. Впрочем, в семье редко "всплывает" этот инстинкт. Наоборот, он может быть даже "погашен" в некоторых ситуациях.
          Эгоизм у молодожёнов может быть также и следствием отсутствия равноправия и любви в родительской семье. Ребёнок, наблюдая неравноправие в семье, но, не умея критично относиться к этому, скопирует такие взаимоотношения. И в своей семье он, не задумываясь, займёт такую же позицию, что и один из его родителей, в основном, своего пола. Но так как он копирует поведение не только одного из родителей, то у него может выработаться двойственный стереотип поведения: деспотичный и угоднический, в зависимости от ситуации. Причём, проявится такое поведение не только в семье, но и в обществе. Такой человек будет считать естественным, чтобы ему угождали, значит, в семье у него начнут проявляться деспотичные стереотипы поведения. В обществе же, он и сам, там, где надо, будет угождать в личных интересах, абсолютно не задумываясь о моральной стороне своего поведения, ведь привитые в детстве стереотипы для него естественны и правильны. Что же касается созданной им семьи, то независимо он выбранной роли (хозяина или слуги), он не сможет достичь гармоничности брака из-за отсутствия равноправия.
          Эгоизм в ребёнке может быть воспитан и родителями, не любящими друг друга, и не сумевшими найти любовь на стороне (в этом случае, правда, ребёнку прививается лицемерие и другие нежелательные качества), но терпящими брак ради общего ребёнка. И вот такие, не сблизившиеся родители всю нерастраченную супружескую любовь отдают ребёнку (обычно – младшему), в результате чего ребёнок, не видя в семье других проявлений любви, приучается к любви и вниманию лишь по отношению к себе. Такому эгоцентристу (не по своей воле) трудно потом приспособиться в коллективе. Но хуже всего то, что, не видя любовь родителей друг к другу, ребёнок не сможет научиться любить (но не влюбляться) и не сможет создать в дальнейшем нормальную семью. И в этом случае жаль не только ребёнка, но и родителей. Ведь они, отдав всё тепло души ребёнку и надеясь на соответствующую "отдачу", испытывают горькое разочарование не только в ребёнке, но и в жизни вообще. Больно жить всю жизнь с нелюбимым человеком и надеяться на любовь и заботу ребёнка, а в результате испытать лишь разочарование. Но вины ребёнка в этом нет: он сам – жертва, ведь в семьях, где нет любви между родителями, ребёнок не только не может научиться любить, но может перенять и отрицательное отношение родителей друг к другу в виде неприязни или презрения к противоположному полу. А это – серьёзная помеха не только для создания гармоничной семьи, но и просто для сближения с личностью противоположного пола. К счастью, бывает немало исключений, когда влияют какие-то внешние факторы, но рассчитывать на "авось" не стоит.
          Пример расходования родителями семейного бюджета тоже может передать детям эгоистический стереотип мышления и поведения. Казалось бы, никакой связи, но ведь приоритеты, отдаваемые чему-то при распределении бюджета, зависят как от стереотипов мышления, так и от цели в жизни, и интересов. И ребёнок, видя, на чём и ради чего экономят родители, перенимает у них не только приоритеты расходования бюджета, но и интересы – общую направленность интересов. Поэтому, если у родителей интересы сводятся к личным удовольствиям (хобби, одежда, драгоценности, алкоголь, табак и пр.), в ущерб интересам семьи и детей, то, переняв такой стереотип, ребёнок, став уже сам родителем, будет считать естественными эгоистичные интересы. Но, в принципе, это – личное дело каждой семьи. И мы бы не касались этого, если бы стереотипы расходования семейного бюджета не влияли на весь образ жизни, если бы перегиб родителей в приоритетах не провоцировал ребёнка вести нездоровый образ жизни.
          Если родители привыкли тратить деньги лишь на свою внешность, на одежду, личные удовольствия и т.п., это не только ограничит их интересы, но и сформирует интересы их детей, направив в сторону примитивных удовольствий и примитивных способов самоутверждения. Причём влиять будет не только копирование родительских интересов, но и подавление детских. А ведь у каждого ребёнка постоянно возникают интересы, характерные для его возраста и окружения, соответственно ему нужны средства для их удовлетворения. И чем старше ребёнок, тем больше денег (относительно затрат родителей это могут быть и незначительные суммы) ему нужно для интересов, для хобби. Но родители, считающие, что рациональнее тратить деньги на внешность и на другие престижные приобретения, приучают к этому и детей, фактически ограничивая их интересы. Ребёнок, видя, что его родители не скупятся на одежду для него, а вот на его интересах (коллекции, материалы для творчества, книги, фонотеку и видеотеку, компьютерные игры и т.п.) экономят, и сам будет так же поступать. Из-за этого его интересы (и основной – к творчеству) постепенно угаснут. А может для самоутверждения ему придётся доставать деньги на свои интересы преступным путём. Правда, даже хорошие интересы в этом случае могут переродиться в преступные. Или же, что чаще всего бывает, подросток ограничит свои интересы до внешнего вида и будет самоутверждаться своей внешностью (к этому, кстати, и призывает вездесущая реклама). Но такому мировоззрению сопутствуют примитивные развлечения, как-то: курение, выпивка, наркотический "улёт" и бездушный секс. А это уже – образ жизни и, фактически, судьба.
          Конечно, эта схема деградации подростков примерная и не учитывает многих факторов, но заставляет задуматься о связи "навязанной" родителями ограниченности интересов подростка с нездоровым образом его юной жизни, когда удовольствия в жизни сводятся к примитивным: пить, курить и трахаться. А ведь это тоже эгоизм.
          Мы уже говорили, что эгоизм, в той или иной степени присущий каждому ребёнку, мешает ему найти своё место в коллективе. Но вот эгоизм, соединившись с каким-то комплексом неполноценности, может не только оставить человека вне коллектива, но и поставить его над коллективом. И такая "смесь" будет постоянно подстёгивать его быть первым, идти во главе. Такие люди становятся лидерами, гуру и вождями, но семейное счастье не для них. Поэтому они вынуждены компенсировать отсутствие любви другими острыми ощущениями: властью над людьми, смертельным риском, головокружительной карьерой, профессиональной увлечённостью и т.п.
          Тема воспитания детей неисчерпаема, но мы стараемся доказать родителям, что в воспитании очень многое зависит от них самих, но это не столько их сознательные воспитательные действия, сколько их личный пример. Как сказал Аркадий Райкин в одном из своих юмористических монологов: "Родители ежедневно играют в домашнем Театре Юного Зрителя".
          Нужно отметить, что конкретных советов на каждый случай родители не найдут нигде. Но если они интересуются воспитанием своих детей и живут не механически, а задумываются о смысле жизни и своём месте в жизни, то могут сделать необходимые выводы, наблюдая за окружающими, анализируя литературные и киносюжеты, изучая книги по воспитанию, питанию и уходу за детьми.
          Родители часто сравнивают ребёнка с собой, не учитывая изменений в обществе. И сравнивают, в основном, просто потому, что в различных бытовых мелочах им больше не с кем сравнивать, у них только свой личный опыт. К тому же, родители подсознательно стремятся к тому, чтобы ребёнок был похож на них, чтобы пошёл по их стопам, но ещё дальше. А если у ребёнка бывает альтернатива и он идёт другой дорогой, более современной, то родители не всегда это понимают и не только не одобряют его выбор, но и препятствуют. Конечно, потакать во всём нельзя, но чтобы советы и запреты детям были грамотными, родителям нужно не отставать от жизни, чтобы дети не могли с лёгкостью их переспорить единственным аргументом сейчас так принято.
          Вопрос влияния воспитания на выбор профессии – довольно сложный и ответственный, поэтому родителям нужно обдумать его всесторонне. Конечно, идти по новому пути, рисковать, жертвовать... – значит служить делу прогресса в обществе, но мы уже говорили, что прогресс и умиротворённая семейная жизнь находятся в вечном противоречии. Что же касается передачи профессии по наследству, то есть в этом какая-то фатальность. И наверно достаточно будет привести в качестве примера ответ проститутки из одного кинофильма клиенту, который был поражён тем, что она обучала несовершеннолетнюю дочь своему "ремеслу", одновременно жалуясь на собачью жизнь. Проститутка ответила просто: "Была бы портнихой – научила бы её шить". В принципе, это и есть "самотёк". Но думающие родители могут дать своим детям возможность выбирать, исходя из реалий времен, а не копировать вынужденно путь одного из родителей, особенно – неудачный.
          Но не будем углубляться в этот вопрос, а лучше перейдём к следующей главе, в которой можно найти советы по более конкретным вопросам.

         


          ПОЛОВОЕ ВОСПИТАНИЕ
          Половое воспитание – это часть общего воспитания человека, но отличается большей неопределённостью из-за закрытости темы. Если другие направления воспитания более или менее чётко выражены и могут передаваться собственным примером, а также корректироваться советами и наставлениями, то многое, что касается полового воспитания, остаётся запретной темой, даже терминология. Но не только из-за этого родители не могут передать своим детям стереотипы интимного поведения, а ещё и потому, что интимная жизнь предполагает уединённость. Однако половую роль в обществе и в быту родители передают стопроцентно: как должен вести себя мужчина, как – женщина.
          Интимное поведение, которое мы и имеем в виду, говоря о половом воспитании, не всегда было связано с тайной и греховностью, нередко оно регламентировалось обществом открыто и передавалось в виде запретов (чаще – религиозных) и неграмотных, в основном, советов. К счастью, в наши дни наблюдается серьёзный сдвиг в лучшую сторону в связи со сравнительной открытостью этого вопроса в обществе. Правда, не обходится без перегибов. Но это закономерно: без "качаний" невозможно уравновесить маятник.
          Трудно подсчитать, сколько миллионов исковерканных судеб стало результатом замалчивания вопросов пола. Можете в свободное время проанализировать классическую художественную литературу – на каждом шагу половая безграмотность и неверные стереотипы полового поведения приводят к трагедиям. А вот современная художественная литература, а чаще – кино, всё больше углубляясь в вопросы секса и психологии интимных отношений, ведут, можно сказать, просветительскую работу. Правда, большинство произведений (чаще – низкосортных) отражает не истину, а эрот

Самучитель супружества (2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16)