Детско-родительские отношения 2

Детско-родительские отношения (2 3 4 5 6 7)


          Часть 2

          нности к ребенку. Не имеющие опыта подлинной близости с собственной матерью, пережившие в детстве амбивалентные отталкивающе-притягивающие отношения с нею, они и в своей жизни воплощают подобную модель отношений с другими. Для таких матерей характерен внутренний конфликт любви – ненависти, в основе которого лежит стремление к глубоким эмоциональным отношениям с другими и неспособность их выстроить, желание любви и неспособность любить (Колпакова М.Ю. Особенности психологической работы с матерями-«отказницами» // Московский психотерапевтический журнал 1999 №1 С. 127-154). Исследование М. Майна, Р. Голдвина подтвердило наличие у отвергаемого ребенка тенденции стать отвергающим родителем. Авторы выявили связь между представлением о своей матери и отверженном собственного ребенка, опосредованным специфическими искажениями когнитивных процессов. Наблюдается защитное искажение памяти у отвергавшихся в детстве матерей. Это искажение актуализирует «внутреннюю рабочую модель», определяющую отношения с собственным ребенком (J. Bowlby, S. Fraibrg и др.). «Внутренняя рабочая модель» неизбежно приводит к повторению опыта дурного обращения с детьми и их внутреннего отвержения» (Колпакова М.Ю. Особенности психологической работы с матерями-«отказницами» // Московский психотерапевтический журнал 1999 №1 С. 127-154). Качество материнско-дочерних связей и его влияние на материнскую сферу женщины определяется, помимо привязанности, стилем их эмоционального общения, участием матери в эмоциональной жизни дочери, причем важным считается изменение такого участия со стороны матери в соответствии с возрастными изменениями эмоциональной сферы дочери. Достаточно устойчиво передается от матери к дочери адекватный стиль эмоционального сопровождения. Относительно ценности материнства речь может идти только о возникновении модели материнства своей матери как субъекта, испытывающего определенные эмоции в ситуации взаимодействия с ребенком. Можно допустить, что ребенок, по крайней мере, в конце раннего возраста, воспринимает отношение других к своей матери как имеющей ребенка. Позднее включается оценка самой матерью отношения к себе других как к матери, рефлексия дочерью степени удовлетворенности матери своим материнством. Все это входит в модель материнства собственной матери и ее соотношение с семейной и культурной моделями. Большое значение имеет удовлетворенность матери ее материнской ролью (Shereshefsky and Yarrow, von Mens-Verhulst и др.) (См.: Филиппова Г.Г. Психология материнства и ранний онтогенез: Учебное пособие. М., 1999).
          В отличие от этологов психоаналитически ориентированные исследователи сместили фокус своих интересов на психическую историю самой матери и период ее беременности. Они сконцентрировали внимание на значении формирования образов ребенка в воображении будущей матери для принятия ею своего новорожденного ребенка (См.: Саватье С. Гештальт – это младенец. М, 1982). Роли фантазий беременных в надстройке материнской сферы посвящены другие зарубежные исследования (Bonnet К., Lebovici S., Pines D. и др.). В двухтомном труде «Психология женщины» Елена Дойч впервые высказала догадку о влиянии на беременность собственного эмбрионального опыта женщины. Она считала, что негативное влияние раннего детского опыта компенсируется «материнскостыо» (Mothering), источник которой – в мазохистической любви, жертвенности и самоотдаче (См.: Шмурак Ю.И. Пренатальная общность. // Человек, 1993. №6. С. 22-37).
          В семидесятые годы итальянский психоаналитик С. Фанти обосновал существование эмбриональной стадии психического развития человека (Фанти С. Микропсихоанализ. М., 1993). Эта концепция дала возможность, во-первых, связать все последующие стадии с общим источником и, во-вторых, выдвинуть идею о том, что женщина, забеременев, «вспоминает» и воспроизводит на органическом уровне свое состояние как плода, а на психологическом – состояние своей матери (Шмурак Ю.И. Пренатальная общность. // Человек, 1993. №6. С. 22-37).
          С. Фанти, М. Марконе и другие представители микропсихоанализа считают, что начало развития будущего отношения матери к ее ребенку закладывается еще внутриутробно на основе первых эмоциональных конфликтов матери с плодом и продолжается в младенчестве. Во время беременности у женщины актуализируется этот эмоциональный опыт, который влияет на содержание ее собственного материнства.
          На этот счет существуют кросскультурные исследования. Левайн сравнивает различные методы взаимодействия матери с ребенком, характерные для африканских стран и стран Запада. Он говорит, что у африканских народов малыш день и ночь проводит либо в прямом смысле привязанным к телу матери, либо где-то поблизости. «На плач малыша реагируют быстро, поэтому ребенок плачет все реже, и наконец его плач почти никто не слышит. Это заметно отличает малышей в Африке от их сверстников на Западе. Кормят маленьких детей, как только они начинают плакать» (Флэйк-Хобсон К., Робинсон Б.Е., Скин П. Развитие ребенка и его отношений с окружающими. М., 1993. С. 175). Сюзан Гольтберг изучала культуру Замбии и наблюдала, что ограниченные в движениях младенцы, которых обычно прикрепляют лямками к материнской спине, получают более интенсивную физическую нагрузку по сравнению с большинством западных детей, у них больше шансов научиться управлять своим телом, координировать движения разных частей тела, чем у детей, которых принято держать в кроватках (Флэйк-Хобсон К., Робинсон Б.Е., Скин П. Развитие ребенка и его отношений с окружающими. М., 1993. С. 175). Постоянный физический и психологический контакт с детьми позволяет матерям в традиционных культурах точно и быстро определять состояние малышей и их потребности.
          Игровая деятельность
          Игровая деятельность интерпретируется в разных психологических подходах в зависимости от взглядов на роль игры в развитии личности (проигрывание личностных конфликтов в психоанализе, развивающая функция игры в отечественной психологии и т.п.) (Обухова Л.Ф. Детская (возрастная) психология: Учебник. М., 1996). Однако все соглашаются с тем, что в сюжетно-ролевых играх в «дочки-матери» и в «семью» происходят конкретизация и развитие некоторых компонентов материнской сферы. Первоначально возникают сюжетно-отобразительные действия (кормление куклы, укачивание), а затем принятие на себя роли матери. Играя, девочка «примеривает» к себе разные «образы себя», реализует свое желание побыть матерью; естественно, что при этом жизнь матери мифологизируется (Розин В.М. Что такое игра? (От игр маленьких детей до игр деловых). // Мир психологии, 1998. №4. С. 23-33). Важно отметить, что в игре с куклой участвует и отношение взрослых как к самим куклам, так и к играм девочки (Филиппова Г.Г. Психология материнства и ранний онтогенез. Учебное пособие. М., 1999). Благодаря активной форме участия в играх достигается высокий уровень запоминания событий, имевших место в игре, что соответствует данным психологии, согласно которым у человека остается в памяти приблизительно 10% из того, что он слышит, 50% – из того, что он видит, и 90% – из того, что он делает (Богомолова Н.Н. Ситуационно-ролевая игра как активный метод социально-психологической подготовки/ Сб. Теоретические и методологические проблемы социальной психологии, 1977, с. 185). Проживание в роли состояний своего персонажа, идентификация с ним, моделирование в игровых ситуациях реальных событий из жизни дает возможность «отработки» не только мотивационных основ, но и операционального состава материнской сферы. С этой точки зрения сюжетно-ролевая игра в «дочки-матери» не может быть заменена режиссерской, например с «Барби». В.В. Абраменкова называет куклу Барби секс символом, благодаря которой, по ее мнению, архетип материнства незаметно подменился архетипом блуда (Абраменкова В.В. Игра формирует душу ребенка.// Мир психологии, 1998. №4. С. 76). Значение, которое придавалось кукле в народной педагогике, свидетельствует об осознании связи игры в куклы с развитием материнства. В России кукла передавалась от матери к дочери, специально изготовлялась для дочери. Куклу наряжали к празднику, вывозили в гости, на смотринах невесты она служила доказательством готовности девушки к роли хозяйки и матери. Эти традиции помогали сохранять и поддерживать культурную и семейную модели материнства (Русский народ, его обычаи, обряды, предания, суеверия и поэзия. Собрано М. Забылицыным. М., 1880). В современном обществе на этом этапе развития полноценной замены усмотреть не удается.
          Несмотря на большое значение в развитии психики ребенка, игровая деятельность мало исследована в плане развития материнства. Но можно предположить, что в игре происходит конкретное упражнение всех операций материнской сферы поведения.
          Няньчание
          В психологии отмечается важность для женщины опыта взаимодействия с младенцами в детском возрасте (Филиппова Г.Г. Психология материнства и ранний онтогенез: Учебное пособие. М., 1999). Результатом такого опыта является, помимо освоения некоторых навыков обращения с ребенком, появление к нему интереса и положительно-эмоционального отношения. К сожалению, особенности взаимоотношений с младенцами, содержание субъективного опыта и его роль в развитии материнской сферы недостаточно изучены.
          Этап няньчания, по Филипповой, имеет достаточно четкие возрастные границы. Он начинается примерно с 4,5 лет, когда хорошо развита сюжетно-ролевая игра, и заканчивается к началу полового созревания. Наиболее сензитивным является возраст от 6 до 10 лет. Развитие потребности в эмоциональном общении со взрослым в ситуативно-личностных коммуникациях и освоение эмоционального общения со сверстниками в совместных играх позволяет пяти-шестилетним детям усмотреть во взаимодействии с младенцем источник богатых впечатлений и удовольствия. Ярко проявляемые младенцами эмоции в общении, их инициатива и не ограниченный воспитательными функциями (как у взрослых) искренний эмоциональный отклик во взаимодействии и игре, возможность осуществить с реальным объектом освоенные в сюжетно-ролевой игре действия и переживания создают прекрасные условия для закрепления на живом младенце всех сформированных прежде компонентов материнской сферы. Следует отметить также, что к старшему дошкольному возрасту развитие сюжетно-ролевой игры характеризуется смещением интереса детей от условных игрушек к конкретным. Таким образом, живой младенец «попадает точно в цель» относительно всех сторон психического развития старшего ребенка.
          Это подтверждается и кросскультурными исследованиями. В культурах, где в качестве нянек используются старшие дети, им в возрасте от 6 до 8-9 лет доверяют шестимесячных младенцев. Естественный перерыв в родах в примитивных культурах, где большая часть заботы о ребенке приходится на мать, составляет 4-5 лет. У новогвинейского племени манус, по описанию М. Мид, при рождении ребенка над матерью произносят заклинание: «Да не родить тебе следующего ребенка, пока этот не побежит и не поплывет» (Мид М. Культура и мир детства. М., 1989). Имеется в виду, научится управлять пирогой, поскольку вся жизнь манус связана с водой. Только в культурах, где материнские функции распределяются между многими членами семьи и племени, возможны более короткие перерывы в родах. В этом случае каждый шестилетний ребенок получает «своего» младшего, имея возможность более или менее тесного и продолжительного контакта с младенцами неоднократно в течение дальнейшей жизни. Наиболее интересна последовательность введения старшего ребенка в контакт с младшим. В первые дни и недели в большинстве случаев у матери с новорожденным ограничен контакт с другими членами семьи. Последним либо вообще запрещено приближаться и дотрагиваться до ребенка, либо допускается ограниченный тактильный и эмоциональный контакт. В возрасте нескольких недель, когда у младенца появляются эмоциональные реакции на взрослых, старшие дети активно привлекаются к эмоциональному контакту и играм с младенцем, чуть позже им доверяют забавлять и успокаивать малышей, но только с шести месяцев, когда младенец может сам сидеть и начинает ползать, увеличивается перерыв в кормлениях и вводится прикорм, он передается старшим детям на более длительное время. Описания М. Мид, Дж. Нугетт с соавторами, Вейснер и Галлимор, Стренгланц и Нэш и других исследователей свидетельствуют, что в течение первого и второго года основное обеспечение нужд ребенка осуществляет мать, а 6-7-летние няньки постепенно переходят с игр и взаимодействия к наблюдению за детьми и участию в уходе за ними (Филиппова Г.Г. Психология материнства и ранний онтогенез: Учебное пособие. М., 1999).
          Таким образом, при распределении материнских функций в традиционных культурах на этапе няньчания можно выделить два периода. Первый характеризуется налаживанием эмоционально-личностного общения и совместных игр с младенцами первого полугодия, а второй – осуществлением элементов заботы и ухода за младенцами второго полугодия и детьми раннего возраста. Последовательность этих периодов позволяет «наложить» необходимость заботы на уже имеющееся эмоциональное отношение, а соответствующее возрастным особенностям старших детей распределение материнских функций – удовлетворить их потребность в сюжетно-ролевой игре и участии во взрослой деятельности, без форсирования ответственности за жизнь и здоровье малыша.
          В современных нуклеарных семьях Европы и Америки дело обстоит иначе. Детям дошкольного возраста, у которых наблюдается наиболее явный интерес к младенцам без выраженного страха перед их беспомощностью, обычно не разрешается непосредственный контакт. Их чаще привлекают к «технической» помощи родителям, и они становятся сторонними наблюдателями взаимодействия матери с младенцем, где яркие эмоции членов диады воспринимаются как недоступное для себя удовольствие. Техническая сторона ухода, таким образом, выхолащивается, неизбежное уменьшение собственного эмоционального общения с родителями, их погруженность в удовольствие от младенца и недоступность этого для старшего ребенка служат почвой для появления чувства ревности и формирования ценности ребенка и потребности в заботе по «уклоняющемуся» от оптимального пути. Понятно, что для ребенка помладше (до начала возраста, сензитивного для няньчания), в силу его возрастных особенностей, хорошо ясен смысл взаимодействия матери с младенцем, ощутимо уменьшение внимания и любви родителей к нему самому. Это также способствует появлению чувства ревности, влияющего на образование эмоционального отношения к младенцам, ценности ребенка и материнства (Филиппова Г.Г. Психология материнства и ранний онтогенез: Учебное пособие. М., 1999).
          У детей же подросткового возраста интересы смещаются в сторону интимно-личностного общения со сверстниками и познавательной деятельности, а позже – в сторону полового развития. Однако в современных евро-американских семьях именно этих детей считают уже способными к самостоятельности и ответственности в уходе за младшими. Без предварительного закрепления эмоционального отношения к младенцам и в случаях неадекватного их возрастным интересам перераспределения материнских функций у подростков формируется отношение к ребенку как к обузе и помехе (Филиппова Г.Г. Психология материнства и ранний онтогенез: Учебное пособие. М., 1999).
          Если до окончания этапа няньчания опыта взаимодействия с младенцами не было, то часто возникает страх перед ними, так как подростки, а тем более взрослые оценивают имеющийся у них опыт как недостаточный для взаимодействия с маленькими детьми. Наиболее часто возникает страх повредить ребенка неумелым обращением, некомпетентностью в уходе и т.п. Это первое впечатление корректируется в случае дальнейшего участия в уходе за ребенком, однако впоследствии женщины его очень хорошо помнят. Если контакт был кратковременным, то страх перед младенцами сохраняется на всю жизнь и постепенно исчезает только на опыте взаимодействия с собственным ребенком.
          Кратковременность контакта и его содержание могут оказать большое влияние на дальнейшее развитие материнской сферы. Если последующий опыт достаточно быстро и эффективно не «исправляет положение», то впечатления от орущего, испачканного и т.п. ребенка остаются на всю оставшуюся жизнь. Причем чем позже они возникают, тем хуже. Полное выпадение опыта няньчания до полового созревания может привести к восприятию ситуации взаимодействия взрослых с младенцами как неестественной, неприятной; выражаемые взрослыми эмоции, особенности их речевого общения с младенцем воспринимаются как неуместные, раздражающие. Поведение и вид младенца не вызывают никаких положительных эмоций, нет стремления к контакту, прикосновению. Разумеется, опыт, получаемый на этапе няньчания, как и любой другой, не является изолированным. Он возникает на уже имеющейся основе и в дальнейшем преобразуется другими формами опыта. Однако качественные и количественные характеристики этого этапа развития материнской сферы логически связаны с семейной, культурной и материнской моделями материнства и детства. Именно в оформлении взаимодействия старших детей с младенцами эти модели проявляются во всех своих особенностях. Поэтому этап няньчания является наряду с первым из выделенных этапов развития наиболее важным в формировании материнской сферы (Филиппова Г.Г. Психология материнства и ранний онтогенез: Учебное пособие. М., 1999).
          Таким образом, этап няньчания состоит из двух периодов, правильная последовательность и содержание которых обеспечивают благоприятное развитие всех компонентов материнской сферы.
          Дифференциация мотивационных основ материнской и половой сфер
          При адекватной заполненности этапа няньчания впечатления от контакта с ребенком в тактильной сфере, которые по соматическому компоненту во многом совпадают с таковыми в половой, «закрепляются» на ситуации взаимодействия с ребенком как объектом материнской сферы. В результате возникновение в послеродовом периоде новых впечатлений от контакта с ребенком, а также при грудном кормлении интерпретируются не как ощущения, связанные с половой сферой, а как принадлежащие к материнской. Ребенок, который является уже реальным объектом материнской сферы, служит медиатором, определяет смысл ситуации, ведущие эмоции и характер возникновения ситуативных, обеспечивающих эмоциональное обусловливание новых впечатлений (Филиппова Г.Г. Психология материнства и ранний онтогенез: Учебное пособие. М., 1999).
          Если же до полового созревания переживания от тактильного контакта с ребенком не сформировались и не конкретизировались на нем как объекте материнской сферы, то путь их перевода в контекст реальной деятельности «остается свободным». Половое развитие, подкрепленное в этот возрастной период мощным гормональным обеспечением, «переводит на себя» значение тактильного контакта и все ощущения эрогенных зон. В дальнейшем их возникновение при взаимодействии с ребенком может переживаться как шокирующее, несовместимое с ситуацией и т.п. Существенно влияют на это особенности представления о возможном восприятии детьми половых отношений взрослых. Совмещение компонентов ситуаций, относящихся к половому поведению и к ребенку, собственный детский опыт относительно половых отношений взрослых и т.п. могут повлиять на развитие материнского чувства весьма необычным образом. Возможно ограничение тактильного контакта, купирование переживания экстаза кормления и другие особенности. К кому из детей такое отношение матери будет выражено ярче – к сыну или дочери, – зависит от семейной модели супружеских отношений и собственного опыта развития половой сферы.
          Представления о законнорожденности, перворожденности, рождении ребенка от любимого или нелюбимого партнера и т.п. доказывают, что безусловной ценности ребенка для общества практически не существует. Даже самые ярые противники искусственного прерывания беременности допускают такую возможность для зачатия в результате изнасилования. В период полового созревания все эти проблемы становятся не просто существующими, а своими собственными. Исчезновение запрета на внебрачные половые связи, снижение возраста вступления в половые отношения наряду с увеличением возраста зависимости от родителей, множественность моделей поведения в современном обществе и многое другое делают развитие ценностей материнства в период полового созревания необыкновенно сложным.
          Следует отметить, что данный этап развития материнской сферы является мало изученным.
          Взаимодействие с собственным ребенком
          Этот этап является необыкновенно сложным для развития всех блоков материнской сферы. В нем можно выделить несколько самостоятельных периодов. Часть из них (беременность, роды, период грудного вскармливания) обеспечена эволюционными психофизиологическими, в том числе и гормональными, механизмами регуляции. Начинается этот этап с момента возникновения чувствительности для ребенка и с появления первых признаков беременности для матери (Филиппова). В данном случае речь идет о матери. Еще один этап – это непосредственная реализация матерью своих функций во взаимодействии с ребенком.
          В психологии выделяются разные стадии родительства: принятие решения о рождении ребенка, беременность, период становления родительства, период зрелого родительства, период «постродительства» (для бабушек и дедушек). В актуальном материнстве выделяются стадия принятия решения о сохранении беременности, период беременности до шевеления плода, период после шевеления, роды, послеродовой период (Брутман В.И., Радионова М.С. Формирование привязанности матери к ребенку в период беременности. // Вопросы психологии, 1997. №6. С. 38-47). В гинекологии и акушерстве выделяются три триместра беременности, предродовой период, роды, послеродовой период (Бодяжина В.И. Акушерство. М., 1985). Любая периодизация связана с конкретными задачами исследования. Относительно развития материнской сферы поведения Г.Г. Филиппова (Филиппова Г.Г. Психология материнства и ранний онтогенез: Учебное пособие. М., 1999) выделяет девять периодов:
          1. Идентификация беременности. Этот период в большинстве случаев начинается и заканчивается еще до возникновения первых изменений в физическом состоянии женщины и непосредственно связан с осознанием факта беременности. В некоторых случаях идентификация беременности может произойти через несколько месяцев после зачатия, иногда только после начала шевеления плода. В обычных случаях возникновение первого подозрения уже провоцирует определенные переживания. До подтверждения факта беременности они всегда носят оттенок беспокойства, причиной которого может быть либо страх наступления беременности, либо страх ее ненаступления. Следует сказать, что переживание идентификации беременности не влияет на дальнейшее развитие материнства, а только отражает «стартовое» содержание материнской сферы.
          2. Период до начала ощущений шевеления. Этот период охватывает вторую половину первого триместра и начало второго.
          Физиологически он характеризуется появлением симптоматики беременности, неприятными физическими ощущениями, изменениями в эмоциональном состоянии. Считается, что в первом триместре наиболее выражена тревожность, резкая смена настроений, появляется раздражительность, снижается общая активность. Физиологической основой этих изменений является гормональная перестройка. Адаптивное значение изменения эмоционального состояния состоит в ограничении контактов с внешним миром, что способствует сохранению беременности и успешному развитию плода на первых неделях, наиболее в этом отношении опасных. Можно сказать, что это первый опыт приспособления себя к нуждам будущего ребенка, опыт интерпретации своих переживаний с точки зрения себя как матери.
          3. Появление и стабилизация ощущений шевеления ребенка. Первые ощущения шевеления ребенка начинаются в середине второго триместра. Они создают волнующее ощущение сопричастности, желания быть вместе с ребенком. Этот период является наиболее благоприятным относительно физического и эмоционального самочувствия матери. Стабилизируется гормональный фон, исчезают симптомы недомогания, еще нет ограничения подвижности и увеличения физической нагрузки. Настроение становится более устойчивым и в норме переходит от астенического к стеническому. Женщина уже свыклась с фактом беременности, неизбежностью изменений, у нее было время представить себе не только то, что она теряет, но и то, что приобретет с рождением ребенка. Появление шевелений позволяет конкретизировать образ ребенка и дает богатую пищу для интерпретации его субъективных состояний. В этот период многие женщины отмечают изменение интересов, концентрацию на задачах беременности и послеродового периода, подготовке к материнству. В современных условиях характерным становится поиск дополнительной информации (книги, журналы, курсы для беременных).
          4. Седьмой и восьмой месяцы беременности. Третий триместр беременности, как с медицинской, так и с психологической точки зрения, считается достаточно сложным. У женщины несколько ухудшается самочувствие, она быстрее устает, затрудняется двигательная активность, часто ухудшается сон. Отмечается некоторое повышение тревожности, страха родов, беспокойство по поводу послеродового периода. Наряду с этим ощутимо снижается интерес ко всему, не связанному с ребенком. Повышается активность, связанная с подготовкой к родам и послеродовому периоду. Практически во всех случаях к концу этого периода возникает чувство, которое можно выразить словами «скорей бы уж все закончилось», но одни его интерпретируют как нетерпение увидеть ребенка, а другие – как избавление от неудобств беременности.
          5. Предродовой период. Физиологически этот период является очень важным. Происходят изменения в тканях, костной системе, обеспеченные гормональным фоном и способствующие гибкости и эластичности костно-мышечной системы. Одновременно идет накопление энергетических запасов организма для родов и послеродового периода. На поведении и эмоциональном состоянии это отражается как снижение активности, общее расслабление, некоторое эмоциональное «отупение». Все это влияет и на ребенка. Адаптивное значение этих изменений вполне конкретно. Ограничена активность и способность резкого эмоционального реагирования, что предохраняет от преждевременных родов. Ребенок не страдает от меньшей двигательной активности, хотя его возможности уже серьезно ограничены тесным пространством матки. У матери снижается страх перед родами и способность сконцентрироваться только на одном, доминирующем содержании (точнее, снижение способности переключения и распределения эмоций), что будет совершенно необходимо во время родов и послеродового взаимодействия с ребенком. Женщины, тем не менее наиболее адекватно по сравнению с другими периодами оценивают свои возможности и представляют ребенка и свои действия с ним. По данным многих исследователей, адекватность представлений матери о родах и послеродовом периоде, своих возможностях и особенностях ребенка является существенным показателем успешного развития ее материнской сферы и дальнейшего благополучного отношения к ребенку (Г.В. Скобло, В.И. Брутман, А.Я. Варга, А.С. Спиваковская, Д. Рафаэль-Лефф, Р. М. Shereshefsky, L.J. Yarrow и др.).
          6. Роды и послеродовой период. В этот период происходит встреча с ребенком, что обеспечивает возможность изменений в содержаниях материнской сферы, в первую очередь во взаимодействии ценности ребенка с «внедряющимися» из других сфер. Происходит замыкание эволюционно ожидаемых условий для матери и ребенка, способствующих образованию эмоциональной взаимосвязи. Для матери эти условия возникают и поддерживаются в процессе послеродовой обработки ребенка и прикладывания к груди. Стимуляция от новорожденного в этих условиях, сопровождаемая физиологически обеспеченным обостренным и положительным эмоцио-нальным состоянием, психологически обусловленная успешным достижением цели после необыкновенно трудной и важной деятельности родов и долгожданной встречей с ребенком, действует как ключевая, способствуя объединению всех сформировавшихся прежде содержаний на этом конкретном ребенке.
          7. Новорожденпость. Период новорожденности во всех культурах выделяется и оформляется многочисленными правилами, обрядами, поверьями и т.д. Мать и ребенок всегда более или менее строго изолируются от внешнего мира и контактов с другими людьми (М. Мид). Помимо гигиенического значения в этом заложен глубокий психологический смысл. Обеспечивается центрация всей жизни матери на ребенке и своих переживаниях, создаются условия, способствующие приданию всем ее переживаниям положительно-эмоционального значения и закреплению личностной ценности для нее этого периода жизни.
          8. Совместно-разделенная деятельность матери с ребенком. В этом периоде у матери уже есть определенный стиль эмоционального сопровождения взаимодействия с ребенком. Происходит дальнейшее развитие ее переживаний и поведения в ситуациях, где требуются ее функции как объекта привязанности и участия в деятельности ребенка в качестве эмоционального санкционера успешности достижения целей. При благоприятных условиях само развитие ребенка обеспечивает перевод интереса матери с переживаний от контакта с ним на удовольствие от результатов его активности.
          9. Возникновение интереса к ребенку как к личности. Первое полугодие второго года для ребенка считается сензитивным для изменения формы привязанности. Это связано с необходимостью нового отношения матери к его активности, сочетанию обеспечения безопасности и самостоятельности. Излишняя тревожность и ограничение активности ребенка ведут к тому, что его вера в надежность мира и защиту матери может поколебаться. Нечувствительность матери к проблемам ребенка, возникающим в связи с расширением его взаимодействия с миром, когда он вынужден сам справляться со своими страхами и фрустрациями, способствует развитию избегающей привязанности.
          На рубеже раннего возраста особенно важны функции матери в стабилизации индивидуальной структуры мотивации достижений. X. Хекхаузен подчеркивает значение материнского стандарта – представления матери о способностях и возможностях достижения целей ребенком. В. В. Лебединский считает, что участие матери в игровой деятельности ребенка и ее поддержка эмоций ребенка в процессе достижения целей в игре участвуют в формировании его уровня притязаний.
          Как показывают исследования взаимоотношений матери с ребенком в дошкольном возрасте, после трех лет стиль материнского отношения является устойчивым и прямо соотносится с уровнем эмоционального благополучия ребенка, особенностями развития познавательной мотивации, стилем переживания стрессовых ситуаций (А.Д. Кошелева, В.И. Перегуда, Г.А. Свердлова, И.Ю. Ильина и др.).
          Особенности развития материнства в современных условиях
          В наши дни материнство, занимая незначительное место в иерархии ценностей женщины, оттесняется иными ценностями: профессиональными, поиском материального благополучия и пр. Зарубежные и отечественные исследователи единодушно отмечают тенденцию изменения ценностных ориентации в обществе в сторону гедонизма и индивидуализма. Заметное возрастание в наше время стремления к высокому профессиональному статусу и карьере, повышенная тяга к благосостоянию и высокому уровню потребления препятствуют родительству.
          Налицо новая модель личности, не обеспеченная соответствующей моделью материнства. Усугубляет положение разрыв межпоколенных связей, потеря традиционных способов передачи опыта и оформления материнско-детского взаимодействия. Женщина на пороге материнства оказывается неосведомленной об элементарных особенностях развития ребенка и своих функциях в уходе за ним и общении. Кроме того, уменьшение количества детей в семье ведет к тому, что часто первый младенец, с которым встречается мать, – это ее собственный ребенок. В этих условиях молодые родители обращаются к поиску недостающей информации. Помимо возникновения потребности в повышении своей родительской компетентности происходит осознание недостаточности в эмоциональных переживаниях, неготовности к возникновению материнских чувств. Все это ведет к направленному, осознанному развитию не только информационных, но и эмоциональных основ материнской сферы. Ее построение становится задачей самого субъекта материнства. Женщина интересуется тем, что она должна чувствовать, какую роль это играет в развитии ребенка, зачем ей это надо самой и что надо делать для развития этих чувств. Подготовка к материнству теперь не ограничивается ведением беременности и сведениями об уходе за ребенком и кормлении. В нее входят развитие эмоциональной сферы, интуиции, освоение способов общения с ребенком до рождения и т.п. Сведения об эффективности родов и послеродового развития взаимодействия с ребенком у матерей, прошедших психологическую подготовку к материнству, подтверждают это мнение. Успешность родов, благополучная ситуация с грудным кормлением достигают в этих случаях 80-90%, что намного превышает средние показатели (Н.П. Коваленко, Г.И. Брехман, А.И. Захаров, О.Л. Троянина и др.).
          Таким образом, произведенный обзор подводит нас к следующим заключениям:
          1. Поток зарубежных исследований в области психологии материнства и смежных проблем, в противовес отечественным, отличается обширностью, разнонаправленностью концепций и подходов. В психологической литературе (преимущественно зарубежной) много внимания уделяется биологическим основам материнства, а также условиям и факторам индивидуального развития его у человека. В отечественной психологии в последнее время также появился ряд работ, связанных с феноменологией, психофизиологией, психологией материнства, психотерапевтическими и психолого-педагогическими аспектами беременности и ранних этапов материнства, девиантным материнством. В последнее время появился интерес к комплексному исследованию материнства. Если обобщать все основные направления исследований, то можно обнаружить, что материнство как психосоциальный феномен рассматривается с двух основных позиций: 1) материнство как обеспечение условий для развития ребенка и 2) материнство как часть личностной сферы женщины.
          2. Выяснилось, что существует несколько точек зрения на так называемый материнский инстинкт. Одни рассматривают материнские чувства как природную особенность женщины. Другие утверждают, что материнская любовь – это понятие, которое не просто эволюционирует, но наполняется в различные периоды истории различным содержанием; рассматривают во взаимосвязи три главные социальные женские роли: матери, жены и свободно реализующейся женщины и полагают, что в различные эпохи та или иная из этих ролей становилась главенствующей. Есть еще такое мнение, что развитие привязанности матери к новорожденному зависит в равной мере как от ее прежнего опыта, главным образом детского, так и от связей, которые устанавливаются между ними после родов в результате ее забот о ребенке и его ответной реакции. Стремление к материнству, по-видимому, нельзя сводить ни к биологическому влечению, ни к следованию социокультурным нормам. Материнство, по словам Т. Флоренской, – предназначение женщины, и поэтому можно говорить о существовании духовной потребности, которая является главным источником стремления женщины стать матерью.
          СЕМЬЯ КАК ПЕРСОНАЛЬНАЯ МИКРОСРЕДА РАЗВИТИЯ РЕБЕНКА
          Гармоничное развитие личности ребенка возможно при наличии здоровья, определяемого как состояние физического, психического и социального благополучия. Ключевым для воспитателей и психологов будет понятие психического здоровья, включающее благополучие в эмоциональной и познавательной сферах, нервно-психическом состоянии, нормальное развитие характера и формирование личности детей.
          «Проблемные», «трудные», «непослушные», «невозможные» дети, так же как дети с «комплексами», «забитые», «несчастные» – всегда результат неправильно сложившихся отношений в семье. В последние десятилетия психология сделала ряд замечательных открытий. Одно из них – о значении стиля общения взрослого с ребенком. Как показывает мировая практика психологической помощи детям и их родителям, даже очень трудные проблемы с детьми вполне разрешимы, если удается создать благоприятный климат общения в семье.
          К теме детско-родительских отношений в последние годы обращаются многие авторы (А. Спиваковская, А. Захаров, Ю. Гип-пенрей
йтер, М. Буянов, 3. Матейчек, Г. Хоментаускас, А. Фромм, Р. Снайдер и др.), но чаще психологи-практики.
          Как правило, трудности детей служат проекцией отношений в семье. Отказываясь от изолированного, внесемейного контекста анализа детских проблем, мы должны обратить внимание также на то, что корни этих проблем формируются в раннем детстве. Именно в раннем детстве закладываются базисные подструктуры личности и установки, которые слабо поддаются коррекции у подростков, а затем у взрослых.
          Российские психологи (Л.С. Выготский, С.Л. Рубинштен, П.Я. Гальперин, Л.И. Божович, В.С. Мухина и др.) в качестве доминирующей стороны в развитии личности называют социальный опыт, воплощенный в продуктах материального и духовного производства, который усваивается ребенком на протяжении всего детства. В процессе усвоения этого опыта происходит не только приобретение детьми отдельных знаний и умений, но осуществляется развитие их способностей, формирование личности. Для развития личности ребенка важна гармонизация семейных отношений.
          Проблема детско-родительских отношений определяется сложностью объектной структуры – всем многообразием взаимоотношений детей и родителей, теми нарушениями в детско-родительских отношениях, которые могут оказывать существенное влияние на благополучие ребенка в семье и его дальнейшее развитие.
          Рассматривая семью как важнейшее условие обеспечения психологического благополучия ребенка, мы будем исходить из следующих положений:
          1. Существуют «нормальные» и «нарушенные» детско-родительские отношения, которые непосредственно обусловливают трудности в развитии ребенка;
          2. Для благополучного развития ребенка необходимо осознание проблем супружеских и детско-родительских отношений и гармонизация влияния семьи на воспитание ребенка.
          В результате взаимовлияния индивидов в семье она выступает как персональная микросреда развития личности. Основными звеньями семьи как микросреды развития являются: коллективное мнение, межличностные внутрисемейные отношения, семейные традиции, обычаи, настроения, нормы внутрисемейного поведения, нравственно-духовный климат.
          Семья характеризуется определенной структурой, известной внутренней расстановкой и группировкой ее членов. Основой жизнедеятельности семьи является система общения – межличностные, внутрисемейные и внешние контакты, взаимодействия, как в ходе совместной деятельности, так и во время отдыха, обмена информацией, взаимные воспитательные и мобилизующие влияния, взаимовыручка, стремление к единству мыслей и действий, а также индивидуальные особенности каждого члена семьи.
          Важное место в жизнедеятельности полноценной семьи занимает воспитание детей от рождения до начала трудовой деятельности. Его результативность находится в прямой зависимости от многочисленных факторов, влияющих на воспитательный потенциал семьи.
          В различных категориях семей процесс воспитания детей имеет свои особенности. Поэтому важно не только изучение значимых факторов, но и выявление их общих взаимосвязей и взаимозависимостей с эффективностью воспитательного процесса.
          Характеристика психолого-педагогических факторов воспитания детей
          На всех этапах развития ребенка в семье, как на него самого, так и на его родителей оказывают постоянное воздействие различные факторы социальной среды. Одни из них оздоровляют воспитательную функцию семьи, другие оказывают на нее дестабилизирующее воздействие, создавая различные проблемы для семьи, ее членов и окружения.
          Познание факторов, порождающих эти проблемы, позволяет полностью или частично устранить дискомфорт в семейном общении, оздоровить семейную микросреду. Среди таких факторов Торохтий B.C. выделяет следующие:
          1. «Образ мыслей» семьи. Фактор отражает социально-психологический аспект образа жизни семьи и имеет свои особенности.
          – Во-первых, вся система ценностей, установок, потребностей и мотивов семьи ориентирована на реальные возможности ее жизнеобеспечения. Образ мыслей семьи во многом определяется условиями жизни.
          – Во-вторых, сформированная со временем способность адаптации целей, установок, ценностных ориентации семьи к реалиям внешней жизни, влияющих на психику каждого ее члена.
          – В-третьих, готовность к различного рода жизненным изменениям, профессиональной деятельности обоих супругов.
          2. «Образ общения» семьи. Этот фактор также отражает социально-психологи-ческий аспект образа жизни семьи. У него есть свои особенности:
          – Во-первых, особая межличностная коммуникативность, имеющая особую значимость в силу личностно-интимного значимого характера общения.
          – Во-вторых, открытость семейной коммуникации социальной среде обитания, выраженность собственных семейных интересов.
          – В-третьих, неформальность отношений между членами семьи.
          – В-четвертых, особая развитость таких механизмов, как эмпатия, идентификация, педагогическая рефлексия.
          – В-пятых, особая значимость отношений с родителями.
          3. Отношение социальной среды к семье. Данный фактор неоднозначен, нередко характеризуется противоречивостью, а порой и неадекватностью реальных притязаний и ожиданий. В одних случаях у ребенка формируется уверенность в возможности решения сложных жизненных задач, а в других – неуверенность в себе, своих родителях.
          4. Традиции нации, народности, места проживания семьи. В такой стране, как Россия, где проживает свыше 100 национальностей, членам семьи приходится приобщаться к особенностям культуры, нравов, обычаев, языка, наречий различных наций и народностей. Традиции семьи, края (места) жительства семьи усваиваются в виде представлений об общечеловеческих ценностях, правилах и нормах поведения. Родители и дети, сохраняя общие черты культуры своей нации, народности, усваивают отчасти духовные ценности национальной социальной среды.
          5. Традиции семьи. Представляя культурное наследие, нормы и правила поведения выступают одним из средств формирования у детей высоких нравственных качеств.
          6. Интеллектуальный уровень учащихся школы, группы, класса, в которой учится ребенок. Этот фактор неоднозначен, и диапазон его проявления довольно широк. От него во многом зависит успех воспитания, который не определяется в абсолютных величинах, а всегда оценивается с помощью сравнения.
          Познание рассмотренных выше общих факторов позволяет воссоздать педагогическую атмосферу воспитания детей в семье. Исследования показывают, что конструктивность воспитательного процесса в семье в большей мере определяют частные факторы. В их числе можно выделить следующие:
          – Представления родителей об эталоне воспитанной личности. С эталоном воспитанной личности многие родители связывают не столько цельный образ – разносторонний профиль личности, сколько различные обобщения определенных качеств. Причем предпочтение отдается группе нравственных качеств. Имея общее представление о воспитании детей, родители более обстоятельно познают его содержание чаще намного позднее рождения ребенка. В таком случае эталон воспитанной личности представляется родителям нередко как проекция опыта собственного воспитания. Данный эффект определяет все последующее развитие знаний, отношений и установок родителя на процесс воспитания.
          – Расположенность к полу ребенка в семье. В семье существует определенная специфика отношений к полу ребенка. Суть ее состоит в том, что отцу всегда ближе сын, а матери – дочь.
          – Педагогическая культура общения родителей. Она предполагает усвоение системы знаний и навыков тактичного поведения в различных ситуациях, наличие у людей знания о психологических последствиях для другого человека той или иной формы поведения.
          – Мотивы рождения ребенка. Каждая нормальная семья рано или поздно стремится осуществить важнейшее свое предназначение – рождение и воспитание одного или нескольких детей. Однако к такому решению супруги приходят, руководствуясь собственными многообразными мотивами: стремление стабилизировать отношения между собой; действовать как все; рассматривают воспитание наследника как цель жизни; желание не выделяться среди других; стремление обеспечить себе беззаботную старость; возможность получения дополнительных льгот; желание удостовериться в своих способностях; стремление привязать жену к дому.
          Доминирующая мотивация рождения ребенка определяет последующее отношение родителей к воспитанию.
          – Установки супругов на воспитание детей.
          Представляя своего рода готовность действовать тем или иным образом, они указывают, что каждый из супругов не только отражает окружающую действительность, но и эмоционально переживает ее, осмысливает и предпринимает определенные действия для воплощения ее требований в психических свойствах и качествах ребенка. Они обозначают субъективные ориентации индивидов как членов малой социальной группы по отношению к тем или иным объектам, людям, ценностям, обусловливающим определенные (нравственные, этические, физические, половые, правовые и др.) нормы поведения своих детей.
          – Уровень притязаний родителей по отношению к ребенку.
          Под этим понимается уровень сложности воспитательных задач, выбранных супругами, на осуществление которых они претендуют. Это конкретный результат, который родители собираются получить, приступая к воспитанию дочери или сына. Уровень притязаний зависит от сопоставления результатов воспитания ребенка с нормативными достижениями референтной личности, от самооценки и личностных особенностей. Кроме вышеназванных частных факторов воспитания, существуют и такие, как: преобладающие в семье настроения, индивидуальные способности супругов к воспитанию детей, склонность родителей к эмоциональной разрядке и юмору, тип личности и поведения родителей (Владиславский В. Все начинается с детства. Минск, 1989).
          Семейная жизнь и воспитательные функции родителей
          Анализ условий для решения конкретной воспитательной задачи зачастую упрощается. Словно в природе существует определенный набор заклинаний или вербальных схем, имеющих лечебное свойство для определенных проблемных ситуаций воспитания ребенка. На практике поиск подобного «универсального средства» вызывает только разочарование, так как в большинстве случаев обстоятельства весьма различны. А попытки любого обобщения даже самых эффективных приемов легко опровергаются многочисленными исключениями (Бардиан А.М. Воспитание детей в семье. М., 1972).
          В действительности ребенок находится в постоянно изменяющихся условиях, реакция его психики на происходящее тоже изменчива.
          Условия, возникающие как результат взаимодействия значимых для воспитания факторов, в каждом конкретном случае создаются воспитателем. Это своего рода обстоятельства или ситуация, оказавшись в которых человек ведет себя так, а не иначе. Родитель, применяя знания закономерностей психики на ситуацию, формирует ее, используя уже существующие воспитательные факторы, в том числе собственные. Внешне они могут выглядеть как речевое воздействие или мимика и жесты, как организующее действие или отношение к чему-либо, как личное поведение или настроение, психическое состояние родителей.
          С чего бы следовало начинать воспитание ребенка дошкольного возраста, даже при наличии общей подготовленности в этом вопросе? В широком смысле слова – с сотворения себя, так как ребенок на первый взгляд – это копия своих родителей с учетом некоторых изменений от воздействия ситуативных факторов его жизнедеятельности. «Творящий человеческую душу и характер, прежде всего, и обязательно должен сотворить самого себя» (Васильев-Гангус).
          Перед родителями стоит множество задач, которые решаются при рассмотрении вопросов семейного воспитания, например: развитие педагогически оправданного взаимовлияния родителей и детей друг на друга, усиление роли семьи с ростом самосознания ее членов и т.п.
          Рост сознательности родителей означает развитие способности критически относиться к себе как к члену семьи и воспитателю. Усиление взаимовлияния в семье проявляется в возрастании педагогического уровня родителей, что сказывается на развитии и поведении ребенка (Хямяляйнен Ю. Воспитание родителей: концепции, направления и перспективы. М., 1993).
          Главная задача семьи – выполнение родителями функций воспитателя. Под этими функциями подразумевается создание не только определенных взаимоотношений между родителями и их детьми, но и их предпосылок, т.е. определенного образа жизни семьи и взаимоотношений ее членов. Неуверенность родителей, неправильное воспитание ими детей обостряют взаимоотношения в семье и негативно влияют на развитие личности ребенка.
          Всесторонняя помощь в развитии ребенка означает создание таких условий, при которых его физиологические, эмоциональные и интеллектуальные потребности будут удовлетворяться в достаточной мере и на необходимом качественном уровне. Результат такого воспитания – здоровье ребенка, его счастье и благополучие. Все зависит от уровня и образа жизни семьи, от умения родителей создать счастливую семейную жизнь (Воспитание с любовью и логикой. М., 1995).
          Условно можно выделить несколько уровней развития сознания родителей: 1) воспитание через уход за ребенком; 2) интуитивный подход к воспитанию (минимальное количество осознанных принципов воспитания у родителей); 3) воспитание у детей привычек и навыков; 4) воспитание, основанное на общих принципах (родители опираются на усвоенные ими принципы воспитания).
          Представления родителей о воспитании могут быть определены следующим образом (Хирсярви С.): 1) неделимое представление; 2) властолюбивое представление (родители подчеркивают свой авторитет и стремятся подчинить детей себе); 3) нормативное представление (родители стремятся привить ребенку следование правилам или нормам общежития); 4) представление о необходимости общего руководства воспитанием детей (основными методами воспитания родители считают беседы и советы с детьми) (См.: Хямялянен Ю. Воспитание родителей: концепции, направления и перспективы. М., 1993) .
          Связь между родителями и детьми является наиболее прочной из всех видов связей, которые устанавливаются между людьми. Чем более сложен живой организм, тем дольше должен он оставаться в тесной зависимости от материнского организма. Человек принадлежит к наиболее сложным биологическим организмам, поэтому никогда не станет полностью независимым, он не может черпать жизненные силы только из самого себя. Человеческая жизнь, как говорил выдающийся пси-холог А.Н. Леонтьев, это разъятое, разделенное существование, главным признаком которого является потребность сближения с другим человеческим существом.
          Уже Аристотель обратил внимание на особые чувства, связывающие детей и родителей. Идея сводится к тому, что разрушение единства семьи влечет за собой и разрушение архиважных для развития детской личности чувственных связей, микросреды развития.
          Развитие ребенка и помощь ему невозможно оторвать от реалий семейной жизни. Взаимоотношения между родителями и детьми всегда тесно связаны с характером взаимоотношений между самими родителями, образом жизни семьи, здоровьем, благополучием, се счастьем. Больше всего благополучию ребенка способствуют доброжелательная атмосфера и такая система семейных взаимоотношений, которая дает чувство защищенности и одновременно стимулирует и направляет его развитие.
          Специфика семейного воспитания: позитивное и негативное влияние семьи
          Семья для ребенка – это место рождения и основная среда обитания. В семье у него близкие люди, которые понимают его и принимают таким, каков он есть, – здоровый или больной, добрый или не очень, покладистый или колючий и дерзкий – там он свой.
          Именно в семье ребенок получает азы знаний об окружающем мире, а при высоком культурном и образовательном потенциале родителей – продолжает получать не только азы, но и саму культуру всю жизнь. Семья – это определенный морально-психологический климат, для ребенка это первая школа отношений с людьми. Именно в семье складываются представления ребенка о добре и зле, о порядочности, об уважительном отношении к материальным и духовным ценностям. С близкими людьми в семье он переживает чувства любви, дружбы, долга, ответственности, справедливости...
          Есть определенная специфика семейного воспитания в отличие от воспитания общественного. По природе своей семейное воспитание основано на чувстве. Изначально семья, как правило, зиждется на чувстве любви, определяющем нравственную атмосферу этой социальной группы, стиль и тон взаимоотношений ее членов: проявление нежности, ласки, заботы, терпимости, великодушия, умения прощать, чувства долга... Чувство любви со всей гармонией различных нюансов его проявления сопровождает ребенка, начиная с внутриутробного существования до взрослости. Эта гамма чувств благотворно влияет на развитие и воспитание ребенка: дает ему непроходящее ощущение счастья, надежности существования, чувство защищенности от внешних невзгод, а в лице родителей – авторитетных советчиков, помощников, защитников, старших друзей...
          Однако парадокс заключается в том, что эта изначально позитивная для развития ребенка гамма чувств может стать как позитивным, так и негативным фактором воспитания. Здесь важна мера проявления чувства. Недополучивший родительской любви ребенок вырастает недоброжелательным, озлобленным, черствым к переживаниям других людей, дерзким, неуживчивым в коллективе сверстников, а иногда – замкнутым, неприкаянным, чрезмерно застенчивым... Выросший же в атмосфере чрезмерной любви, заласкивания, благоговения и почитания маленький человек рано развивает в себе черты эгоизма и эгоцентризма, изнеженности, избалованности, зазнайства, лицемерия...
          Если в семье нет должной гармонии чувств, если вообще ребенок подвержен влиянию безнравственной атмосферы, буйных, а нередко низменных страстей, эмоционально отрицательных проявлений в отношении к самому ребенку, то нередко в таких семьях развитие ребенка осложняется, семейное воспитание становится неблагоприятным фактором формирования личности.
          Другой особенностью семейного воспитания является тот факт, что семья представляет собой разновозрастную социальную группу: в ней есть представители двух, трех, а иногда и четырех поколений. А это значит – различные ценностные ориентации, различные критерии оценок жизненных явлений, различные идеалы, точки зрения, убеждения. Это разные, в чем-то схожие, в чем-то прямо противоположные, жизненные позиции и своеобразные позиции воспитателей и воспитуемых. Причем один и тот же человек может быть и воспитуемым и воспитателем: дети – мамы, папы – бабушки и дедушки – прабабушки и прадедушки... И, несмотря на этот клубок противоречий, все члены семьи садятся за один обеденный стол, вместе отдыхают, ведут домашнее хозяйство, устраивают праздники, создают определенные традиции, вступают в самые различные по характеру взаимоотношения.
          Еще одной особенностью семейного воспитания является то, что оно органично сливается со всей жизнедеятельностью растущего человека: в семье ребенок включается во все жизненно важные виды деятельности – интеллектуально-познава-тельную, трудовую, общественную, ценностно-ориентированную, художественно-творческую, игровую, свободного общения. Причем проходит все этапы: от элементарных попыток до сложнейших социально и личностно значимых форм поведения.
          Семейное воспитание имеет также широкий временной диапазон воздействия: оно продолжается всю жизнь человека, происходит в любое время суток, в любое время года. Его благотворное (либо неблаготворное) влияние человек испытывает даже тогда, когда он вне дома: в школе, на работе, на отдыхе в другом городе, в служебной командировке. И сидя за школьной партой, ученик мысленно и чувственно невидимыми нитями связан с домом, с семьей, с множеством волнующих его проблем.
          Однако семья таит в себе определенные сложности, противоречия и недостатки воспитательного воздействия. Так, наиболее распространенными негативными факторами семейного воспитания, которые приходится учитывать в воспитательном процессе, следует считать:
          – неадекватное воздействие факторов материального порядка: избыток (или недостаток) вещей, приоритет материального благополучия над реализацией духовных потребностей растущего человека, дисгармония материальных потребностей и возможностей их удовлетворения, избалованность и изнеженность, безнравственность и противоправность семейной экономики;
          – бездуховность родителей, отсутствие стремления духовного развития детей;
          – авторитаризм либо «либерализм», безнаказанность и всепрощенчество;
          – безнравственность, наличие аморального стиля и тона отношений в семье;
          – отсутствие нормального психологического климата в семье;
          – фанатизм в любых его проявлениях;
          – безграмотность в психолого-педагогическом отношении (отсутствие целенаправленности воспитания, беспринципность, противоречивость в применении методов воспитания, физические наказания, причинение детям тяжелых нравственных страданий);
          – противоправное поведение взрослых. Исходя из специфики семьи как персональной среды развития личности ребенка, должна быть выстроена система принципов семейного воспитания:
          – дети должны расти и воспитываться в атмосфере доброжелательности, любви и счастья;
          – родители должны понять и принять своего ребенка таким, каков он есть, и способствовать развитию в нем лучшего;
          – воспитательные воздействия должны строиться с учетом возрастных; половых и индивидуальных особенностей;
          – диалектическое единство искреннего, глубокого уважения к личности и высокой требовательности к ней должно быть положено в основу семейного воспитания;
          – личность самих родителей – идеальная модель для подражания детей;
          – воспитание должно строиться с опорой на положительное в растущем человеке;
          – все виды деятельности, организуемые в семье с целью развития ребенка, должны быть построены на игре;
          – оптимизм и мажор – основа стиля и тона общения с детьми в семье.
          Эти принципы могут быть расширены, дополнены, видоизменены... Главное, чтобы они были. И чтобы были пронизаны гуманистической идеей о наивысшей ценности ребенка (Воспитание с любовью и логикой. М., 1995).
          Влияние семьи на развитие ребенка
          Важность влияния семьи и семейных связей на становление и развитие личности ребенка стала очевидной. «Семейное и общественное воспитание взаимосвязаны, дополняют и могут, в определенных границах, даже заменять друг друга, но в целом они неравнозначны и ни при каких условиях не могут стать таковыми.
          Семейное воспитание более эмоционально по своему характеру, чем любое другое воспитание, ибо «проводником» его является родительская любовь к детям, вызывающая ответные чувства детей к родителям» (А.И. Захаров).
          1. Семья как основа чувства безопасности. Отношения привязанности важны не только для будущего развития взаимоотношений – их непосредственное влияние способствует снижению чувства тревоги, возникающего у ребенка в новых или в стрессогенных ситуациях. Так, семья обеспечивает базисное чувство безопасности, гарантируя безопасность ребенка при взаимодействии с внешним миром, освоении новых способов его исследования и реагирования. Кроме того, близкие являются для ребенка источником утешения в минуты отчаяния и волнений.
          2. Модели родительского поведения. Дети обычно стремятся копировать поведение других людей, и наиболее часто тех, с которыми они находятся в самом близком контакте. Отчасти это сознательная попытка вести себя так же, как ведут себя другие, отчасти это неосознанная имитация, являющаяся одним из аспектов идентификации с другим.
          Похоже, что аналогичные влияния испытывают и межличностные отношения. В этой связи важно отметить, что дети учатся у родителей определенным способам поведения, не только усваивая непосредственно сообщаемые им правила (готовые рецепты), но и благодаря наблюдению существующих во взаимоотношениях родителей моделей (примера). Наиболее вероятно, что в тех случаях, когда рецепт и пример совпадают, ребенок будет вести себя так же, как и родители.
          3. Семья и приобретение жизненного опыта. Влияние родителей особенно велико потому, что они являются для ребенка источником необходимого жизненного опыта. Запас детских знаний во многом зависит от того, насколько родители обеспечивают ребенку возможность заниматься в библиотеках, посещать музеи, отдыхать на природе. Кроме того, с детьми важно много беседовать.
          Дети, жизненный опыт которых включал широкий набор различных ситуаций и которые умеют справляться с проблемами общения, радоваться разносторонним социальным взаимодействиям, будут лучше других детей адаптироваться в новой обстановке и положительно реагировать на происходящие вокруг перемены.
          4. Дисциплина и формирование поведения. Родители влияют на поведение ребенка, поощряя или осуждая определенные типы поведения, а также применяя наказания или допуская приемлемую для себя степень свободы в поведении ребенка. В детстве именно у родителей ребенок учится тому, что ему следует делать, как вести себя.
          5. Общение в семье. Общение в семье позволяет ребенку вырабатывать собственные взгляды, нормы, установки и идеи. Развитие ребенка будет зависеть от того, насколько хорошие условия для общения предоставлены ему в семье; развитие также зависит от четкости и ясности общения в семье.
          ПРОБЛЕМЫ ДЕТСКО-РОДИТЕЛЬСКИХ ОТНОШЕНИЙ
          И БЛАГОПОЛУЧИЯ РЕБЕНКА В СЕМЬЕ
          Ребенок в своем развитии проходит через определенные стадии, но и его родители, семья минуют один закономерный этап за другим, причем у каждого этапа свои специфические задачи, особенности и трудности. В этих условиях динамика роста и взаимоотношений во многом детерминируется такими факторами, как семейные ценности и стили воспитания.
          Дети в семье – дополнение, обогащение жизни двух людей, связавших себя узами брака. Ребенку нужны оба родителя – любящие отец и мать. Без преувеличения можно сказать, что отношения между мужем и женой имеют громадное влияние на развитие личности ребенка. Конфликтная, напряженная обстановка делает ребенка нервным, плаксивым, непослушным, агрессивным. Трения между супругами, как правило, травмирующе влияют на ребенка. Подобно тому, как неповторима личность каждого человека, индивидуальны отношения между супругами, столь же сложны и отношения родителей к своему ребенку, неоднозначны стили семейного воспитания. Под стилем семейного воспитания понимается совокупность родительских стереотипов, воздействующих на ребенка.
          Наблюдения за воспитанием детей в различных семьях позволили психологам составить описание различных типов воспитания.
          А. Болдуин выделил два стиля родительского воспитания: демократический и контролирующий.
          Демократический стиль характеризуется следующими параметрами: высокая степень вербального общения между родителями и детьми, включенность детей в обсуждение семейных проблем, успешность ребенка при готовности родителей всегда прийти на помощь, стремление к снижению субъективности в видении ребенка.
          Контролирующий стиль предполагает существенные ограничения поведения ребенка при отсутствии разногласий между родителями и детьми по поводу дисциплинарных мер, четкое понимание ребенком смысла ограничений. Требования родителей могут быть достаточно жесткими, но они предъявляются ребенку постоянно и последовательно и признаются ребенком как справедливые и обоснованные.
          Д. Боумрид в цикле исследований предпринята попытка преодолеть описательность предшествующих работ, вычленив совокупность детских черт, связанных с факторами родительского контроля и эмоциональной поддержки.
          На основе своих наблюдений Боумрид выделяет 3 типа детей, характер которых соответствует определенным методам воспитательной деятельности их родителей.
          Авторитетные родители – инициативные, общительные, добрые дети. Авторитетны те родители, которые любят и понимают детей, предпочитая не наказывать, а объяснять, что хорошо, а что плохо, не опасаясь лишний раз похвалить. Они требуют от детей осмысленного поведения и стараются помочь им, чутко относясь к их запросам. Вместе с тем такие родители обычно проявляют твердость, сталкиваясь с детскими капризами, а тем более с немотивированными вспышками гнева.
          Дети таких родителей обычно любознательны, стараются обосновать, а не навязать свою точку зрения, они ответственно относятся к своим обязанностям. Им легче дается усвоение социально приемлемых и поощряемых форм поведения. Они более энергичны и уверены в себе, у них лучше развиты чувство собственного достоинства и самоконтроль, им легче удается наладить хорошие отношения со сверстниками.
          Авторитарные родители – раздражительные, склонные к конфликтам дети. Авторитарные родители считают, что ребенку не следует предоставлять слишком много свободы и прав, что он должен во всем подчиняться их воле, авторитету. Не случайно эти родители в своей воспитательной практике, стремясь выработать у ребенка дисциплинированность, как правило, не оставляют ему возможность для выбора вариантов поведения, ограничивают его самостоятельность, лишают права возражать старшим, даже если ребенок прав. Авторитарные родители чаще всего не считают нужным хоть как-то обосновывать свои требования. Жесткий контроль за поведением ребенка – основа их воспитания, которое не идет дальше суровых запретов, выговоров и нередко физических наказаний. Наиболее часто встречающийся способ дисциплинарного воздействия – запугивание, угрозы.
          Такие родители исключают душевную близость с детьми, они скупы на похвалы, поэтому между ними и детьми редко возникает чувство привязанности.
          Однако жесткий контроль редко дает положительный результат. У детей при таком воспитании формируется лишь механизм внешнего контроля, развивается чувство вины или страха перед наказанием и, как правило, слишком слабый самоконтроль, если он вообще появляется. Дети авторитарных родителей с трудом устанавливают контакты со сверстниками из-за своей постоянной настороженности и даже враждебности к окружающим. Они подозрительны, угрюмы, тревожны и вследствие этого – несчастны.
          Снисходительные родители – импульсивные, агрессивные дети. Как правило, снисходительные родители не склонны контролировать своих детей, позволяя им поступать как заблагорассудится, не требуя от них ответственности и самоконтроля. Такие родители разрешают детям делать все, что им захочется, вплоть до того, что не обращают внимания на вспышки гнева и агрессивное поведение, в результате которых случаются неприятности. У детей же чаще всего нелады с дисциплиной, нередко их поведение становится просто неуправляемым. Как в таких случаях поступают снисходительные родители? Обычно они приходят в отчаяние и реагируют очень остро – грубо и резко высмеивают ребенка, а в порывах гнева могут применять физическое наказание. Они лишают детей родительской любви, внимания и сочувствия.
          Автором выделено четыре параметра изменения родительского поведения, ответственных за описанные паттерны детских черт.
          Родительский контроль», при высоком уровне родители предпочитают оказывать большое влияние на детей, способны настаивать на выполнении своих требований, последовательны в них. Контролирующие действия направлены на модификацию проявлений зависимости у детей, агрессивности, развитие игрового поведения, а также на более совершенное усвоение родительских стандартов и норм.
          Второй параметр – родительские требования, побуждающие к развитию у детей зрелости; родители стараются, чтобы дети развивали свои способности в интеллектуальной, эмоциональной сферах, межличностном общении, настаивают на необходимости и праве детей на самостоятельность.
          Третий параметр – способы общения с детьми в ходе воспитательных воздействий: родители стремятся использовать убеждение с тем, чтобы добиться послушания, обосновывают свою точку зрения и одновременно готовы обсуждать ее с детьми, выслушивают их аргументацию. Родители с низким уровнем чаще прибегают к крикам, жалобам и ругани.
          Четвертый параметр – эмоциональная поддержка: родители способны выражать сочувствие, любовь и теплое отношение, но действия и эмоциональное отношение направлены на содействие физическому и духовному росту детей, они испытывают удовлетворение и гордость от успехов детей.
          Оказалось, что комплекс черт компетентных детей соответствует наличию в родительском отношении всех четырех измерений – контроля, требовательности к социальной зрелости, общения и эмоциональной поддержки, т.е. оптимальным условием воспитания является сочетание высокой требовательности и контроля с демократичностью и принятием.
          Таким образом, следует отметить, что наиболее распространенным механизмом формирования характерологических черт ребенка, ответственных за самоконтроль и социальную компетентность, выступает интериоризация средств и навыков контроля, используемых родителями.
          В.И. Гарбузов, отмечая решающую роль воспитательных воздействий в формировании характерологических особенностей ребенка, выделил три типа неправильного воспитания.
          Воспитание по типу Л (неприятие, эмоциональное отвер-жение) – неприятие индивидуальных особенностей ребенка, сочетающееся с жестким контролем, с императивным навязыванием ему единственного правильного типа поведения. Тип воспитания А может сочетаться с недостатком контроля, полным попустительством.
          Воспитание по типу В (гиперсоциализирующее) выражается в тревожно-мнительной концепции родителей о состоянии здоровья ребенка, его социальном статусе среди товарищей, и особенно в школе, ожидании успехов в учебе и будущей профессиональной деятельности.
          Воспитание по типу С (эгоцентрическое) – культивирование внимания всех членов семьи на ребенке (кумир семьи), иногда в ущерб другим детям или членам семьи.
          Немалый интерес представляют работы, в которых воспитание и детско-родительские отношения так или иначе связаны с анализом семейной структуры. Обратимся к исследованию Э. Арутюнянц (Арутюнянц Э. Педагогический потенциал семьи и проблема социального инфантилизма молодежи. // Отец в современной семье. Вильнюс, 1988. С. 26-33).
          По ее мнению, существует 3 варианта семьи: традиционная (патриархальная), детоцентрическая и супружеская (демократическая).
          В традиционной семье воспитывается уважение к авторитету старших; педагогическое воздействие осуществляется сверху вниз. Основным требованием является подчинение. Итогом социализации ребенка в такой семье является способность легко вписаться в «вертикально-организованную» общественную структуру. Дети из этих семей легко усваивают традиционные нормы, но испытывают трудности в формировании собственных семей. Они не инициативны, не гибки в общении, действуют исходя из пред

Детско-родительские отношения (2 3 4 5 6 7)



[Комментировать]