Психология семейных отношений. Курс лекций 3

Психология семейных отношений. Курс лекций (2 3 4 5 6 7)


          Часть 3

          него Рима для добычи воды. Несколько дней пролежал он там, пока не услышали его плач. Обессиленный ребенок не мог даже ухватиться за протянутую ему веревку, не мог брать еду, которую ему опускали. Как достать ребенка, оказавшегося на глубине 15 метров в узкой шахте?
          Были приняты самые решительные меры. Специалисты из Германии начали бурить шахту, параллельную той, в которую упал ребенок, чтобы снизу сделать к нему ход. Все это время ребенка подбадривали, поддерживали, как могли: провели свет, рассказывали ему сказки, сам президент пытался развлекать мальчика. Наконец провели шахту, прорыли ход к мальчику, а он провалился еще на 20 метров. Нашелся спелеолог, согласившийся пройти по шахте вниз головой; он дополз до ребенка и пытался его взять, но тщетно: каждый раз тело ребенка выскальзывало у него из рук. Так и умер ребенок во чреве Матери-земли.
          С точки зрения рассудка – просто несчастный случай. Но духовно чуткие итальянцы иначе восприняли это событие: смерть в утробе Матери-земли стала для них символом преступности аборта.
          Рассмотрим проблему сознательно бездетного брака в более широком контексте мотивации, планирования и регулирования деторождения (См : Бойко В.В. Малодетная семья: Социально-психологическое исследование. М., 1980). На уровне семьи обнаруживается влияние таких факторов, как представления супругов об удовлетворенности жилищно-бытовыми и материальными условиями, характер распределения обязанностей, совместимость ролевых позиций супругов, их отношение к образу жизни, особенности досуга, прочность брака, особенности переживания личностью стадий становления брачно-семейных отношений. На уровне личности выделяют следующие факторы: установка на деторождение, чадолюбие, отношение к трудностям, характер восприятия жизненных обстоятельств, мера ответственности.
          Массовый внутрисемейный контроль над рождаемостью представляет собой процесс социальной адаптации. Смысл социальной адаптации связан с балансом между численностью и плотностью населения и экологической средой обитания. Цели социальной адаптации изменчивы и разнообразны: экологические, политические, религиозные. Каким образом они достигаются? Здесь используются разные стратегии: отказ от ребенка, откладывание рождения ребенка («поживем для себя»), упорядочение жизненных событий, деление индивидуальных ресурсов, переадресовка семейных функций, упрощение родительских обязанностей.

          В качестве первичных факторов регулирования рождаемости выделяют социальные и социально-экономические (общее положение дел в стране, в экономике, процессы урбанизации, безработица, неопределенность будущего, военные конфликты и другое). К вторичным относят культурные и демографические факторы (охрана материнства, детские пособия, своевременность их выплаты и размеры, пенсионное обеспечение, экономическая самостоятельность женщины, снижение общей и детской смертности, динамика и образ жизни, изменение в творческой насыщенности труда, возросшие требования общества к качеству работника и личности, степень удовлетворенности досугом, индустрия развлечений и т. д.)
          В науке существует не единственная точка зрения, что никаких биологических законов, заставляющих человека иметь детей, нет. Инстинкт полового влечения в живой природе имеет единственную цель – размножение, самовоспроизводство. Ни одна самка животных в природе не испытывает оргазм. У человека половое влечение трансформировалось и раздвоилось: с одной стороны, за ним сохраняется целевая репродуктивная функция, с другой, половой акт сам по себе, без целей деторождения, стал для женщины соблазнительным и доставляющим удовольствие. Это привело к тому, что второй аспект стал вытеснять первый: используются противозачаточные средства, прибегают к прерыванию беременности, повторим, что растет добровольная стерилизация. Если бы безотказно срабатывал биологический механизм, то, вероятно, каждая беременность здоровой женщины заканчивалась бы родами, численность детей в семьях была бы намного выше – увы, это не так. По данным О. Здравомысловой, лишь 24% россиянок и 1% шведок согласны с тем, что быть хорошей женой и матерью – главное предназначение женщины.
          Таким образом, законы деторождения – социальные. Потребность в детях диктуется общественным образом: формируется установка иметь детей; и индивидуальным образом: чадолюбие, установка по отношению к ценности детей, процессу их воспитания и численности. Потребность иметь детей социально-психологическая, моральная по своей сути. Потребность в детях в этом смысле – индивидуальное сочетание различных установок по отношению к детям вообще, обусловленных историей развития личности. Здесь понятие «потребность» совпадает с понятием «чадолюбие». Чадолюбие – результат усвоения человеком положительного отношения к детям, это условно-рефлекторная реакция, привитая индивиду путем социальной тренировки. Бережное отношение к детям – элементарная норма, воплощенная во взаимном уважении в семье, в заботе о воспитании детей.
          Следует также отличать потребность самого индивида в детях и внутрисемейную (совместную – мужчины и женщины, мужа и жены) потребность в детях. Семья – социальный институт, и ее жизнедеятельность, функции, потребности регламентированы явлениями иного социального порядка, чем действия отдельной личности. Бывает также, что в случае отказа от детей индивид демонстрирует не свою ограниченную потребность в детях, но свое стремление удовлетворить какие-то иные социально-психоло-гические потребности, стимулированные, кстати, обществом. Поэтому уместно иногда говорить не об отсутствии или наличии потребностей в детях, а о силе «конкурирующих» потребностей. Регулирование потребности посредством сознательного ограничения размеров семьи – один из возможных способов удовлетворения прочих потребностей (духовных и материальных) и поддержания их на определенном уровне.
          Кроме того, рождение ребенка – акт принятия родителями (отцом и матерью совместно) всей ответственности за его судьбу перед своей совестью и перед обществом. Не всякая современная супружеская пара берет на себя эту ответственность. Распространен вариант, когда в семье появляется ребенок и родители сразу же перекладывают заботу о нем на бабушек и дедушек, далее на детский сад, впоследствии на школу.
          Приведем такой случай. Из военно-спортивного лагеря самовольно ушел подросток. Его долго искали. Не нашли. Обратились к маме, чтобы выяснить круг его друзей, предполагая, что мальчик мог пребывать у них. Мама никакого представления о друзьях сына не имела. Но характерным было ее обращение к руководству лагеря: «Если вы его найдете, не вздумайте привозить домой. Я вам его отдала на 30 дней, вот и будьте любезны, в течение 30 дней больше никаких хлопот мне не доставляйте».
          Добавим, что не всякая супружеская пара (муж и жена) психологически готова к рождению и воспитанию детей.
          Представим далее отличия женщин, не желающих иметь детей:
          – поздний возраст вступления в брак;
          – среди таких женщин выше процент разведенных, т.е. переживших неудачу в предыдущем браке;
          – высокий уровень образования, как правило, это женщины высоко интеллектуального или творческого характера труда, имеющие четко выраженные и устойчивые социально-психологические (внесемейные) потребности;
          – чаще это старшие или единственные дети в семье, рождение («появление на свет») которых плохо отразилось на браке их родителей;
          – более психически здоровы. (Поясним эту позицию. Дело не в том, что все имеющие детей психически больны. Речь идет о тех случаях, когда неуравновешенная, тревожная женщина, имеющая ряд сложных непроработанных психологических проблем, пытается избавиться от них, «обзаводясь» ребенком. Вариант достаточно распространенный, фраза «заведи себе ребенка» легко узнаваема. Появляется ребенок, но проблемы-то никуда не ушли, более того, теперь они перекладываются на ребенка. Хорошо еще, если он оказывается послушным, нежным, добрым, хорошо учится, всем нравится. Беда начинается, если ребенок оказывается застенчивым, робким, изгоняется детьми из своего сообщества, не нравится учителям, не демонстрирует никаких особых результатов, пассивен, а то и плохо учится, непослушен и пр. Тогда он неминуемо превращается в «ты – мое наказание», он разочаровывает мать тем, что посредством его не удалось решить всего комплекса личностных проблем, они только возросли. В этом смысле высокообразованным, психически полноценным, личностно интегрированным женщинам и рожать бы детей, воспитывать их на радость себе и обществу – ан нет, не тут-то было. Именно они и делают иной выбор, к сожалению, в нередком числе случаев)
          – более андрогенные женщины;
          – часто имеющие хорошую, высокооплачиваемую и интересную работу (как, впрочем, и их мужья).
          Идеология бездетных семей базируется на такой аргументации:
          – дети мешают супружеским отношениям (эмпирически установлено, что это влияние противоречивое и слабое, т.е. корень не в детях, а в характере самих супружеских отношений);

          – дети мешают социальной активности (эмпирически подтверждается, но различия в социальной активности человека, имеющего детей, и бездетного не являются значимыми).
          Такие бездетные семьи, в подавляющем количестве женщины, испытывают сильное общественное давление, осуждение и негативизм («без детей нельзя»). В целом с психологической точки зрения эта позиция (бездетности) ничем не хуже других, если при этом сам человек сознательно сделал свой выбор, несет за него ответственность и не испытывает психологического дискомфорта и мучений.
          В обоснование этой позиции поднимем проблему детей-сирот при живых родителях, проблему матерей-отказниц (50% из них женщины в возрасте до 25 лет, 8% – несовершеннолетние, 30% – женщины в возрасте 30-50 лет, 70% отказниц ведут асоциальный образ жизни), «подкинутых» бабушкам и дедушкам внуков, которых те привыкают называть матерями и отцами, проблему домашнего насилия в семье (вероятно, в начале тоже руководствовались «без детей нельзя»). В периодической печати звучат слова о том, что в России террор родителей в отношении детей имеет масштабы национальной катастрофы. Из статьи Э. Зверевой в газете «Комсомольская правда» от 30 января 1998 г. (в сокращении):
          Пятилетней жительнице Новосибирска Кристине Лямкиной не суждено было встретить Новый год. Известно, что в полдень из квартиры, где Кристина жила со своей 29-летней матерью Еленой, донеслись жуткие крики ребенка. Прибежавшей соседке Елена объяснила, что ничего страшного не происходит, они с дочерью собираются к родственникам и девочка, одеваясь, капризничает... Вечером того же дня мать сбросила Кристину с балкона 10-го этажа.
          «Детям, убитым во время пьянок, имя – легион», – пишет автор статьи.
          Детдома переполнены, часть маленького населения страны отдана своим родителям на растерзание.
          В Набережных Челнах непьющая мать утопила в ванне сыновей двух, трех и пяти лет.
          На Алтае мать... повесила своего трехлетнего сына.
          Перед Новым годом в мусорных контейнерах Новосибирска было обнаружено четыре младенца.
          12-летняя Аня неоднократно была изнасилована и избита отцом.
          Причины детоубийства разные, по одно признание, что называется, из шокирующих шокирующее: «Убила, и стало легче».
          Остановимся в перечислении этого ужасного ряда и вспомним предмет своего обсуждения. Может быть, если бы в начале этих вопиющих историй было бы принято решение о «сознательно бездетном браке», то их количество было бы не легион?
          3.0 Повторные браки. Достаточно распространенная альтернатива традиционным брачно-семейным отношениям. Как правило, в результате развода ребенок остается с матерью, и в случае создания новой семьи возникает проблема отчимов. Отчимы оценивают себя в роли отца несколько ниже, чем отцы по крови, они занимают более пассивную роль по отношению к ребенку, считая последнего менее счастливым. Но с этой оценкой не связаны ни мать, ни дети. Результаты лонгитюдных исследований показывают, что значимых различий нет.

          Другой тип семей, где отцы являются единственными родителями, становится все более распространенным. Если отец чувствует, что не может полностью удовлетворить все потребности своих детей, он может пригласить домашнюю работницу для помощи по дому и присмотру за детьми. Но может ли она удовлетворить потребность ребенка в материнской ласке? Многое зависит от ее личных качеств, от отношения отца к детям и от них самих.
          Исследований, посвященных проблемам мачехи в семье, практически пет, хотя эта ситуация более известна в области брачно-семейных отношений (вспомним народные сказки: злая-презлая мачеха и безвольный отец).
          На наш взгляд, обсуждения заслуживает проблема приемных детей. Лучше всего написала по этому поводу В. Сатир (Сатир В Как строить себя и свою семью. М., 1992). Подробно и почти дословно изложим ее взгляды на эту проблему.
          Для разведенного супруга, вступающего в новый брак, развод сам по себе, возможно, стал болезненным переживанием. Этот процесс часто сопровождается разочарованием и развивающимся недоверием к людям. К тому же перед вторым супругом встает более трудная задача, чем перед первым. В отношениях нередко присутствует некий неуловимый подтекст: «Ты должен быть лучше, чем тот, кто был до тебя». Люди, после развода вступающие в брак, однажды уже обожглись, и им не так легко об этом забыть.
          Женщина с детьми, выходящая замуж повторно, часто склонна обращаться с ними так, словно они – ее собственность. Это создает для ее нового супруга проблемы. Часто она уверена, что просто не хочет навязываться своему новому мужу, так как у него не может быть таких отношений с ее детьми, как у нее самой. Иногда она чувствует внезапную нежность к бывшему супругу. К тому же новый муж не сразу осваивает роль помощника. Подобное поведение исключает возможность того, чтобы человек, вошедший в новую семью, привнес в нее новые взгляды и новый стиль жизни.
          Новые мужья сталкиваются и с такой проблемой: женщина может нуждаться в том, чтобы отчим продемонстрировал «твердую мужскую руку», проявил силу и авторитет, который он, естественно, не может сразу завоевать у детей. Ситуация может очень осложниться, особенно если матери покажется, что дети «отбились от рук». Новые мужья зачастую пытаются удовлетворить желания и ожидания своих жен, но обычно это приносит только вред. Если новый муж безответственно отнесется к своим обязанностям, он, в конце концов, перессорится с детьми, а этого можно было бы избежать. Чаще всего отчимы конфликтуют с подростками.
          Вхождение приемного родителя в новую семью может быть осложнено и другими обстоятельствами. За долгое время совместной жизни родители и дети обрастают семейными шутками и слэнгом, которые могут быть непонятны приемному родителю и отдалять его от семьи. Почти в каждой семье формируются свои ритуалы, традиции. Все ее новые члены должны узнать и понять эти обычаи, иначе не миновать всевозможных бед.
          Люди, готовящиеся к жизни в смешанной семье, должны постоянно помнить, что у каждого члена новой семьи была прошлая жизнь и многое из того, что происходит с ним сегодня, имеет свои корни в прошлом. Нередко приемные родители вместо того, чтоб спрашивать о том, что им непонятно, думают: «Хорошо, может быть, это не мое дело?», или «Я не должен спрашивать об этом», или «Может быть, я просто не должен об этом знать» – или ведут себя так, будто они все понимают. Подобная позиция нередко способствует понижению самооценки. Другая распространенная ошибка состоит в том, что муж думает: «Если бы она хотела, они бы мне все объяснила».
          Мужу надо быть готовым к тому, что жена не откажется ради него от прежних друзей и контактов. В число старых связей, конечно, входят свекор и свекровь, теща и тесть, бабушки и дедушки и другие родственники. В исключительно редких случаях они не имеют своего мнения по поводу того, что произошло, что могло бы произойти и что должно было бы произойти. Все это необходимо учитывать. Важно, чтоб каждый ясно понимал, что случилось, и четко знал свое отношение к этому.
          Новый супруг тоже имел свое прошлое, и, возможно, у него были те же проблемы. Если дети нового супруга живут от него отдельно, он проводит больше времени с приемными детьми, чем со своими собственными. Часто это приводит его в состояние дискомфорта, он чувствует, что пренебрегает собственными детьми. Прежней жене к тому же нелегко пойти на то, чтобы дети посещали новую семью своего отца, ей не хочется делить их с другой женщиной.
          Чтобы избежать подобных проблем, взрослые, вновь вступающие в брак, должны пересмотреть свои родительские позиции. Они должны воспитывать собственных детей и детей своего супруга, никем из них не пренебрегая и никого не обманывая. Если оба разведенных родителя и оба приемных родителя окажутся зрелыми, мудрыми и терпимыми людьми, они могут вместе продумать все таким образом, чтобы их дети выиграли, а не проиграли.
          Важно, чтобы дети поняли, что люди разные и, вступая в отношения друг с другом, они порой не могут договориться. Но это вовсе не означает, что люди плохие. И точно так же сами по себе эти проблемы не портят взаимоотношений.
          Очень важен вопрос о том, как должны строиться отношения между новым и бывшим супругами, чтобы ребенок чувствовал себя максимально благополучно. С этими вопросами связаны разнообразные проблемы по поводу посещения ребенка и алиментов. Решение этих проблем почти полностью зависит от того, в каких отношениях находятся после развода бывшие супруги. Если в них еще сохраняется напряжение, трудно принять правильное решение.
          Дети тоже полностью не свободны от воспоминаний. Они могут быть причиной старых обид; они часто принимают сторону того или иного родителя. Часто они вынуждены жить не с тем родителем, чью сторону они принимали. Их проблемы вовсе не исчезают оттого, что на смену одному родителю пришел другой.
          Соединение вместе в одной семье детей, которые друг с другом незнакомы и не чувствуют устойчивости своего положения, может создать огромные трудности. Они не всегда разделяют радость новых супругов. Так, есть смешанные семьи с «твоими детьми», «моими детьми» и «нашими детьми». Подобная ситуация чревата особыми проблемами, и алгоритм их решения уже известен: важно не то – возникнет или нет напряжение в семье, а то, с чем оно связано и как с ним справиться. Эта большая творческая задача для новой супружеской «команды». Время, терпение и способность жить, не будучи любимым (по крайней мере, в первое время), здесь крайне важны. Почему, в конце концов, ребенок должен автоматически полюбить приемного родителя и почему приемный родитель должен автоматически полюбить чужого ребенка?

          Новые супруги должны осознавать, что нужно быть откровенными друг с другом и с детьми. Не стоит требовать от них притворства. Каждый может и должен быть честным.
          Дети должны затратить много душевных сил, чтобы урегулировать отношения с отцом, который женился на другой женщине и воспитывает других детей. Когда между детьми и отцом существует много невыясненного, подобная ситуация порождает у ребенка комплекс неполноценности, всевозможные вопросы, ревность и т.д. Многие дети часто не общаются со своими отцами, женившимися повторно, потому что они и их новые семьи не готовы, да и не знают, как включить старших детей в семью.
          Трудности, поджидающие супругов во втором браке, очень зависят от возраста детей. Если дети еще маленькие (не старше двух-трех лет), прошлая жизнь, может быть, не окажет на них такого сильного влияния, какое она оказывает на более старших. Если дети уже взрослые, то новый брак на них может не повлиять. Радоваться своему счастью – это дело самих новобрачных. Если семейные дела вовлекают детей в денежные, имущественные и тому подобные проблемы, здесь важно достичь взаимных соглашений. Известны случаи, когда старшие дети сопротивлялись новому браку родителей, потому что опасались возможных денежных затруднений.
          Боль, унаследованная от первого замужества, также возможный источник разных бед. Ожидания людей по поводу второго брака могут быть грандиозными: они порой напоминают ожидания Нирваны. Многие взрослые в смешанных семьях ждут чуда. Раз они избавились от ненавистного супруга, а теперь нашли гораздо лучшего, значит, все проблемы решены. Они забывают, что естественные осложнения во взаимоотношениях по-прежнему сохраняются, что впереди их, возможно, ждут более серьезные испытания, многое в жизни останется неизменным, например раздражение, которое одни люди испытывают по поводу других, взаимная злость, грубость, упрямство.
          Но верно, по мнению В. Сатир, и другое: люди всегда остаются людьми и ведут себя так, как это им свойственно, независимо от того, в какой семье они живут – традиционной полной семье или в смешанной.
          В 1993 г. на 1000 регистрации в загсах РФ приходилось 361 мужчина и 338 женщин, вступавших в брак повторно.
          4.1 Открытый брак. Главной его особенностью является негласный или озвученный договор о личной жизни. Основной конфликт современного брака состоит в невозможности сочетания близости и свободного личностного роста. Целью открытого брака является увеличение открытости, самовыражения и аутентичности отношений, увеличение толерантности партнеров друг к другу. Принципы открытого брака (Кратохвил С. Психотерапия семейно-сексуальных дисгармоний. М., 1991):
          – строить жизнь на основе настоящего и исходя из реалистических желаний;
          – относиться с уважением к личной жизни партнера;
          – открытость общения: свободно, открыто выражать чувства («Скажи, что видишь и чувствуешь, но без критики»);
          – подвижность и гибкость ролевого общения;
          – открытое партнерство: иметь право на свои интересы, свой круг друзей;
          – равноправие: справедливое разделение ответственности и благ;
          – аутентичность: знать себе цену и не позволять принижать свое достоинство;
          – доверие: сочетание «статистического» доверия с «динамическим» доверием.
          Этот брак является исторически новым феноменом, т.к. для традиционных представлений он фактически узаконивает право на измену. Но не все так просто. С некоторой регулярностью возобновляются дискуссии по поводу того, полигамная или моногамная природа свойственна человеческой натуре. (А. Розенфельд (Роземфельд А. Симптомы. М., 1993.С. 338-339) пишет, что среди вдовцов 55-65 лет смертность на 60% выше, чем среди женатых мужчин того же возраста. У них существует много заболеваний, но если в течение года вдовцы вступают в новый брак, то долго не болеют, живут дольше, чем мужчины, семейная жизнь которых не нарушалась. Одинокие мужчины имеют более слабое здоровье по сравнению с теми, кто счастливо женат, однако перспективы у них радужнее, чем у неудачно женатых или вдовцов. Одиноким мужчинам живется лучше, чем в плохом союзе.) Достаточно часто брачно-семей-ные отношения сотрясаются фактами измены супругов. Открытый брак возник как отказ от поведения предыдущих поколений, которые, сталкиваясь с изменой, начинали шпионить, ревновать. Сторонники открытого брака считают, что если брак существует только на долге, то он по сути себя исчерпал, кроме того, в форме открытого брака они видят возможность протестовать против запретов церкви на разводы.
          Возникновение открытого брака связывают с движением за обогащение брачно-семейных отношений, которое реализуется через отсутствие невротических срывов в браке, постоянное обновление человека в брачно-семейных отношениях и возможность личностного роста партнеров, обновление семьи в целом. Переход к открытому общению в браке противопоставляется:
          – карательному общению;
          – подчиненному общению;
          – «холодному» общению;
          – беспредметному общению.
          Но на деле это оказывается значительным упрощением существующих проблем, но не их решением.
          Дело в том, что дискуссию о полигамности / моногамности человека можно приостановить, высказав точку зрения об эгоцентрической природе человека, что особенно наглядно проявляется в тех же самых открытых браках. Любой сверхсвободный договор утрачивает свою силу, если один из партнеров, любящий другого, ясно осознает, что в личной жизни другого ему просто не остается никакого места, еще сложнее, когда на это место начинает претендовать кто-то третий, а человек не хочет отдавать другим то, что принадлежит ему.
          5.1., 5.3. Внебрачный секс и интимная дружба. В обоих случаях речь идет о наличии внебрачных связей интимного характера. Однако первая предполагает (допускает) некоторое участие в совместном ведении хозяйства, возможно появление внебрачных детей. Такую связь мужчины с незамужней женщиной, имеющей от него детей, называют конкубинатом. В 1980 г. детей вне брака в нашей стране рождалось 10,8%, в 1990г. – 14,6%, в 1991г. – 15,1%, в 1992г. – 16,6%, в 1993г. – уже 18,4% (См.: Торохтий В.С. Психология социальной работы с семьей. М., 1996).
          Непременно такая связь связана с ожиданием того, что отношения в первичной паре будут прерваны и из этой связи оформится новый брак. Как правило, такие связи не являются продолжительными: они либо действительно перерастают в новый брак, либо становятся обузой, утомляют, человеку становится обременительно вести двойную игру. Удовлетворенность браком в первичной паре в таких ситуациях также невысока.
          Интимная дружба редко угрожает стабильности первичного брака, длиться может долго (порядка 10 лет), вместе с тем, при ее наличии, очень высокий уровень близости и доверия в первичной паре.
          5.2. Свингерство. Свингерством называют обмен брачными партнерами. В данном случае две супружеские пары образуют так называемую «шведскую» семью. Зародился такой обмен брачными партнерами в 70-е годы в Скандинавии. В настоящее время такие альтернативные брачно-семейные связи характерны для 2% населения США.
          Исследования таких супружеских пар зафиксировало у таких партнеров меньшую связь с родителями в детстве, практически отсутствие контактов с детьми.
          Инициаторами таких отношений выступают обычно мужчины, отмечается высокая самооценка браков в паре.
          6.0. Гомосексуальные пары. В основе таких брачно-семейных отношений лежит однополая любовь, проявляющаяся в сексуальном влечении к лицам своего же пола: мужчина-мужчина либо женщина-женщина. Однополая любовь покоится на тех же психофизиологических предпосылках, что и гетеросексуальная, а итоговое соотношение того и другого определяется лишь в процессе индивидуального развития. Гомосексуальность не является единым феноменом, ее истоки и формы многообразны. Несмотря на возможное генетическое предрасположение к гомосексуальности, в целом она строится на основе индивидуального опыта и научения. Спор о том, считать ли гомосексуальность врожденным заболеванием, свойством личности, стилем жизни или чем-то еще, по мнению И.С. Кона (Кон И.С. Введение в сексологию. М., 1989), вряд ли закончится в близком будущем. Какое бы отношение ни вызывала гомосексуальность к себе в обществе, какими бы причинами ни детерминировалась сексуальная ориентация, она не является делом свободного выбора и не может быть изменена произвольно.
          По данным некоторых исследований жизненный путь и личностные особенности гомосексуалистов имеют свою специфику (дефицит мужского влияния в детстве, плохие отношения с отцами, особое влияние матерей, обладавших пуританским характером, у которых сыновья были любимцами, и они (матери) хотели быть в центре внимания сыновей, ранние гомосексуальные контакты с братьями и сверстниками и т.д.), по данным других – никаких значимых различий в социализации лиц с гомосексуальной ориентацией не обнаруживается. Следует отметить, что в основном к участию в исследованиях привлекались мужчины.
          Гомосексуальные пары в случае однополой любви сталкиваются с теми же проблемами, что и гетеросексуальные: измены, ревность, обиды, доминирование, непонимание, отсутствие доверия, несоответствие ролевых установок и ролевой согласованности, монотония и пр.
          Отношение к гомосексуальным парам различное и крайне выраженное: от смертной казни (Мавритания, Тунис) до официального признания такой пары семьей, с юридической легализацией отношений (Дания).
          Опасность представляет не сам по себе факт существования гомосексуальных пар взрослых партнеров, поскольку они не угрожают жизни других людей, а более высокая распространенность в их среде венерических заболеваний, к которым в последние годы присоединилось такое опасное заболевание, как СПИД. «Это не может не вызывать общественной озабоченности, тем более что установить источники заражения в гомосексуальной среде труднее, чем в любой другой», – пишет И.С. Кон (Кон И.С. Введение в сексологию. М., 1989).
          7.0 Групповой брак, жилые сообщества, коллективная семья. Критика социальных функций семьи, связанных не только с воспроизводством рабочей силы и обеспечением целостности общества, но и со стабилизацией отношений господства, в начале 70-х годов породила попытки противопоставить ей альтернативу в виде группового брака. Изначально групповой брак носил радикальный и часто политический характер, его связывали с наркотическими оргиями, групповым сексом и терроризмом. С тех пор групповой брак трансформировался в жилые сообщества и коммуны. В. Сатир использует для их обозначения термин «коллективная семья».
          С точки зрения структуры отношений выделяют: жилые сообщества из нескольких малых семей (так называемая «большая семья»), жилые сообщества из нескольких пар, жилые сообщества из нескольких лиц, не связанных друг с другом парными отношениями, а также смешанные формы. По критерию стоящих перед ними задач можно выделить студенческие коммуны в университетских городках, сельские группы, часто практикующие макробиотические способы возделывания культур, религиозные и лечебные группы, группы совместного проживания пожилых людей, лиц с ограниченной подвижностью, производственные и жилые коллективы, а также педагогические группы родителей с детьми (в традициях движения за антиавторитарное воспитание). Рассмотрим те группы, которые представляют временную или длительную альтернативу семейному образу жизни.
          Студенческие жилые сообщества обладают финансовыми преимуществами, способствуют прагматическому решению жилищной проблемы, дают возможность студентам, вопреки экономической несамостоятельности, жить, поддерживая сексуальные и любовные отношения Р. Зидер добавляет сюда высокий уровень экспериментирования и одновременно солидарную групповую защиту. Социальная структура жилых сообществ отвечает притязаниям на эгалитарные, а не авторитарные отношения. В настоящее время в университетских городках ФРГ уже до 30% студентов живут коллективно. Каждое четвертое или пятое жилое сообщество включает детей. Тем самым жилые сообщества представляют одну из самых крупных опытных моделей нетрадиционного воспитания семей.
          В. Сатир находит преимущество такого типа семьи в том, что ребенок видит перед собой разных людей с разными характерами. Главная проблема заключается, безусловно, в том, что между всеми взрослыми должны существовать хорошие отношения, для того чтобы такое общественное воспитание дало реальные результаты.
          В жилых сообществах редко одна группа остается неизменной. В этом смысле жилое сообщество больше соответствует требованиям гибкости и мобильности, предъявляемым большей частью молодыми членами (например, чтобы облегчить перемену мест работы или учебы), чем семейное хозяйство. В связи с социальными и психологическими проблемами юности и молодости жизнь с ровесниками выполняет важную ориентирующую функцию. Принадлежность к жилым сообществам может рассматриваться как этап социализации, когда результаты воспитания в малой семье частично корректируются.

          Утопические представления вроде отмены парных отношений, «свободной половой жизни» и тому подобного так, как их пытаются реализовать в групповом браке, терпят крах. Одна из причин – тот самый пресловутый эгоцентризм личности: возникает ревность супругов, детей. Для большинства людей невозможно любить чужих детей как своих собственных. Разумеется, готовность к экспериментам в вопросах эротики, сексуальности, верности или разрыва отношений в жилых группах в целом выше, чем у людей, живущих малой семьей.
          Совместное выполнение работ по дому и воспитание детей позволяет контролировать справедливое распределение работ по дому и уход за детьми. Таким образом, в тенденции устраняется разделение труда на основе половой специфики. Отдельная пара освобождается от бремени завышенных требований к самой себе.
          В жилых сообществах присутствует высокая степень материальной защищенности для отдельного лица, потому что в моменты отсутствия заработка и денег солидарность группы оберегает его от нравственного и физического упадка. Общее владение средствами производства имеется в сельских коммунах, жилых и производственных кооперативах. Коллективное право пользования снижает необходимость и значимость личной собственности. Личные потребности находятся под контролем группы. Совместное пользование предметами потребления ограничивает их престижный и фетишизированный характер. Жилые сообщества до настоящего времени в большей степени способствовали формированию экологического сознания и альтернативного потребительского поведения, чем обычные семьи.
          Утрата законным браком его значения, ослабление родительских и родственных семейных отношений, «разделение» самосохранительного, брачного, сексуального и репродуктивного поведения, кризис современной семьи сигнализируют о тенденции возникновения альтернативных форм брачно-семейных отношений. Обрисованные альтернативы семье и браку пока еще ограничиваются меньшинствами и молодыми людьми. Большинство людей живет традиционными формами семьи и брака. Сильнейшим аргументом в пользу традиционных вариантов остаются интересы детей. Тем не менее увеличение возможности расторжения брака и появившиеся альтернативы влияют и на тех, кто живет в традиционном супружестве. Традиционные формы брачно-семейных отношений представляются менее прочными, менее безальтернативными и менее само собой разумеющимися, чем прежде. Толерантность в отношении меньшинства, которое не живет в браке и семье, значительно возрастает. Вместе с нею повышаются требования к качеству собственной супружеской и семейной жизни у большинства.
          ВОПРОСЫ И ЗАДАНИЯ ДЛЯ САМОСТОЯТЕЛЬНОЙ РАБОТЫ:
          1. Охарактеризуйте семью как систему и основные тенденции ее развития.
          2. Проанализируйте роль семьи в развитии общества и отдельного человека.
          3. Перечислите современные модели организации семейных отношений.
          4. Охарактеризуйте движущие силы эволюции брака и семьи в истории человеческого общества.
          РЕКОМЕНДУЕМАЯ ЛИТЕРАТУРА:
          Антонова. И., Медков В.М. Социология семьи. М., 1996.
          Бойко В.В. Малодетная семья: Социально-психологическое исследование. М, 1980.
          Гребенников И.В. Основы семейной жизни. М., 1991.
          Гуггенбюль-Крейг А. Брак умер – да здравствует брак! СПб., 1997.
          Дружинин В.Н. Психология семьи. М., 1996.
          Жирнова Г.В. Брак и свадьба русских горожан в прошлом и настоящем. М., 1980.
          Зидер Р. Социальная история семьи в Западной и Центральной Европе (конец XVII – XX вв.). М., 1997.
          Кон И.С. Введение в сексологию. М., 1989.
          Кон И.С. Ребенок и общество. М, 1988.
          Мид М. Мир и культура детства. М., 1983.
          Русский православный обряд венчания. М., 1996.
          Семья: Книга для чтения. В 2-х кн. М., 1991.
          Фрэзер Дж. Фольклор в Ветхом Завете. М., 1989.
          Человек в кругу семьи: Очерки по истории частной жизни в Европе до начала нового времени. М., 1996.
          Швейгер-Лерхенфельд А. Ф. Женщина, ее жизнь, нравы и общественное положение у всех народов земного шара. М., 1998.
          Эволюция семьи и семейная политика в СССР. М., 1992.
          Этно
ография детства. Традиционные формы воспитания детей и подростков у народов Южной и Юго-Восточной Азии. М., 1988.







         







         







         


          ХАРАКТЕРИСТИКА СОВРЕМЕННОЙ СЕМЬИ
          Различные категории современной семьи и брачно-семейных отношений. Современная модель семьи, ее особенности. Психологически благополучные и неблагополучные семьи. Психологическое здоровье семьи.
          РАЗЛИЧНЫЕ КАТЕГОРИИ СОВРЕМЕННОЙ СЕМЬИ
          Спектр видов, форм и категорий современной семьи достаточно многообразен. Различные типы (категории) семей по-разному функционируют в тех или иных сферах семейных отношений. По-разному реагируют они на воздействие многообразных факторов современного бытия.
          Типологии семьи определяются различными подходами к выделению предмета изучения.
          В.С. Торохтий, обобщая результаты предыдущих исследований, отмечает (Торохтий В.С. Психология социальной работы с семьей. М., 1996), что современные семьи отличаются между собой по следующим признакам:
          – по количеству детей: бездетная, или инфертильная, семья, однодетная, малодетная, многодетная;
          – по составу: неполная семья, отдельная, простая или нуклеарная, сложная (семья нескольких поколений), большая семья, материнская семья, семья повторного брака;
          – по структуре: с одной брачной парой с детьми или без детей; с одним из родителей супругов и другими родственниками; с двумя и более брачными парами с детьми или без детей, с одним из родителей супругов и других родственников или без них; с матерью (отцом) и с детьми;
          – по типу главенства в семье: эгалитарные и авторитарные семьи;
          – по семейному быту, укладу: семья – «отдушина»; семья детоцентрического типа; семья типа спортивной команды или дискуссионного клуба; семья, ставящая на первое место комфорт, здоровье, порядок;
          – по однородности социального состава: социально гомогенные (однородные) и гетерогенные (неоднородные) семьи;
          – семейному стажу: молодожены, молодая семья, семья, ждущая ребенка, семья среднего супружества, старшего супружеского возраста, пожилые супружеские пары;
          – по качеству отношений и атмосфере в семье: благополучная, устойчивая, педагогически слабая, нестабильная, дезорганизованная;
          – по географическому признаку: городская, сельская, отдаленная (районы Дальнего Севера);
          – по типу потребительского поведения: семьи с «физиологическим» или «наивно-потребительским» типом потребления (преимущественно с пищевой направленностью); семьи с «интеллектуальным» типом потребления, т.е. с высоким уровнем расходов на покупку книг, журналов, зрелищные мероприятия и т.д., семьи с промежуточным типом потребления;
          – по особым условиям семейной жизни: студенческая семья, «дистантная» семья, «внебрачная семья»;
          – по характеру проведения досуга: открытые или закрытые;
          – по социальной мобильности: реактивные семьи, семьи средней активности и активные семьи;
          – по степени кооперации совместной деятельности: традиционные, коллективистские и индивидуалистические;
          – по состоянию психологического здоровья: здоровая семья, невротическая семья, виктимогенная семья.
          Каждую из категорий семей характеризуют протекающие в ней социально-психо-логические явления и процессы, присущие ей брачно-семейные отношения, включающие психологические аспекты предметно-практической деятельности, круг общения и его содержание, особенности эмоциональных контактов членов семьи, социально-психологические цели семьи и индивидуально-психологические потребности ее членов.
          В семье формируются и развиваются брачно-семейные отношения как отражение многообразных и многовариантных межличностных контактов, а в целом всей системы ценностей и ожиданий социально-психологического аспекта.
          В значительной мере определяющими успешность будущих семейных отношений выступают мотивы вступления в брак.
          К настоящему моменту сложились разнообразные формы брачно-семейных отношений, наиболее распространенные из которых следующие:
          1. Брачно-семейные отношения на основе честной контрактной системы. Оба супруга четко представляют, чего они хотят от брака, и рассчитывают на определенные материальные выгоды. Цементируют и помогают решать жизненно важные проблемы сами условия контракта. Эмоциональная привязанность, которую трудно назвать любовью, но которая все-таки есть в таком союзе, как правило, с течением времени усиливается («доживутся до любви», – по выражению И.С. Тургенева). Хотя, если семья существует лишь как экономическая единица, ощущение эмоционального взлета полностью теряется. Люди, вступающие в такой брак, имеют наиболее мощную практическую поддержку от партнера во всех практических начинаниях – поскольку и жена, и муж преследуют собственную экономическую выгоду. В таких брачно-семейных отношениях степень свободы каждого из супругов – максимальная, а личная вовлеченность – минимальная: исполнил условия контракта – волен делать, что хочешь.
          2. Брачно-семейные отношения на основе нечестного контракта. Мужчина и женщина пытаются извлечь из брака односторонние выгоды и тем самым наносят ущерб партнеру. Говорить о любви здесь тоже не приходится, хотя часто в таком варианте брачно-семейных отношений она бывает односторонней (во имя которой супруг, понимая, что его обманывают и эксплуатируют, все терпит).
          3. Брачно-семейные отношения по принуждению. Один из супругов несколько «осаждает» другого, и тот либо в силу определенных жизненных обстоятельств, либо из жалости, наконец, соглашается на компромисс. В подобных случаях тоже сложно говорить о глубоком чувстве: даже со стороны «осаждающего» скорее преобладают амбициозность, желание обладать объектом поклонения, азарт. Когда такой брак, наконец, заключается, «осаждающий» начинает считать супруга своей собственностью. Ощущение свободы, необходимое в браке и семье в целом, здесь абсолютно исключено. Психологические основы существования такой семьи так деформированы, что компромиссы, которых требует семейная жизнь, невозможны.
          4. Брачно-семейные отношения как ритуальное исполнение социально-норматив-ных установок. В определенном возрасте люди приходят к выводу, что все вокруг замужем или женаты и что настало время создавать семью. Это – брак без любви и без расчета, а лишь следование определенным общественным стереотипам. В таких семьях не часто создаются предпосылки для длительной семейной жизни. Чаще всего такие брачно-семейные отношения складываются случайно и так же случайно распадаются, не оставляя глубоких следов.
          5. Брачно-семейные отношения, освященные любовью. Два человека соединяются добровольно, поскольку не представляют своей жизни друг без друга. В браке по любви ограничения, которые принимают на себя супруги, – сугубо добровольные: им приятно проводить свободное время вместе, с членами своей семьи, нравится делать что-то хорошее друг для друга и для остальных членов семьи. Брачно-семейпые отношения в этом варианте есть высшая степень объединения людей, когда дети рождаются в любви, когда любой из супругов сохраняет свою самостоятельность и индивидуальность, – при полной поддержке второго. Парадокс заключается в том, что, добровольно принимая на себя подобные ограничения («Я счастлив, если счастлива ты»), люди становятся более свободными... Брачно-семейная форма таких отношений построена на доверии, на большем уважении к человеку, чем к общепризнанным нормам.
          Семейные отношения имеют ряд психологических особенностей, характерных только для них:
          – наличие не одной, а ряда общесемейных целей, которые могут меняться в процессе развития семьи;
          – частичное различие в интересах и установках членов семьи;
          – наличие супружеской пары, взаимоотношения в которой в значительной мере определяют характер взаимодействия в семье;
          – включенность в нее представителей нескольких поколений и большой срок близкого знакомства между ее членами;
          – многосторонность и значимость семейных отношений и их взаимосвязь;
          – особая открытость, уязвимость членов семьи.
          На взаимоотношения в семье оказывают влияние внешние и внутренние факторы. К внешним факторам относятся совокупность материальных и духовных условий, существующих в данном обществе. Это и определяет межличностные отношения в обществе, трудовом коллективе, в семье. Действие и проявление внутренних факторов наблюдаются на уровне межличностных отношений через реализацию (или наоборот) взаимных ожиданий, их внутренней удовлетворенности процессом взаимоотношений.
          К внутренним факторам, способствующим успешной деятельности семьи, относятся индивидуальные психологические особенности семейных партнеров: это интеллектуальные, характерологические и социально-психологические особенности супругов.
          Особую значимость приобретают основные жизненные ориентации или жизненные стратегии семейных партнеров:
          – внутренний контроль – внешний контроль;
          – эгоизм – социоцентризм (альтруизм);
          – ориентация на общественные нормы – на себя;
          – принятие противоречий – их неприятие;
          – чувство собственного достоинства – неверие в себя.
          К другим факторам, стабилизирующим семейные отношения, относят:
          – постоянное стремление партнеров к сохранению семьи;
          – желание и способность партнеров к согласованным действиям на благо семьи;
          – инициативность каждого супруга в решении семейных проблем и реальный вклад каждого в общественные дела;
          – разумное сочетание разнообразных личных целей и потребностей с общесемейными делами и потребностями;
          – стремление в трудную минуту к эмоциональному единению и сплочению;
          – эстетическая привлекательность (внешний вид, манера поведения и т.д.);
          – способность эмоционально согреть супруга, т.е. вести себя так, чтобы создать атмосферу доверия, непринужденности, сердечности.
          В настоящее время отношения между супругами регламентируются российским законодательством, на основе которого приняты кодексы о семье и браке. Что касается максимального возраста для вступления в брак, а также наличия любой разницы в возрасте жениха и невесты, то эти факторы не играют никакой роли – любой «поздний» или «неравный» брак беспрепятственно регистрируется в загсе. Различные ограничения, существовавшие в дореволюционной России, например предельный брачный возраст 80 лет, а для вступления в брак старше 60 лет требовалось специальное разрешение архиерея, были отменены в 1917 г.
          В современной России простые или нуклеарные семьи – преобладающая форма среди всех семей. «Нуклеарная» – от слова «нуклеа» – ядро, т.е. главная часть, основа. Этим подчеркивается, что нуклеарная семья представляет собой отдельно живущую (без родителей и родственников) супружескую пару (ядро, главную часть) с детьми или без детей. Основная форма нуклеарной семьи – малодетная нуклеарная семья.
          Жить отдельно от родителей хотели бы многие семьи. Сказывается стремление к независимости, к самостоятельности, желание делать в семье «как хочется», по-своему строить семейную жизнь. В целом атмосфера и условия жизни нуклеарных семей больше способствуют самовыражению, проявлению способностей, личных качеств супругов, и качеств не только положительных. Одна из черт нуклеарных семей заключается в том, что партнера любят, но мнением его часто не дорожат. Нередко супруги излишне небрежны, несдержанны и самоуверенны по отношению друг к другу. Даже небольшие ссоры в отдельно живущих семьях бывают очень опасны, особенно на ранних стадиях развития семьи, когда идет «притирка характеров». Интенсивность жизни в нуклеарной семье приводит к стрессам, психическим заболеваниям, конфликтам, сексуальным репрессиям, аморальности. Как и любое значимое социальное движение, трансформация института семьи разрешает одни проблемы, создавая другие.
          СОВРЕМЕННАЯ МОДЕЛЬ СЕМЬИ, ЕЕ ОСОБЕННОСТИ
          Каждая культура (и ее субкультуры) порождает определенную нормативную модель семьи, точнее, группу моделей. Структура нормативной модели включает в себя элементы – нормативных членов семьи, каждый из которых характеризуется определенным статусом, т.е. позицией с определенными правами и обязанностями, с которыми связано ожидаемое поведение. Кроме элементов, структура семьи определяется через отношения, их содержание и динамику.
          Составную нуклеарную семью, где несколько детей, следует рассматривать как конъюнкцию нескольких элементарных (элементарная семья – семья из трех членов: муж, жена и ребенок).

          Более привычный, обыденный термин «нормальная семья» – понятие очень условное. Можно считать таковой семью, которая обеспечивает необходимый минимум потребностей ее членов. Или семью, которая дает требуемое благосостояние, социальную защиту членам семьи, создает условия для социализации детей до достижения ими психологической зрелости.
          С точки зрения М. Мид, таковой является семья, где ответственность за семью как целое несет отец. Все остальные типы семей, где это правило не выполняется, попадают в разряд аномальных. Идеальную семью можно рассматривать как нормативную модель семьи, которая принимается обществом, отражена в коллективных представлениях, нравственных ценностях, культуре общества, в том числе – в религиозной культуре.
          Однако, как справедливо отмечает В.Н. Дружинин, нормативная модель всегда скрыта за конкретными формами ее экспликации, которые не только разнообразны, но и вариативны.
          Исследователь-практик, сталкивающийся в первую очередь с конкретными семь-ями и обобщающий знания о них, может, таким образом, опираться на два основных момента: количественный и качественный. В первом случае речь идет о составе семьи, элементах ее структуры. Во втором – прежде всего о системе отношений. В.Н. Дружинин полагает, что, как и любая другая институализированная группа, семья скрепляется отношениями «власти-подчинения» и взаимоответственности. В интегрированном виде отношения можно описать еще одним параметром – эмоционально-психологической близостью, которая связана с мотивом аффилиации (присоединения). При этом знак психической эмоциональной близости не обязательно положительный: равнодушие, отчуждение, ненависть окрашивают существование семьи в свои цвета в не меньшей мере, чем любовь, понимание и сочувствие.
          Семейные отношения – это не в последнюю очередь отношения власти: доминирование-подчинение.
          Как правило, социальные психологи связывают доминирование с принятием социальной ответственности за действия группы: доминирующий член группы отвечает за успешность выполнения общей задачи и, кроме того, несет ответственность за сохранение нормальных отношений между членами группы. Кроме того, с доминированием связывают импровизационную активность и инициацию действия. Считается, что наиболее успешными лидерами являются лица, склонные к торгу, равнодушию к межличностным отношениям, умеющие сопротивляться социальному давлению, стремящиеся к достижениям, риску и получающие удовольствие от манипуляций другими людьми.
          Задача доминирующей личности – обеспечение безопасности группы, координация действий ее членов для достижения групповых целей, определение перспектив жизни и развития группы и внушение веры в будущее.
          В плане воспитания выделяют 5 видов власти, характеризующих отношения между ребенком и взрослыми в семье (Френч и Равен):
          – Власть вознаграждения – ребенка могут вознаграждать за определенное поведение. Награда следует за социально одобряемым (ожидаемым) поступком, наказание – за социально порицаемым.

          – Власть принуждения – в основе ее лежит жестокий контроль за поведением ребенка, каждый незначительный проступок подлежит наказанию (либо словесному – угроза, либо физическому).
          – Власть эксперта – основана на большой компетентности родителей в том или ином деле (социальная или профессиональная компетентность).
          – Власть авторитета – в ее основе лежит уважение одного из родителей, который является образцом – носителем социально одобряемого поведения.
          – Власть закона – единственная форма внеличностной власти, однако носителем и истолкователем «закона» – правил поведения – для ребенка являются взрослые, и в частности родители.
          Соглашаясь с исследователями А. Янковой, Е. Ачиловой и О. Лосевой, нужно добавить, что доминирование одного из супругов является необходимым условием устойчивости семьи, хотя не меньшее значение может иметь удовлетворенность браком при условии паритетных отношений и совместности проведения досуга.
          Одним из важнейших параметров, входящих в модель современной семьи, является ответственность. В отечественной психологии понятие ответственности анализировалось Н.А. Минкиной. Она заключает, что в настоящее время направления развития ответственности можно представить как несколько векторов, один из которых идет от объективной к субъективной, а другой – от внешней к внутренней, осознанной. С ними связан и третий вектор понятия ответственности – не только за поведение, но и за помыслы. В. Энгельгардт указывает, что ответственность по своей направленности может иметь позитивную и негативную направленность. Внешняя ответственность, ориентированная на общество, в случае позитивной направленности означает причастность, участие, состязание. В случае же негативной направленности выступает в форме дискриминации, насилия. Наряду с внешней существует внутренняя ответственность, т.е. ориентированная на себя. Позитивная внутренняя ответственность означает самовыражение: готовность самостоятельно действовать, осуществлять свободный выбор и принимать обдуманные решения, направленные на активное преобразование окружающего мира и развитие нравственных качеств личности, отвечать за их последствия не только перед обществом, но и, прежде всего, перед своей совестью. Негативная внутренняя ответственность выступает в форме саморазрушения и деструкции.
          Если человек не принимает ответственности, то возникает чувство самоотчуждения, из которого человек спасается бегством в социальную идентификацию при неприятии ответственности. Если она успешна, то возникает самоидентификация. Если же социальная идентификация неуспешна, она порождает социальное отчуждение, из которого есть два выхода: опять бежать или изменить свой социальный статус или свои личностные ценности. Если же человек с самого начала принимает ответственность, то через тождественность самотрансценденции и творческую социальную идентификацию он приходит к подлинному единству с самим собой и с другими.
          Понимание ответственности чаще связано с ее поведенческими проявлениями. Полагают, что степень личной ответственности тем выше, чем более выражено чувство определенной возможности контролировать совершение действия и его исход.
          К. Муздыбаев, например, говорит о социальной ответственности, имея в виду склонность личности придерживаться в своем поведении общепринятых в данном обществе социальных норм, исполнять ролевые обязанности и ее готовность дать отчет за свои действия. Отчужденность от социальных норм и неумение найти смысл жизни ослабляют социальную ответственность.
          Принять ответственность можно за отношения в группе, а также за ее деятельность (цель, результат и процесс). Ответственность за групповые отношения подразделяется на:
          1) ответственность за групповые нормы (как результат прошлых взаимодействий),
          2) ответственность за стремление к изменению норм, традиций, отношений (будущее),
          3) ответственность за реальное состояние группы (настоящее). Личность может нести ответственность за себя, за отдельных членов группы, за референтную группу (часть группы, к которой принадлежит, и за группу в целом).
          Е.Д. Дорофеев выдвигает трехмерную модель групповой ответственности:
          1) время (прошлое, настоящее, будущее),
          2) характеристики (деятельностные, отношенческие),
          3) субъект (за себя, за отдельных других, за группу).
          В.Н. Дружинин предлагает дополнить эту модель еще одним параметром: перед кем несет ответственность личность (перед собой, перед отдельными другими, перед группой в целом, перед обществом в целом).
          Тот или иной член семьи может нести ответственность за других членов семьи (например, жену, или мужа, или детей) и за семью в целом. Роль лидера, главы семьи предполагает именно ответственность за семью в целом: ее настоящее, прошлое, будущее, деятельность и поведение членов семьи, перед собой и семьей, перед общиной (ближайшим социальным окружением) и той частью мира людей (общества), к которому принадлежит семья. Это всегда ответственность за других, и не просто отдельных близких людей, а за социальную группу как целое.
          Под аффилиацией (контактом, общением) подразумевается, прежде всего, определенный класс социальных взаимодействий, имеющих повседневный и в то же время фундаментальный характер. Содержание их заключается в общении с другими людьми (в том числе с людьми незнакомыми или малознакомыми) и такое его поддержание, которое приносит удовлетворение, увлекает и обогащает обе стороны.
          Потребность в аффилиации – это потребность «заводить дружбу и испытывать привязанность. Радоваться другим и жить вместе с ними. Сотрудничать и общаться. Любить. Присоединяться к группам» (Мюррей). Хотя при этом мотивация может быть не только положительной (надежда на установление хороших отношений), но и отрицательной (страх отвержения).
          Аффилиация противоположна власти – любовь толкает человека на поступки, которые он хочет совершить, а страх власти (мотивация подчинения) принуждает к таким действиям, которые человек не совершал бы по своей воле. Поэтому аффк-лиативная мотивация почти всегда выступает компенсатором мотивации «власти-подчинения»: нигде так много не говорится о любви к ближнему, как в православном богословии, а между тем именно в православной догматике отношение «власть-подчинение» имеет особое значение.
          Следует отметить, что в реальности личностные переживания психологической близости – отношения векторные, поскольку аффилиативная мотивация определяет направленность поведения: ребенок может стремиться к матери, а мать быть отчужденной от него. Психологическая эмоциональная близость является «результирующей» направленностей двух членов семьи, но за этой результирующей могут скрываться куда более сложные эмоциональные отношения.
          Между тремя видами отношений, характеризующими психологическую модель семьи, существуют определенные связи.
          Доминирование предполагает ответственность за тех, кто подчиняется, а ответственность – власть над людьми для реализации ответственных задач.
          Психологическая близость обычно отрицательно коррелирует с отношением «до-минирования-подчинения»: чем больше власть одного человека над другим, тем меньше между ними психологическая близость, поскольку власть – это принуждение.
          Таким образом, психологические модели элементарной семьи можно разделить по следующим основаниям (В.Н. Дружинин): кто несет ответственность за семью: отец или мать (или достигший дееспособного возраста ребенок)?
          «Нормальной» семьей считают семью, где ответственность несет муж (отец). «Аномальной» семьей назовем такую семью, где муж не несет ответственности за нее. Если ответственность не несет никто – это «псевдосемья».
          Кто доминирует в семье? В патриархальной семье доминирует отец. В матриархальной семье доминирует мать. В так называемой «детоцентрической» семье реально (психологически!) доминирует ребенок, его потребности или капризы. В эгалитарной семье властные функции распределены, но их распределение – постоянная почва для конфликта (отсюда возникновение «теории конфликта» для описания современной семьи), можно назвать ее конфликтной семьей.
          Иерархия доминирования включает трех членов семьи, поэтому важно не только определить, кто доминирует, но и саму иерархию «власти-подчинения».
          На первый взгляд, теоретически в полной элементарной нуклеарной семье существует всего лишь 6 типов иерархии (в порядке доминирования): 1) «отец – мать – ребенок», 2) «отец – ребенок – мать», 3) «мать – отец – ребенок», 4) «мать – ребенок – отец», 5) «ребенок – отец – мать», 6) «ребенок – мать – отец».
          Можно предположить, что максимально стабильной является семья, в которой субъект ответственности и власти одно и то же лицо, а члены семьи психологически ближе к нему, чем друг к другу. К этому типу наиболее близка «идеальная» католическая семья, что, разумеется, не делает ее идеальной в эмоционально-оценочном смысле этого слова.
          Эмоциональная близость-отдаленность также характеризует отношения в тройке «отец – мать – ребенок»: ребенок может быть «ближе» к матери, чем к отцу, и, наоборот, родители могут быть ближе друг к другу, чем к ребенку, все могут быть равно близки друг другу и т. д.
          В расширенной нуклеарной семье существует иерархия отношений среди детей, а также включение отдельных детей в иерархические отношения с матерью и отцом и т.д. Многообразие жизни простой теоретической схемой не опишешь, но некоторые проблемы она все же помогает прояснить.
          Кроме того, в конкретной культуре может придаваться различная значимость отношениям «власти-подчинения», эмоциональной близости, ответственности. Это проявляется в различном «весе» тех или иных отношений в структуре семьи и также существенно обогащает, видоизменяет ту или иную модель. Исследователи полагают, что для индустриальной эпохи более свойственен эгалитарный вариант семьи, обуславливающий не только латентный конфликт, но и распад семейной структуры. Это позволяет американским социологам говорить о крахе семьи и рождении нового варианта человеческих отношений, не имеющих ничего общего не только с традиционной семьей, но и семьей как таковой. Согласиться с таким взглядом весьма трудно, однако в США за последние 30 лет уровень разводов вырос почти в 15 раз и является самым высоким в мире.
          Типичную советскую семью, полагает В. Н. Дружинин, можно рассматривать как вариант модели аномальной языческой семьи с рудиментами православной модели. В такой семье мужчина и женщина борются за доминирование. Победа достается более сильному – не столько физически, сколько психически. Существуют противостояния поколений, подавление детей и борьба детей с властью родителей. Аномальность этой семьи в том, что мужчина не несет ответственности за семью в целом.
          Доминирование работающей матери в семье приводит к тому, что дети хуже усваивают ценности, нормы и мораль общества. Дети матерей-одиночек испытывают большие проблемы в социальной адаптации, выборе брачного партнера и воспитании собственных детей. (И все же исследования американских психологов показывают, что несовершеннолетние преступники реже выходят из семей родителей-одиночек, чаще из семей с двумя конфликтующими родителями).
          Как отмечает Б. И. Кочубей, в настоящее время роль мужчины во многих семьях сведена если не к нулю, то к минимуму. С одной стороны, он утратил прежний авторитет, с другой – лишившись патриархальной высоты и недоступности, он сплошь и рядом не стал ближе к детям. Не так уж мало семей, где отец – просто «чужой среди своих». Сегодня не вызывают удивления высказывания подростков, например, такого плана: «Мужчина – это не то что женщина, он гораздо меньше работает, но гораздо больше ест».
          По данным социологических исследований, проведенных в конце 80-х годов, роль отца в воспитании детей была сведена к своеобразному минимуму. Отцы в 1,5 раза реже, чем матери, контролировали учебу детей в школе, в 1,5-4 раза реже, чем матери, обсуждали с детьми учебные дела, книги, взаимоотношения с товарищами, моду, телепередачи, планы на будущее, выбор профессии, особенности характера детей и пр. Соответственно на вопрос: «Кто является для тебя наибольшим авторитетом?» – лишь 5-9% школьников 8-10-х классов Вильнюса, Москвы и Баку ответили, что отец, и 17-19% назвали мать. С матерью были более откровенны, чем с отцом, как мальчики, так и девочки. Она чаще становилась образцом для подражания. На нее хотели быть похожими 28% вильнюсских, 26,5% московских и 19, 4% бакинских школьников, а на отца, соответственно, 10,6%, 8,8%, и 8,9% («Отец в современной семье». Вильнюс, 1988).
          По данным эмпирических исследований середины 90-х годов, отцы сегодня имеют неплохой шанс изменить ситуацию в свою пользу. Во-первых, большинство подростков опрошенных семей (свыше 90%) утверждают, что отец зарабатывает больше, чем мать, хотя мать доминирует в семье и домашнем хозяйстве. Декларируя, что в семье «главой» является отец, они указывают, что реально в семье распоряжается мать. У отца нет реальной власти. Он уважаем детьми, хотя с ним они имеют меньший эмоциональный контакт: большинство детей утверждают, что мама их любит больше, чем папа, и при конфликтах в семье дети принимают сторону матери. Во-вторых, папы чаще играют с детьми, участвуют в семейных развлечениях, учат их постоять за себя, заступаются за детей.
          Обобщая отличительные черты современных моделей семьи, отечественный социолог А.И. Антонов отмечает ряд существенных перемен.
          1. Произошел перевес личных выгод индивида и экономической деятельности как таковой над ценностями родства, отделение родства от социально-экономической деятельности. С нашей точки зрения, для российской семьи характерна некоторая специфика, связанная с тем, что имеет место не перевес экономических потребностей индивида над ценностями родства, а их сплав, взаимопроникновение, что наблюдается во всех сферах социально-экономической деятельности: политике, экономике, науке, даже криминале – с созданием фирм, подразделений в интересах семьи (часто в ущерб и за счет государственных), открытие счетов, фондов в пользу родственников, организация премий, форм обучения «своим» и пр. В связи с этим и уместно вывести обсуждение от перевеса ценностей к их смешению, когда родственное и общегосударственное сливаются воедино и выступают как экономическая самостоятельность и максимизация выгоды.
          2. Современной модели семьи характерно разделение дома и работы. Произошло распространение потребительского типа семьи, где общесемейная деятельность дополняется потреблением товаров и услуг внесемейных учреждений за счет зарплаты, добываемой членами семьи за порогом дома. Однако в силу социокультурного разделения семейных обязанностей женщины, участвующие в производительном внесемейном труде, продолжают вести домашнее хозяйство – так называемая «двойная нагрузка» современной женщины. Переход от социального к се-мейно-бытовому самообслуживанию вызвал трансформацию мужских и женских ролей в семье.
          Развитие западной семьи пошло двумя путями: а) феминистским путем борьбы за равноправное распределение семейных функций между мужем и женой; б) путем «рационализации и индустриализации» ведения домашнего хозяйства (использование бытовых приборов и разнообразной домашней техники, массовый переход на услуги прачечных, химчисток, введение в домашнюю пищу полуфабрикатов и т.д.). Развитие российской семьи отличается некоей двойственностью: с одной стороны, стремление к «справедливому» разделению труда между мужем и женой при низком уровне «технологизации» домашнего труда (малое количество бытовой техники и ее невысокое качество), с другой – желание жить «по-господски» (дворянский вариант семейных отношений), с продолжительными беседами за столом, изысканностью вещей, свободным досугом и т.д.) в сочетании с «крестьянским бытом» (6-метровая кухня, коммунальные квартиры, ручная стирка, уборка без вспомогательных средств и пр.) либо проживание как бы в «дворянском гнезде», но явно не с дворянскими нравами и манерами.
          Очень своеобразным является для российской женщины решение проблемы выравнивания семейных функций в сфере семейно-бытового самообслуживания. В прежней семье у мужчины и женщины семейных обязанностей было предостаточно. К настоящему времени объективно в городской семье, а частично и сельской, мужчина имеет меньшую нагрузку. Субъективно она вообще может стать минимальной. (Один молодой мужчина признался в беседе, что у него есть всего две семейные обязанности, которые он регулярно старается выполнять: «вовремя приходить домой и никогда не отказываться от того, что приготовила жена».) Приложение женского труда в семье по-прежнему остается объемным. «Выравнивание по-русски» происходит за счет повсеместного распространения «от Москвы до самых до окраин» такого явления, как дача. Возможностей для приложения мужской силы там объективно больше. Однако заканчивается это, как правило, не «двойной», а «тройной» нагрузкой женщины: дом – работа – дача. Вместе с тем психологически наблюдается большее умиротворение и удовлетворенность.
          3. Произошло размежевание дома и внесемейного мира, первичности семьи и обезличенности отношений во внешнем окружении.
          4. Современной семье свойственна социальная и географическая мобильность, связанная с самостоятельным и независимым профессиональным и личностным самоопределением детей без наследования социального статуса и профессиональной специализации родителей. Многие северные российские города (Н. Уренгой, Нижневартовск, Ноябрьск, Нефтеюганск, Когалым, Мирный, Нерюнгри и др.) построены, освоены и обжиты молодыми людьми.
          5. Система «семьецентризма» с ориентацией на материальные блага, ценностями долга, семейной ответственности, рождения и воспитания детей, заботы о старости родителей, доминированием авторитета родителей и родственников уступает место системе «эгоцентризма» с ценностями индивидуализма, независимости, личных достижений, усилением ощущения сильного «Я».
          6. Происходит переход от централизованной расширенной семейно-родственной системы к децентрализованным нуклеарным семьям, в которых супружеские узы становятся выше родовых-родственных.
          7. Развод по инициативе мужа (прежде всего в связи с бездетностью брака) вытесняется разводом, вызванным межличностной несовместимостью супругов («не сошлись характерами», «отсутствие взаимопонимания», «испытали разочарование друг в друге»).
          8. Происходит переход от «закрытой» к «открытой» системе выбора супруга на основе межличностной избирательности молодыми людьми друг друга (хотя и при сохранении имущественных интересов и системы наследования, закрепляемых брачным конктрактом).
          9. На смену культуре бездетности с жестким табу на применение контрацепции приходит культура индивидуального вмешательства в репродуктивный цикл, т.е. предупреждение и прерывание беременности.
          10. Нормы, связанные с феноменом многодетности семьи, исторически изживают себя. В XX веке происходит спонтанное сокращение количества детей в семье, учащаются разводы, реже заключаются браки.
          Вместе с тем, по мнению В.Н. Дружинина, в постсоветской России модель семьи имеет шанс измениться. На смену семье, где всю ответственность несет на себе мать (она же доминирует в семье, и она же имеет более близкие эмоциональные контакты с детьми), а отец «выброшен» за борт семейных отношений, может прийти иная семейная структура, в которой доминирующая роль остается за матерью, следующая по значимости принадлежит отцу, а дети – в подчинении. За благополучие, социальную защиту семьи отвечает отец. Дети эмоционально ближе к матери, чем к отцу. Разумеется, такая структура также не лишена противоречий (взять хотя бы отношения доминирования-ответственности) как в плане супружеских, так и в плане детско-родительских отношений.
          ПСИХОЛОГИЧЕСКИ БЛАГОПОЛУЧНАЯ И НЕБЛАГОПОЛУЧНАЯ СОВРЕМЕННАЯ СЕМЬЯ
          Нельзя понять и оценить состояние и перспективы семьи, игнорируя кардинальные перемены, происходящие с этим социальным институтом на протяжении всего XX века (эмансипация детей от родителей, переход от закрытой к открыто

Психология семейных отношений. Курс лекций (2 3 4 5 6 7)