Поиск   Шрифт   Реклама [x]   @  

Психология / Медицинская психология / Медицинская психология


Глава 4 ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ. ВОЛЯ. ПСИХОМОТОРИКА

Предисловие (Глава 1 Глава 2 (2-2) Глава 3 Глава 4 Глава 5 Глава 6 Глава 7 Глава 8 Глава 9 Глава 10)

          1. ИСТОРИЧЕСКИЕ СВЕДЕНИЯ

          Решающее значение для правильного исследования проблемы воли и
          произвольной деятельности имеет определение таких философских кате-
          горий, как <необходимость> и <свобода воли>, а также выяснение их
          взаимоотношений. Особая острота борьбы взглядов философов различ-
          ных направлений по этим вопросам связана с тем, что они представля-
          ются весьма важными при решении многих проблем и затрагивают
          область права, государства, воспитания, обучения и др.

          Среди философов и психологов уже давно имеет хождение теория
          волюнтаризма (В. Вундт, В. Дильтей, Т. Лиллс и др.), противопоставившая
          <свободу воли> рационализму (признание примата рассудка во всей психи-
          ческой деятельности). С точки зрения волюнтаризма, воля рассматривается
          вообще в отрыве от всего, как нечто, не поддающееся закону причинности.
          Тем самым подчеркивается принцип индетерминизма, при котором свобода
          заключается в полной независимости воли человека от объективного мира.
          Необходимость рассматривается как продукт сознания человека.

          С точки зрения других философских взглядов, под необходимостью
          понимаются законы природы, свойства предметов и явлений объектив-
          ной действительности. Отражая ее, человек познает сущность биологи-
          ческих и экономических законов, познает необходимость, вытекающую
          из них. Чем шире процесс познания, тем глубже человек проникает в
          смысл внутренних связей между объектами материального мира, тем он
          становится свободнее в своих действиях. Свобода человека определяется
          глубиной познания им необходимости.

          Следовательно, необходимость природы есть первичное, а воля и
          сознание человека – вторичное. Являясь планомерными и преднамерен-
          ными, наши действия причинно обусловлены, т.е. детерминированы (от
          лат. determine – определять) событиями и явлениями, происходящими
          во внешнем мире.

          Свобода воли при этом отнюдь не отрицается. Но понимается она как
          возможность, способность принимать решения со знанием дела и осмыс-
          ленно руководить своими действиями, предвидя их последствия. Идея де-
          терминизма, устанавливая необходимость человеческих поступков, нимало
          не уничтожает ни разума, ни совести человека, ни оценки его действий.

          102

          Подобные философские представления особенно характерны для нашей
          страны, они находят естественнонаучное обоснование в трудах И.М. Се-
          ченова и И.П. Павлова об отражательной деятельности головного мозга,
          о рефлекторной природе связей между организмом и внешним миром,
          об опосредованном восприятии и осмыслении объектов действитель-
          ности.

          Еще одно направление, характерное преимущественно для зарубеж-
          ной науки, представлено бихевиоризмом (от англ. behaviour – поведение,
          манеры). Основатель этого направления американский психолог Э. Торн-
          дайк (1874-1949) предпринял в конце XIX века ряд исследований с целью
          выяснения отношения между <стимулом> и реакцией организма. Изуча-
          лась главным образом быстрота реакций животных в случаях приобрете-
          ния новых навыков. Вывод о том, что все дело тут заключается в
          ассоциациях между зрительными, осязательными актами и следующими
          за ними действиями, был безоговорочно перенесен на человека. Пред-
          ставители бихевиорального направления в психологии проводят очень
          тесные параллели между поведением животных и человека, полагая, что
          человеческая психика, в частности произвольная деятельность, сводится
          к автоматическим <реакциям> на соответствующие стимулы.

          В последнее время изучение воли идет по двум направлениям: моти-
          вационный и регуляционный подходы.

          2. ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ И ДЕЙСТВИЯ

          Сознание не останавливается на констатации тех или иных предметов,
          явлений и осмысления их связей между собой и эмоциональной оценке
          степени их полезности или бесполезности, удовлетворения или неудовле-
          творения ими потребностей человека как организма и личности. Наоборот,
          чем больше человек узнает об окружающем его мире и о собственном
          организме, чем шире его понятия, глубже суждения и умозаключения и
          эмоциональная оценка окружающего мира, тем с большей необходимостью
          встает задача преобразования им объектов реальности, совершенствования
          своих собственных качеств. При этом преобразование будет проходить до
          тех пор, пока предметы и явления не будут отвечать потребностям, интересам
          и идеалам человека, т.е. его социальным, эстетическим, моральным, интел-
          лектуальным и иным запросам.

          Сознание человека не только отражает объективный мир, но и творит
          его; если мир не удовлетворяет человека, то человек своими действиями
          решает изменить его. В психологии проблема активности сознания рас-
          сматривается как проблема воли, произвольной деятельности. Это имеет
          огромное значение и для различных медико-психологических вопросов.
          Под деятельностью человека понимается все многообразие его дейст-
          вий, направленных к определенным жизненным целям. Деятельность со-
          стоит из действий и операций. Действия – это система движений,

          направленных на предмет и преследующих определеную цель. Действия,
          направленные на людей, называются поступком (проступком). Опера-
          ции – способ выполнения действия, они не осознаются. Деятельность
          может быть предметной и познавательной.

          Существует аппарат контроля (акцептор действия), который сличает
          результаты реального действия с поставленной целью. Основными вида-
          ми деятельности являются: игра, учение и труд.

          Действие – это элемент деятельности, определяемый простейшей
          целью, не раздожимой на более простые. Хотя действия могут быть не
          только двигательные, но и умственные (мыслительные, мнестические),
          произвольная деятельность, как это показал И.М. Сеченов, наиболее
          связана с двигательными действиями. Отдельные моторные аеты сочета-
          ются друг с другом. Единство их и составляет сущность произвольной
          деятельности.

          Важнейшим внешним проявлением отражения человеком окружаю-
          щей его реальности являются его двигательные реакции. Именно посред-
          ством движений, действий осуществляется воздействие человека на
          предметы и явления материального мира как активный процесс взаимо-
          действия с ним.

          Следует выделять инстинктивные и приобретенные движения. Ин-
          стинктивные движения – это единственная форма непроизвольных
          моторных актов, тогда как все другие действия относятся к произволь-
          ным, даже если они в дальнейшем и автоматизировались (например,
          ходьба, письмо, завязывание узлов и др.).

          Простые инстинктивные движения присущи и взрослым людям (напри-
          мер, быстрое отдергивание руки от проводника с электрическим током), но
          в основном они свойственны детям раннего возраста. В этом периоде жизни
          налицо лишь инстинктивное неосознанное стремление; волевой акт, хотя
          бы в его примитивной форме, пока невозможен. Поэтому ребенок не в
          состоянии руководить даже простейшими движениями. Затем из хаотичес-
          кой массы движений у него начинают выделяться более целесообразные, в
          основе которых всегда лежит внешнее чувственное раздражение. Эти заучен-
          ные движения, теперь уже получающие название действий, преследуют цели
          удовлетворения определенных потребностей.

          С течением времени действия становятся все более и более сознатель-
          ными. Это уже настоящие волевые действия, хотя в ранней стадии их
          становления отдельные этапы волевого акта выражены и неодинаково.
          Чаще в это время можно проследить лишь <побуждение – принятие
          решения – выполнение решения>, ибо в этой стадии развития ребенку
          почти не приходится принимать специальных волевых усилий для пре-
          одоления препятствий.

          По мере накопления некоторого опыта, появления новых запросов и
          интересов, новых потребностей волевые действия усложняются. С боль-
          шей четкостью теперь выступают отдельные основные этапы волевого

          104

          процесса, включая борьбу мотивов, выбор средств, рассмотрение пла-
          на действий и т.д. Усложняющиеся условия существования организма
          требуют постоянного адекватного реагирования, что выражается то в
          задержке движений, то в их усилении, замене одних движений другими
          и т.п.

          В зрелом возрасте возможны и инстинктивные движения, однако
          основным элементом произвольной деятельности будет волевое действие,
          направленное к сознательно поставленной цели и сопровождающееся
          сосредоточением на нем внимания. Некоторые исследователи, анализи-
          руя волевые действия, разделяют их на сложные и простые.

          Сложное волевое действие – наиболее совершенная форма деятель-
          ности человека, требующая очень большого участия в нем мышления и
          внимания.

          Простое волевое действие отличается от сложного тем, что оно требует
          не специального осмысления, но постоянного внимания при его выпал-
          нении, ибо образовалось оно в силу частого повторения сложного, т.е. в
          свое время достаточно обдуманного и прошедшего все этапы волевого
          акта. Простое волевое действие по своей структуре ничем не отличается
          от сложного – его <прародителя>, ибо уход <из сферы сознания> не
          означает <уход из коры>.

          По мере дальнейшего повторения простого волевого действия оно
          становится настолько привычным, обычным, что для его осуществления
          не требуется не только осмысления, но даже и специального активного
          внимания. Это значит, что оно автоматизируется, становится легким, бы-
          стрым, а следовательно, более продуктивным. В процессе превращения
          сложного волевого действия в простое и в еще большей степени при
          трансформации простого в автоматизированное основное значение имеет
          степень заинтересованности человека при выполнении того или иного вида
          деятельности, т.е. соответствие работы, труда особенностям личности.

          Таким образом формируются навыки и умения. Навыки могут быть
          (учебные, производственные, спортивные и т.д.) двигательными, сенсор-
          ными, умственными; они могут сочетаться между собой. Навыки облег-
          чают деятельность, но могут сделать ее шаблонной, поэтому они должны
          быть гибкими. Формирование навыка проходит три этапа: аналитичес-
          кий, синтетический и автоматизации. В одних случаях навыки могут
          способствовать образованию новых (перенос навыка), в других – тормо-
          зить их развитие (интерференция навыков). При снижении деятельности
          и тем более при ее прекращении происходит деавтоматизация навыка.
          При эмоциональном возбуждении может отмечаться временная деав-
          томатизация навыка. Поэтому небезразлично, например, в каком эмо-
          циональном состоянии оперирует хирург. Умениями называются элемен-
          ты деятельности, которые позволяют делать что-либо с высоким качест-
          вом. Умения включают автоматически выполняемые части (навыки),
          но в целом являются частью деятельности, контролируемой сознанием

          105

          (во всяком случае – в конечной цели и в основных промежуточных
          пунктах).

          Действия и поступки, которые совершаются автоматически, могут
          стать привычными. Привычки фиксируют потребность делать что-либо
          определенным образом. Привычки могут быть нравственными, трудо-
          выми, умственными, культурного поведения, санитарно-гигиеническими
          и т.д. Физиологической основой привычки являются сформировавшиеся
          функционально-динамические системы.

          Разумеется, не все волевые двигательные акты человека проходят
          ступени сложного, простого и автоматизированного. Степень автомати-
          зации и упрощения сложных волевых действий зависит от профессии,
          специальной тренировки и т.п., определяется главным образом функци-
          ональными возможностями нервной системы человека и находится в
          тесной связи с условиями воспитания и жизни индивидуума, его потреб-
          ностями.

          Следовательно, на раннем этапе (у новорожденного ребенка) движе-
          ния только инстинктивные, дуга рефлекса замыкается в подкорке. С
          появлением первых волевых действий в них принимает участие кора.
          Замыкание рефлекторной дуги совершается в полушариях коры. Условия
          жизни усложняются, совершенствуется работа сигнальных систем, фор-
          мируется двигательный анализатор. Роль коры в осуществлении волевых
          действий становится еще более важной: регуляция деятельности первой
          сигнальной системы (торможение или усиление ее работы), опосре-
          дование раздражений, их синтез и анализ – разум выступает на первый
          план.

          Работы Н.И. Красногорского показали, что двигательная клетка спо-
          собна образовывать временные связи с любыми клетками и системами
          головного мозга. Таким образом, постепенно формирующийся двигатель-
          ный анализатор служит местом образования условно-рефлекторных дуг,
          так же, как и место синтеза и анализа для импульсов от внешних и
          внутренних двигательных аппаратов.

          Возникающие в двигательном анализаторе временные связи в даль-
          нейшем закрепляются и становятся для взрослого человека уже как бы
          готовыми, <непременными>. Благодаря концентрации возбудительного
          процесса и отрицательной индукции со временем вырабатываются опре-
          деленные функциональные системы – нейродинамические стереотипы.
          Они начинают образовываться у человека с самого раннего детства – и
          в процессе деятельности, сначала непроизвольной, а потом произволь-
          ной, и путем воздействия через слово (специальное обучение; чтение
          научной и художествнной литературы, беседы и разговоры; посещение
          кино, театров и пр.). Мало-помалу вырабатываются соответствующие
          нормы поведения, то или иное отношение к людям, предметам, образам
          и явлениям. Соответственно появляется бесчисленное множество дина-
          мических стереотипов (<привычные занятия>, <привычный образ жизни>

          106

          и т.п.), каждый из которых имеет в основе взаимодействие основных
          нервных процессов в сферах первой и второй сигнальных систем.

          Эта специфическая сочетанная деятельность возбудительного и тор-
          мозного процессов – следствие частого повторения одних и тех же
          раздражителей – внешних или внутренних, следовавших когда-то в
          определенном порядке друг за другом. Теперь уже достаточно одного из
          них, чтобы вся система была приведена в действие.

          Таким образом, произвольная деятельность взрослого человека –
          результат всей суммарной аналитико-синтетической работы коры голов-
          ного мозга, основными условиями которой являются взаимодействие
          сигнальных систем и функция участка коры больших полушарий, обла-
          дающего оптимальной возбудимостью. Иными словами, <тончайшее
          уравновешивание> организма, его приспособление к условиям окружаю-
          щей среды на протяжении всей нашей жизни обеспечиваются основными
          процессами корковой деятельности – возбуждением и торможением в
          разнообразных формах их взаимодействия.

          3. ЭТАПЫ ВОЛЕВОГО ПРОЦЕССА

          Воля – это сознательная, целенаправленная психическая активность,
          связанная с преодолением препятствий (объективных или субъективных).
          Как и в случае внимания, при рассмотрении воли более целесообразно
          говорить о волевом компоненте каждого психического акта, чем специ-
          ально выделять изолированный волевой процесс. Это обстоятельство еще
          раз подчеркивает единство нашей психики, расчленять которую на изо-
          лированные психические процессы можо лишь условно, и то для чисто
          практических целей, например для преподавания, подробного изучения
          отдельных качеств и свойств психической деятельности.

          Воля возникла и развивалась в труде, в процессе воздействия на
          окружающую среду и не сразу приобрела те развитые формы, которые
          мы наблюдаем и изучаем у современного человека. Неудовлетворенная
          элементарная потребность первобытного человека вызывала стремление
          к ее удовлетворению. Подобное простейшее психическое явление –
          влечение – можно рассматривать как начало формирования воли. К
          влечениям следует отнести психические импульсы, которые возникают
          на базе инстинктов – пищевого, оборонительного, полового и др.

          Влечение представляет собой филогенетически более старую функ-
          цию. Влечения, в основе которых лежит инстинктивная деятельность,
          носят чисто биологический характер, однако они присущи и современ-
          ному человеку. Эти естественные потребности являются продуктом об-
          щественно-исторического развития и отличаются от потребностей
          высших животных содержанием и способами удовлетворения.

          Когда влечение достаточно оформлено в сознании, выяснены пути и
          способы его удовлетворения, тогда оно носит название желания. В

          107

          процессе исторического развития человеческой личности водя, наконец,
          выступила как вполне определившееся качество психики, как сознатель-
          но направленная на преодоление препятствий активность.

          В сложном волевом процессе или в единичном волевом действии
          можно выделить несколько основных этапов. Во-первых, возникновение
          побуждения, стремления к достижению определенной цели. Как уже было
          сказано, побуждения детерминированы объективной необходимостью с
          учетом коррекции ее разумом человека. Тут же совершается и оценка
          возникающего побуждения с точки зрения его осуществимости вообще.
          Потом появляется осознание ряда возможностей достижения этой цели
          и сразу же за этим – мотивы, подкрепляющие или опровергающие эти
          возможности. Мотивом деятельности называется то, что, являясь отра-
          жением окружающей действительности, побуждает деятельность челове-
          ка и направляет ее на удовлетворение определенных потребностей.

          Далее начинается борьба мотивов. Ситуация, потребовавшая от чело-
          века овладения своим поведением, заставляет приложить соответствую-
          щие волевые усилия для ее осмысления. Рассмотрев все <за> и <против>,
          взвесив различные мотивы, учтя конкретную обстановку, человек оста-
          навливается, наконец, на данном побуждении и, окончательно убедив-
          шись в значительности его последствий для общества или для
          собственной личности, принимает решение.

          Следует добавить, что у здорового человека чаще всего только те
          желания могут переходить в действия, которые не только реальны, но и
          достигли большой степени напряженности.

          Волевое действие заканчивается (как показано на схеме) осуществле-
          нием принятого решения. Интенсивное волевое усилие при этом имеет
          место на всём протяжении соответствующего двигательного акта, обычно
          направленного на преодоление препятствий.

          Схема этапов волевого действия

          ЦЕЛЬ и стремление достичь ее –>

          Осознание ряда возможностей достичь цели –>

          Появление мотивов, подкрепляющих
          или опровергающих эти возможности –>

          Борьба мотивов и выбор –>

          Принятие одной из возможностей в качестве решения –>

          Осуществление принятого решения

          108

          Продолжительность каждого из перечисленных этапов в разных слу-
          чаях далеко не одинакова. В зависимости от особенностей личности
          человека и объективных причин на каждом из этапов возможна задержка
          на более или менее продолжительное время. Четких переходов между
          указанными фазами сложного волевого процесса, естественно, не суще-
          ствует.

          Для того чтобы побуждение обратилось в действие, человек должен
          обладать некоторыми определенными качествами. Прежде всего требует-
          ся целеустремленность, т.е. способность сделать окончательный выбор,
          без колебаний остановиться на чем-нибудь вполне конкретном. Особен-
          но пагубной бывает нерешительность на границе между этапами борьбы
          мотивов и осуществлением принятого решения.

          Второе немаловажное качество – это инициатива. Необходима она и
          в момент возникновения стремления, но особенно важна при выполне-
          нии принятого решения. Эффективности проведения в жизнь задуман-
          ного наряду с инициативностью способствует настойчивость в действиях,
          в соблюдении их последовательности. Среди других качеств следует
          отметить самостоятельность в решениях и поступках, выдержку, самооб-
          ладание в моменты неожиданных осложнений и определенную долю
          самокритичности. Последнее качество необходимо уже хотя бы потому,
          что в некоторых случаях возникает потребность пересмотреть свои дей-
          ствия, подвергнуть оценке свои чувства, вовремя заметить собственные
          ошибки.

          Волевые качества особенно необходимы людям, деятельность которых
          или связана с опасностями, или предполагает такие неожиданности, что
          учесть их невозможно даже при самом тщательном предварительном
          обдумывании. Последнее безусловно относится ко многим медицинским
          специальностям и прежде всего к специальностям хирургического про-
          филя (нейрохирургия, полостная хирургия, хирургия стоматологическая
          и др.).

          4. УТОМЛЕНИЕ И УСТАЛОСТЬ

          Выше уже указывалось, что в скорости и прочности образования
          динамического стереотипа большую роль играет заинтересованность че-
          ловека в выполняемой работе, вообще всякой деятельности. Однако
          чувственный компонент в произвольном двигательном акте имеет и
          другое значение – как фактор, непосредственно отражающийся на
          степени усталости человека.

          Усталость – это переживание человеком утомления (истощение сил
          работающего). Степени проявления усталости и утомления не всегда
          совпадают. Известно, что неинтересная, скучная, не отвечающая склон-
          ностям человека работа быстро утомляет и вызывает усталость. Наоборот,
          положительные эмоции значительно отдаляют период, когда появляется

          109

          усталость. Утомление, конечно, наступает, однако до поры до времени
          не ощущается субъективно.

          Объясняется это тем, что в случае возникновения положительных эмо-
          ций возбудительный процесс захватывает широкую область подкорковых
          образований. Подкорковые центры тонизируют кору, повышая ее работо-
          способность. При этом имеют значение преимущественно два фактора."
          <восходящие активирующие влияния> ретикулярной формации, которым,
          возможно, и принадлежит основная тонизирующая роль в межцентральных
          отношениях нейронов, и соответствующее эмоциональному тонусу возбуж-
          дение высших подкорковых центров, приводящее к значительному преоб-
          ладанию тонуса симпатического отдела вегетативной нервной системы и
          повышенному выделению адреналина. Адаптационно-трофическое влияние
          вегетативной нервной системы сказывается в дальнейшем на том, что
          работоспособность человека повышается.

          Предполагается, что сущность сдвигов, которые ведут к повышению
          работоспособности корковых клеток, состоит в усилении восстанови-
          тельных процессов. Кроме того, в силу их значительного перевеса процесс
          торможения появляется несвоевременно – охранительное торможение
          наступает со значительным опозданием.

          Эти данные врач, медицинский психолог, работающий в здравоохра-
          нении педагог должны иметь в виду, когда им приходится иметь дело с
          астенизированными пациентами. Заинтересовывая их беседой, предо-
          ставляя им возможность излишне подробно рассказывать о различных
          обстоятельствах, можно нередко видеть эмоциональный подъем с после-
          дующей слабостью, падением сердечной деятельности и др. С другой
          стороны, нужно быть всегда осторожным в советах по трудоустройству в
          смысле возможного перенапряжения нервной системы при выполнении
          работы, сильно увлекающей человека, особенно больного. В равной
          степени в рекомендациях вредна и излишняя осторожность, сковываю-
          щая деятельность больного.

          В этом отношении интересны данные Б. Нильсена (1947), который
          наблюдал несколько случаев, когда интенсивная работа со значительным
          эмоциональным напряжением приводила к возникновению резкой мы-
          шечной слабости вплоть до парезов конечностей, к снижению веса тела
          и др. При этом Нильсен не мог отметить каких-либо иных как сомати-
          ческих, так и неврологических расстройств у своих больных.

          5. НАРУШЕНИЯ ВОЛИ

          Из волевых расстройств наиболее часто встречается гипобулия (от греч.
          hypo – под, ниже, bule – воля) – понижение волевой активности. Такие
          больные малоподвижны; стремлений к деятельности у них почти не
          возникает. Начав что-либо делать, они быстро прекращают работу не

          110

          потому, что наступает усталость, а в связи с отсутствием желания про-
          должать свое занятие. Движения их обычно вялые, небольшой амплиту-
          ды. Описывая свое состояние, больной может сообщить: <Вижу – надо
          делать, умом понимаю, но не в состоянии ни к чему притронуться>.
          Гипобулия обычно сопровождает астении, депрессии, хронический алко-
          голизм, многие соматические страдания и иногда является одним из
          первых признаков наступающей болезни. Как временное явление, гипо-
          булия может встречаться и у здоровых людей (например, в момент
          пробуждения).

          Реже встречаются проявления гипербулии – патологического повыше-
          ния волевой активности. Иногда волевые усилия устремлены в каком-
          либо одном направлении (например, для скорейшего приобретения
          наркотиков при абстиненции). В других случаях гипербулия проявляется
          более <диффузно> (например, при маниакальном синдроме).

          Абулия – отсутствие волевых побуждений и стремлений – сочетается
          с апатией (апатико-абулический синдром).

          В весьма редких случаях можно встретиться с наиболее интересным с
          клинической точки зрения явлением – парабулией – извращением воли
          и влечений, которые проявляются в довольно странных, а иногда и
          нелепых поступках. Парабулия. как и другие расстройства воли, может
          проявляться в разных сферах нервной и психической деятельности:
          парорексия (больные поедают песок, бумагу, пьют клей, чернила), сексу-
          альные перверсии, пиромания (патологическое влечение к поджогам), клеп-
          томания (патологическое влечение к воровству), дромомания (патологи-
          ческое влечение к бесцельному странствованию, бродяжничеству), суи-
          цидомания и другие извращения инстинкта самосохранения.

          Например, к дежурному врачу был доставлен больной. Обследованию
          он подчинился пассивно, к факту госпитализации был безразличен.
          После осмотра сел и с тупым выражением лица стал усиленно растирать
          мизинец левой кисти. Затем внезапным движением больной вдруг всунул
          палец в рот и перекусил кость концевой фаланги. На вопрос врача, зачем
          он это сделал, ответил спокойным голосом, без какой-либо эмоциональ-
          ной окраски <пришла мысль – и откусил>. Тут же больной был направлен
          к хирургу. И в то время, пока хирург мыл руки и готовился к обработке
          раны, больной откусил концевую фалангу на другом пальце, сохраняя
          полное спокойствие и прежний невозмутимый вид.

          Врачи-гинекологи могут иметь дело с так называемой <пикой бере-
          менных> (от лат. pica – сорока, которая часто держит в клюве несъедоб-
          ные предметы). В данном случае имеет место извращение пищевого ин-
          стинкта, которое объясняется разнообразными глубокими сдвигами обме-
          на веществ в организме будущей матери. Женщины едят мел, яичную
          скорлупу, клей, древесный уголь и др., нюхают бензин и т.п. Особых
          мероприятий пика беременных не требует и исчезает самостоятельно, чаще
          после родов.

          Ill

          6. ПСИХОМОТОРИКА

          Термин психомоторика в патопсихологии и психиатрии характеризует
          центральные регуляторные механизмы двигательных реакций, а также их
          индивидуальные и личностные особенности.

          Все движения человека осуществляются и регулируются при самом
          непосредственном участии различных отделов центральной нервной систе-
          мы, где каждый из этих отделов играет свою определенную роль. Наиболее
          простые двигательные рефлексы человека (например, кожные и сухожиль-
          ные) связаны с деятельностью нижних отделов центральной нервной сис-
          темы – спинного, продолговатого и среднего мозга. Более сложные
          рефлексы регулируются мозжечком и контролируемыми им вестибулярным
          аппаратом и соответствующими отделами среднего мозга (рефлексы позы и
          стояния). Дальнейший синтез различных видов чувствительности в единое
          целое происходит на уровне промежуточного мозга и подкорковых ядер.

          Однако сложные двигательные действия возникают только при уча-
          стии высокоорганизованных отделов коры головного мозга, особенно
          лобных долей больших полушарий. При этом действия приобретают
          смысловое содержание и становятся целенаправленными.

          Каждое действие или движение человека регулируется определенными
          звеньями сложной функциональной двигательной системы. В основе ее
          современной концепции лежат положения учения И.П. Павлова о дви-
          гательном анализаторе, состоящем из локализованных и рассеянных
          образований как в коре головного мозга, так и в подкорковых структурах,
          причем все эти элементы двигательного анализатора постоянно динами-
          чески взаимодействуют между собой и с другими отделами центральной
          нервной системы.

          Значительный вклад в дальнейшее развитие учения о психомоторике
          внес А.Р. Лурия. Он показал роль отдельных областей мозговой коры в
          осуществлении двигательных актов. Так, постцентральные (чувствитель-
          ные) зоны коры головного мозга обеспечивают кинестетическую, пропри-
          оцептивную афференгацию двигательного акта, правильную адресацию
          двигательных импульсов к мышечной периферии. Нижнетеменные участ-
          ки коры и теменно-затылочные области управляют пространственной
          организацией движений. Премоторные отделы коры регулируют времен-
          ную серийную организацию движений и действий. Лобные отделы коры
          головного мозга обеспечивают высшую регуляцию двигательных актов –
          сличение реального движения с исходной двигательной задачей, словес-
          ную регуляцию движений, приспособительную целесообразность дейст-
          вий.

          В последующем Н.А. Бернштейном была подробно разработана тео-
          рия уровневой организации движений, позволяющая разложить сложный
          двигательный акт на отдельные компоненты, а также выявить состояние
          мозговых уровней, их роль в регуляции движений и действий.

          112

          Выделенным им мозговым уровням организации движений НА Берн-
          штейн дал условные обозначения по первым буквам латинского алфавита
          (А, В, С, D, Е). Каждый уровень построения движений характеризуется
          морфологической локализацией, ведущей афферентацией, специфичес-
          кими свойствами движений, основной и фоновой ролью в двигательных
          актах вышележащих уровней, патологическими синдромами и дисфунк-
          цией.

          Филогенетически наиболее ранний руброспинальный уровень регуля-
          ции движений (уровень А). Он обеспечивает непроизвольную бессозна-
          тельную регуляцию тонуса мускулатуры тела с помощью проприоцепции.
          Деятельность этого уровня наиболее наглядно проявляется, например, в
          таких движениях, как дрожь от холода, стучание зубами, вздрагивание.
          Движения этого уровня наиболее часто являются не самостоятельными,
          а фоновыми. Руброспинальный уровень регуляции движений начинает
          функционировать уже с первых недель жизни ребенка. При патологии в
          деятельности руброспинального уровня регуляции движений наблюдают-
          ся различные дистонии, гило– или гипердинамические расстройства.

          Талямопаллидарный уровень регуляции движений (уровень В) начи-
          нает функционировать у ребенка со второго полугодия жизни. Этот
          уровень обеспечивает согласование, внутреннюю увязку составных частей
          целостного большого движения, синергию движений и функционирова-
          ние двигательных штампов. Ведущей афферентацией талямопаллидарно-
          го уровня является суставно-угловая проприорецепция собственного
          тела. Деятельность уровня В охватывает выра
зительные движения, мими-
          ку, пантомимику, пластику. Движения, управляемые этим уровнем, авто-
          матичны, машинообразны и не могут точно измеряться. При патологии
          в деятельности уровня В возникают различные диссинергии и асинергии,
          гипер– и гиподинамические расстройства. Афферентная недостаточность
          этого уровня ведет к ослаблению выразительности движений, мимики,
          пластичности, обеднению интонации голоса.

          Во втором полугодии жизни ребенка начинает функционировать и
          третий уровень регуляции движений – пирамидно-стриальный (уро-
          вень С). Сенсорная коррекция этого уровня обеспечивает согласование
          двигательного акта с внешним пространством при ведущей роли зритель-
          ной афферентации. Уровень С обеспечивает целевой характер движений.
          Такие движения своевременны, точны и могут быть измерены. Пирамид-
          но-стриальный уровень подразделяется на два подуровня – С1 (осущест-
          вляет оценку направления движений и дозирования силы по ходу
          движения) и С2 (обеспечивает максимальную целевую точность). При
          патологии в деятельности пирамидно-стриального уровня организации
          движений возникают параличи и парезы, нарушения координации (дис-
          таксии и атаксии).

          Кортикальный (теменно-премоторный, предметный) уровень органи-
          зации движений – уровень D – обусловливает возникновение первых

          113

          осмысленных действий. Проприоцепция играет на этом уровне подчи-
          ненную роль, а ведущая афференгация не связана с рецепторными
          образованиями, а опирается на смысловую строну действия с предметом.
          Пространственное поле, в котором организуются движения, приобретает
          новые топологические категории (верх, низ, между, под, над, прежде,
          потом). Виды движений и действий этого уровня крайне разнообразны:
          самообслуживание в широком смысле, все предметные, трудовые и
          производственные действия, спортивные игры. Движения кортикального
          уровня связаны с четким осознанием правой и левой сторон тела. При
          патологии в деятельности кортикального уровня (поражении или недо-
          развитии) нарушается смысловая организация и реализация движений
          (диспраксия и апраксия). Страдают высшие корковые автоматизмы.
          Утрачивается возможность выработки новых навыков.

          Понимание чужой и собственной речи, письменное и устное выраже-
          ние своих мыслей связаны с деятельностью уровня Е. Действия этого
          уровня основываются на образном мышлении (музыкальное, хореогра-
          фическое исполнение).

          Следовательно, любой двигательный акт есть сложное многоуровне-
          вое построение, возглавляемое ведущим уровнем (смысловой структурой)
          и рядом фоновых уровней (технические компоненты движений).

          7. МИМИКА

          Мимикой называют координированные движения мышц лица, отра-
          жающие разнообразные психические состояния. Мимика является важ-
          нейшей составной частью психомоторики, уже с прошлого века выступая
          как один из важных факторов познания личности, как своеобразная
          <методика выражения> (В. Вундт).

          Анатомо-физиологические механизмы мимики заложены в коре боль-
          ших полушарий головного мозга и в подкорковых образованиях, поэтому
          любые патологические процессы в этих структурах неизбежно приводят
          к тем или иным мимическим расстройствам. Наибольшее значение для
          реализации мимических движений имеют лобная, пирамидная и экстра-
          пирамидная системы головного мозга. Непосредственным исполнителем
          мимических движений является лицевая мускулатура. Определенное
          (второстепенное) значение в формировании мимической деятельности
          имеют и другие мягкие ткани лица – кожа, подкожная клетчатка,
          соединительно-тканные структуры и др.

          Отчетливость мимических движений определяется пирамидной си-
          стемой, соразмерность – обусловлена комплексными сочетаниями моз-
          жечковой системы с вестибулярными и сенсорными механизмами.
          Статическая (во время покоя) и динамическая (в процессе деятельности)
          координация мимики в большой степени зависит от состояния экстра-
          пирамидной системы. Двигательная активность мимических образова-

          114

          ний определяется сочетанием качественного состояния лобной и экстрапи-
          рамидной систем.

          Большое значение для правильной оценки состояния мимики и
          диагностики возможных ее нарушений имеет учет возраста пациента, так
          как возрастные физиологические особенности в значительной степени
          могут модифицировать проявление мимических нарушений.

          У новорожденного отсутствует дифференцированная моторика, в его
          двигательных функциях господствуют автоматизмы. В силу этого мими-
          ческая деятельность новорожденного стоит на низкой ступени развития,
          мимические выражения у него сглаженные, однотонные. Однако доста-
          точно быстро происходит обогащение мимики, и уже двухмесячный
          ребенок дает более или менее выраженные мимические реакции. В
          возрасте пяти месяцев появляются характерные мимические признаки
          неудовольствия – опускание углов рта. К возрасту 1-2 лет имеются в
          основном сформированные выразительные движения лица. В дальней-
          шем происходит их координация и дифференциация. В период инволю-
          ции отмечается увядание моторных функций и мимической деятельности.
          Выделяют следующие нарушения мимической деятельности:
          гипермимия – усиление и оживление мимики, активная мимическая
          игра. Наиболеее часто наблюдается при маниакальных состояниях, но
          может встречаться также при шизофрении, прогрессивном параличе вне
          какой-либо связи с усилением аффекта;

          гипомимия – снижение мимической активности. Мимика обеднена,
          монотонна. Гипомимия может быть связана как с поражением централь-
          ных регуляторных механизмов психики, так и с нарушением иннервации
          лицевых мышц. Наиболее часто гипомимия встречается при шизофре-
          нии, маниакально-депрессивном психозе, прогрессивном параличе, в
          рамках различных депрессивных состояний;

          мимический инфантилизм – недоразвитие мимики. Основным прояв-
          лением его служит несоразмерность мимических движений, их обеднен-
          ность (вплоть до полной аммимм – отсутствия мимической активности).
          Мимический инфантилизм обычно наблюдается при состояниях психи-
          ческого недоразвития;

          маскообразность лица – своеобразное <застывание> того или иного
          мимического выражения на более или менее длительный срок (что
          принципиально отличает это состояние от амимии, при которой отсут-
          ствует какое-либо вообще мимическое выражение). Маскообразность
          лица представляет собой один из признаков длительной хронической
          болезни. Е. Блеулер придавал ей даже прогностическое значение;

          гемомимия – потеря одной стороной лица способности к мимической
          деятельности при аффективных переживаниях, способность же к другим
          произвольным движениям в этой части лица остается;

          парамимии – состояния, при которых мимическая деятельность ста-
          новится неадекватной психическим переживаниям;

          115

          эхомимия – нарушение нормального протекания мимической деятель-
          ности с наличием в ней подражательных моментов. Чаще всего эхомимия
          встречается в клинике шизофрении и умственной отсталости.

          Между указанными формами мимических расстройств существует
          целый ряд переходных состояний, пограничных вариантов.

          8. НАРУШЕНИЯ ПСИХОМОТОРИКИ

          Гипокинезия – понижение моторной активности. Гипокинезия наблю-
          дается при неврологических (например, органические парезы, гипокине-
          зия вследствие болей при движениях) и при психических (экстатическое
          состояние, оглушение) заболеваниях.

          Акинезия – полное отсутствие движений – также нередкий симптом
          в клинике нервных болезней (органические параличи, контрактуры) и в
          психиатрической клинике (различные виды ступора, истерический му-
          тизм, спастическая кривошея).

          Паракинезии – ненужные, бессмысленные, часто стереотипные дви-
          жения, внешне весьма сходные с сознательными произвольными двига-
          тельными актами (например, перебирание пальцами, сжимание их в
          кулак, поглаживание, поколачивание).

          Гиперкинезия – большая группа расстройств самого различного проис-
          хождения. Сюда относятся и непроизвольные лишние движения (тремор,
          фибриллярные подергивания, судорожные припадки) и патологические
          автоматизированные движения (например, тики), а также приступы истери-
          ческих судорог, двигательная активность при маниакальном, кататоничес-
          ком и других видах возбуждения.

          Таким образом, значительная часть расстройств в моторной сфере
          имеет прямую связь с волевыми расстройствами. Синдромов, в которых
          сочетаются патологические нарушения воли и движений, описано много.
          Разумеется, что при различных двигательно-волевых синдромах почти
          всегда имеются нарушения и в других сферах психической деятельности.
          Различают синдромы возбуждения и синдромы торможения.
          К синдромам возбуждения относится кататоническое возбуждение,
          имеющее множество различных симптомов и несколько разновидностей.
          Характерной чертой кататонических расстройств вообще, а кататоничес-
          кого возбуждения в частности, является преобладание парабулических
          включений. Тут и ритмичное покачивание туловища, и беспрерывное
          зажмуривание, и открывание глаз (двигательные стереотипии), и нелепые
          гримасы, когда выражение глаз не согласуется с выражением рта, осталь-
          ной части лица (парамимия), и стремление повторять слова, копировать
          мимику и движения окружающих (эхолалия, эхомимия, эхопраксия), и
          несоответствие речи и движений, настроения и высказываний, выраже-
          ния лица и настроения и т.п. Для кататонического возбуждения харак-
          терны внезапные приступы стремительного и ничем не объяснимого

          116

          неистовства (импульсивное возбуждение – иногда молчаливое) или немо-
          тивированные поступки в сочетании с неадекватными колебаниями
          настроения – от восторженно-экзальтированного до тревожно-растерян-
          ного с непоследовательной речью, разорванным мышлением (растерян-
          но-патетическое возбуждение).

          К проявлению парабулии можно отнести также и своеобразное воз-
          буждение, напоминающее поведение расшалившегося подростка (гебе-
          френическое возбуждение): нелепая дурашливость и передразнивание,
          неестественные, вычурные позы, бессодержательная шутливость и посто-
          янная подвижность, живая мимика с несимметричными гримасами. При
          этом больные крайне неряшливы и неопрятны, рвут белье, мажутся
          остатками пищи и пр.

          Больная П., 30 лет, инженер. Поступила в клинику для лечения по поводу
          обострения шизофрении. Поведение в отделении: дурашлива, кувырка-
          ется в постели, прыгает по койкам, рвет на себе белье и сбрасывает его
          стела, гиперсексуальна. Внезапно подбегает к сидящей на постели боль-
          ной, садится на корточки, приставляет к носу растопыренные пальцы,
          гримасничает и начинает дразнить.

          Таким образом, отличительной чертой кататонического возбуждения
          является стремление больных к движениям – хаотичным и бессмыслен-
          ным, не преследующим какой-либо определенной цели и не имеющим
          внешней психологической проекции.

          Другая разновидность возбуждения – психомоторное. При нем име-
          ется стремление к действиям, сознательно намеченным и преследующим
          определенную цель; действиям и поступкам, не всегда своевременным и
          логичным, зато всегда вполне объяснимым. При психомоторном возбуж-
          дении имеет место примерно одинаковая активация во всех сферах
          психической деятельности. Психомоторное возбуждение наблюдается
          при различных нозологических формах, особенности которых и накла-
          дывают соответствующий отпечаток в каждом конкретном случае.

          Примером психомоторного возбуждения может служить маниакаль-
          ный синдром.

          Другой вид психомоторного возбуждения – эпилептиформное возбуж-
          дение, при котором резкое двигательное беспокойство со стремлением к
          общественно опасным и разрушительным действиям носит характер
          <защиты-нападения> и прогс^ает на фоне помраченного сознания. Как
          форма моторного беспокойства, так и сменяющиеся аффекты гнева,
          страха, растерянность неразрывно связаны с соответствующими бредо-
          выми и галлюцинаторными переживаниями больного (сложные устра-
          шающие галлюцинации, бред преследования, физического уничто-
          жения). Длительность эпилептиформного возбуждения – несколько
          часов, дней.

          Истериформное возбуждение является всегда психогенно обусловлен-
          ным. Картина возбуждения складывается из страстных поз, неожиданных

          117

          и невероятных изгибаний тела, хаотического разбрасывания конечно-
          стей, резких поворотов головы и корпуса тела. С лица не исчезает грима-
          са страдания, <невыносимой муки>. Больные стучат кулаками по твердым
          предметам, разбивают посуду, рвут на себе одежду, выкрикивают отдель-
          ные слова и слоги. Истериформное возбуждение отражает психотравми-
          рующую ситуацию и при соответствующем умелом медико-психологи-
          ческом вмешательстве может быть мгновенно прекращено. Исключение
          составляют случаи с помрачением сознания, при которых в картине
          возбуждения ситуационные моменты выступают особенно рельефно.

          Психопатическое возбуждение также обусловлено какой-либо, обычно
          весьма незначительной, внешней причиной и имеет определеную направ-
          ленность. Больные внезапно становятся напряженными и злобными,
          бьют и ломают без разбору все попадающие в поле зрения предметы.
          Выкрикивают бранные слова, угрожают расправой, набрасываются с
          кулаками на тех, кто вывел их из состояния равновесия и наносят им
          тяжелые побои, жертвой которых может стать даже <подвернувшийся под
          руку> ребенок. Остановить возбужденную психопатическую личность
          удается только с применением физической силы. Сознание при психо-
          патическом возбуждении не помрачается, последующей амнезии не бы-
          вает.

          Состояния психического и моторного торможения могут выражаться
          в различных формах ступора (субступора). Как и возбуждение, ступор –
          следствие многих причин, результат одновременного комбинированного
          поражения нескольких сфер психической деятельности, прежде всего
          волевой и двигательной.

          Депрессивный ступор представляет из себя выраженную форму депрес-
          сивного синдрома. Возникает депрессивный ступор как правило посте-
          пенно. Больной целыми днями сидит или лежит в неподвижной позе. На
          глазах слезы, лицо печальное (при очень сильной тоске слез не бывает).
          Контакт с больным невозможен. Принимать пищу больной отказывается.
          Какие-либо проявления парабулии при депрессивном ступоре отсутству-
          ют (за исключением стремления к самоубийству), сознание не наруша-
          ется. Физиологические отправления совершаются не в постели.

          Кататонический ступор возникает вне явной связи с определенными
          причинами. Характерна полная обездвиженность: в положении лежа или
          сидя (<поза эмбриона>), реже – стоя, обычно в неудобной позе (напри-
          мер, с наклоненной головой и поднятой вверх рукой, с натянутым на
          голову халатом, рубашкой – симптом <капюшона> Останкова). Совер-
          шенно отсутствуют реакции на окружающее, равно как и на происходя-
          щее с самим больным (неопрятность экскрементами, пролежни и др.).
          Речь – спонтанная и ответная – отсутствует, контакт с больным невоз-
          можен ни в какой форме. От еды больные отказываются. В ряде случаев
          наблюдается пассивный негативизм (больной не выполняет инструкции)
          или активный (при соответствующих просьбах больной поступает наобо-

          рот, например, при просьбе сделать шаг вперед – шагает назад). Иногда
          повышается мышечный тонус, что обнаруживается как при попытке
          произвести пассивное движение (например, согнуть руку, посадить боль-
          ного), так и спонтанно: <воздушная>, <психическая> подушка, симптом
          хоботка.

          Другая форма изменения тонуса мышц – восковая гибкость (каталеп-
          сия). При flexibilitas cerea приданная больному, отдельной части его тела
          поза, даже неудобная, сохраняется в течение неопределенно длительного
          времени. Нелепость и психологическая непонятность симптомов при
          кататоническом ступоре особенно ясно проступает в картине субступора,
          когда к обычной симптоматике добавляются элементы кататонического
          возбуждения (эхосимптомы, парамимия, периодические стереотипии,
          вычурность движений: например, больной берет еду, стоящую справа,
          левой рукой, протягивая ее за спиной). Сознание при кататоническом
          ступоре может быть не нарушенным, либо помраченным по типу оней-
          роидного. Длительность кататонического ступора – несколько недель,
          месяцев, лет.

          Галлюцинаторный ступор – заторможенность, доходящая до оцепене-
          ния (стоя, лежа), связанная с наплывом галлюцинаторно-иллюзорных,
          парейдолических образов. Поза больного соответствует виду и характеру
          нарушений восприятия либо отражает переживания (страх, удивление,
          умиление, скорбь и др.). Галлюцинаторный ступор – состояние кратко-
          временное, склонное к повторению, и помрачением сознания обычно не
          сопровождается.

          Эпилептический ступор – редкий симптом при эпилепсии (эпилепти-
          формных состояниях). Развивается внезапно на фоне помраченного
          сознания. Поза – чаще экстатическая, взгляд больного неподвижен,
          мимика бедная (иногда выражение лица соответствует переживаниям).
          Реакции на внешние раздражители отсутствуют. Длительность ступора –
          несколько часов, дней. Если ступорозный синдром возникает у глубоко
          дементного больного, то он по клинической картине напоминает апати-
          ческий ступор (выраженная степень апатико-абулического синдрома) и
          длится несколько лет (до конца жизни).

          Психогенный ступор (эмоциональный, аффективный) развивается у
          здоровых до сего времени людей в момент неожиданного действия
          чрезвычайно сильного раздражителя. Сразу возникает полная неподвиж-
          ность: больной застывает в позе, в которой его застала катастрофа. Речь
          отсутствует, налицо бурные явления расстройства вегетативной нервной
          системы. Сознание при психогенном ступоре бывает помрачено. Дли-
          тельность – несколько часов, дней (реже); исчезновение психического
          расстройства внезапное.

          От психогенного ступора следует отличать своеобразный синдром,
          описанный (самонаблюдение) Бельцем во время землетрясения в Япо-
          нии – эмоциональный паралич Бельца. Протекает он без помрачения

          119

          сознания и захватывает исключительно сферу чувств: больной совершает
          все необходимые действия, понимает речь и жесты окружающих, однако
          сам не проявляет абсолютно никаких чувств. Выход из эмоционального
          паралича более или менее постепенный, амнезии не бывает.

          Истерический ступор (псевдокататонический) возникает у больных ис-
          терическим неврозом, при истерической психопатии (психопатизации), но
          МОЖЕТ явиться первым проявлением будущего невроза. Истерический ступор
          развивается в момент действия психотравмирующего фактора, часто не
          соответствующего по силе подобному эффекту. Больной медленно падает,
          не ушибается, после чего развивается полная неподвижность (иногда с
          чертами пуэрилизма, псевдодементности, застыванием в вычурных позах –
          обычно в присутствии посторонних лиц). Лицо больного неподвижно, с
          выражением печали, <напряженной> тоски, на глазах навертываются слезы.
          Сопровождающий ступор мутизм не всегда полный: в некоторых случаях
          удается получить лаконичные (<необходимые>) ответы.

          Сознание при истерическом ступоре помраченным не бывает (за
          редкими исключениями), парабулических явлений не наблюдается. Не-
          характерны для истерического ступора энурез и энкопрез. Однако при
          соответствующих установках больного, особено если он ранее наблюдал
          эпилептический припадок с упомянутыми осложнениями, энурез и эн-
          копрез могут иметь место.

          Истерический ступор – проявление пассивно-оборонительной реак-
          ции слабой нервной системы в трудных для нее условиях, требующих
          напряжения, в обстановке, угрожающей благополучию больного. По
          ликвидации подобной обстановки ступор прекращается, не оставляя
          после себя никаких последствий.

          Ступор метэнцефалитический (В.А. Гиляровский) к ступору в собст-
          венном смысле слова отношения не имеет, так как в основе его лежит
          органическое поражение коры и подкорки, в частности – стриопалли-
          дарной системы (например, в хронической стадии эпидемического энце-
          фалита). Полная или почти полная обездвиженность сочетается при
          метэнцефалитическом ступоре с маскообразностью и сальностью лица и
          другими свойственными паркинсонизму чертами. Сознание ясное. С
          больным возможен контакт (речевой, письменный, жестами). В редких
          случаях при метэнцефалитическом ступоре наблюдаются кратковремен-
          ные периоды парадоксальной подвижности (kinesia paradoxa): спонтанно
          или под влиянием внешних раздражителей, преимущественно эмоцио-
          генного характера «(музыка, литературные произведения, кино). Удовле-
          творительного объяснения kinesia paradoxa до сих пор не имеет.

          Нарушения психомоторной активности имеют большое значение при
          самых различных психических расстройствах.

          А.Л. Абашев-Константиновский считает, что психомоторные рас-
          стройства специфичны для шизофрении, являясь фактором клинической
          аргументации при этом заболевании и выступая как показатель клини-

          120

          ко-психопатологических закономерностей болезненного процесса. Со-
          временные клинико-экспериментальные исследования обнаруживают у
          больных шизофренией нарушения гармоничности движений, продуктив-
          ной затраты сил и времени, чрезмерное напряжение антагонистов, дви-
          жения толчками, рывками, вычурность и манерность движений, вне-
          запное торможение и утрату естественности, диссоциацию в протекании
          двигательных актов, обусловленную отсуствием внутреннего единства
          выразительных движений.

          Большое своеобразие имеют расстройства психомоторики у умственно
          отсталых детей. Картина двигательных нарушений больных олигофренией
          сложна, мозаична и очень своеобразна. В зависимости от поражения (недо-
          развития) отдельных мозговых структур выделяют моторную дебильность
          Г. Дюпре, характеризующуюся недоразвитием пирамидных систем мозга и
          проявляющуюся в изменении мышечного тонуса во время движений (пара-
          тонии), усилении сухожильных рефлексов, синкинезиях, неловкости воле-
          вых движений; двигательный инфантилизм А. Гомбургера, в основе
          которого лежит задержка угасания некоторых рефлексов, свойственных
          периоду раннего детства, позднее развитие сидения, ходьбы, бега, наличие
          сопутствующих атетоидных дижений в руках и ногах; экстрапирамидную
          недостаточность К. Якоба с резким ослаблением, обедненностью мимики
          и жестов, защитных и автоматических движений, их ритмичности; фрон-
          тальную недостаточность М. Гуревича с малой способностью выработки
          двигательных формул, обилием движений при их непродуктивности и
          бесцельности, плохим активным вниманием, недоразвитием речи при отно-
          сительно хорошем ее понимании; мозжечковую недостаточность А. Вал-
          лона с асинергиями, расстройствами статики, гипотонией мышц, неточно-
          стью движений (дисметрией). Выделение отдельных разновидностей нару-
          шений психомоторики при умственной недостаточности имеет большое
          практическое значение в плане выбора оптимального лечебно-коррекцион-
          ного подхода к пациентам.

          Расстройства психомоторики имеют определенное диагностическое
          значение и при диагностике многих других нервно-психических рас-
          стройств в психиатрии и неврологии.

          9. МЕТОДЫ ИССЛЕДОВАНИЯ ВОЛИ И ПСИХОМОТОРИКИ

          Исследование воли и психомоторики включает прежде всего собира-
          ние анамнеза со слов больного, а также родственников и близких, что
          иногда дает много больше. Особенно пристально надо изучать анамнез в
          случае указания на сочетание гипобулии с пониженным настроением, что
          может сопровождаться мыслями о самоубийстве.

          Очень важное значение имеют осмотр и наблюдение за поведением
          пациента. Выражение лица, поза, характер двигательного беспокойства,

          121

          особенности отдельных движений (частота, ритмичность, амплитуда и
          др.) описываются очень подробно. При эхо-симптомах отмечается, какие
          слова, жесты, выражения лица повторяются, копируются больным, о чем
          впоследствии указывается в сведениях о пациенте.

          Выясняют, как больной проводит свое свободное время – помогает
          ли домашним в работе, читает ли газеты, журналы, как ест (в том числе –
          сколько съедает) и проч.

          При оценке поведения пациента особое внимание обращается на
          дифференциацию: стремление к движениям (ничем не обоснованным,
          нелепым), стремление к деятельности (имеющей определенный смысл).
          Не должно ускользать от внимания и то, что некоторые психомоторные
          расстройства иногда усиливаются или ослабевают в момент обследования
          пациента.

          Если пациент неподвижен, то после оценки его внешнего вида, вегета-
          тивных расстройств, реакции на обращенные к нему слова нужно предло-
          жить больному выполнить какое-либо движение. В большинстве случаев
          больной указанию не следует, даже при повторных просьбах. Тогда при
          объяснении, что <необходимо проверить движения в суставах> производят
          несколько пассивных двигательных актов (сгибают больному руку, ногу и
          др.). При этом обращается внимание на тонус мышц – гипертония,
          гипотония. Если имеются явления восковой гибкости, то иногда удается
          придать конечностям, голове больного различные положения, сохраняя
          каждое из них на несколько (15-20) секунд. Во время совершения пассив-
          ных движений возможна реакция больного (общая, вегетативная). В неко-
          торых случаях наличие мышечного напряжения, негативизм, особенно
          активный, могут указывать на то, что у больного, находящегося в ступоре,
          нет помрачения сознания. Если состояние ближе к субступорозному или
          наблюдается восковая гибкость, или имеются основания предположить
          наличие галлюцинаций (особенно зрительных), то следует предполагать, что
          сознание расстроено по типу онейроидного.

          В случае активного негативизма целесообразно воспользоваться при-
          емом Саарма: не получив ответа от больного, обращаются с тем же
          вопросом к другому больному (или к другому человеку). Заметив, что его
          <игнорируют>, больной внезапно начинает отвечать.

          Двигательная заторможенность при некоторых видах ступора снижа-
          ется к вечеру, ночью. Когда в комнате тихо, освещение слабое (ночное),
          такие больные встают, молча медленно ходят по комнате, могут самосто-
          ятельно принимать специально оставленную для них около постели
          пищу. В других случаях пища берется больным на кровать и больной
          начинает есть, накрывшись с головой одеялом. Если больной мутичен,
          то можно попробовать вступить в контакт с ним, пользуясь следующим
          приемом: в спокойной обстановке тихим разборчивым шепотом пациенту
          задается какой-либо простой вопрос. Если больной отвечает, задается
          еще ряд вопросов.

          122

          Использовать фазовые гипноидные состояния удается, разумеется, не
          всегда. Более верный способ расторможения больного, находящегося в
          состоянии ступора, – введение медикаментов.

          Врачом (или в его присутствии медсестрой) внутривенно медленно вво-
          дится раствор барбамила (5% – 0,5-2,0 мл) или гексенала (10% –
          0,5-1,0 мл), или этилового спирта на глюкозе (33% – 3,0-5,0 мл).
          Отмечается следующая за началом введения вегетативная реакция. Во-
          просы начинают задавать уже во время введения первых порций лекар-
          ства и продолжают в течение следующих 5-10 минут (о событиях,
          предшествовавших заболеванию, о самочувствии в настоящее время, о
          нарушениях восприятия, мышления и др). Затем срок растормаживающе-
          го действия медикамента истекает и больной перестает отвечать на
          вопросы. Поэтому их следует заранее заготовить – сформулировать,
          установить последовательность и т.п.

          Иногда применением возбуждающих средств удается вообще вывести
          пациента из состояния ступора (например, психогенного). В этих случаях
          кроме перечисленных выше вопросов, следует задать вопросы об отно-
          шении больного к своему состоянию, о восприятии окружающего во
          время ступора, о переживаниях в это время и, если возможно, собрать
          краткий анамнез болезни, жизни.

          Всегда необходимо помнить о возможности нарушений в других
          психических сферах, о суицидальных (<плохих>) мыслях и намерениях.
          Все полученные данные способствуют более правильному определению
          состояния больного. Сравнительно редкие случаи так называемых им-
          пульсивных влечений и действий подвергаются особенно тщательному
          изучению по схеме: <побуждение – желание – осознание мотивов> и т.д.
          Обычно при импульсивных явлениях этапами двигательно-волевой ак-
          тивности являются <побуждение – выполнение>.

          Для исследования психомоторики используется целый ряд специаль-
          ных экспериментальных приемов: общепризнанной клинической мето-
          дики исследования психомоторики до сих пор не существует. Отдельные
          методики изучения психомоторики позволяют получить представления о
          силе, быстроте, выносливости, ловкости, гибкости двигательных движе-
          ний, а также о целостном состоянии психомоторики.

          В течение многих лет широко распространена методика Н.И. Озе-
          рецковского, модифицированная применительно к современным усло-
          виям исследователями различных стран (Германии, США и др.). Она
          представляет собой набор отдельных тестов, позволяющих исследовать
          отдельные компоненты движений: статическую координацию, динами-
          ческую координацию, быстроту движений, синкинезии (излишние со-
          провождающие движения), одновременность движений и их силу.

          Для изучения психомоторики используют также и набор предложен-
          ных А. Р. Лурия нейропсихологических методик, позволяющих диагно-

          стировать определенную топику поражения высших отделов двигательного
          анализатора.

          Н.П. Вайзманом (1976) была предложена комплексная батарея мето-
          дик для исследования психомоторики, состоящая из 12 отдельных зада-
          ний, разработанных ранее разными авторами. Она состоит из следующих
          тестов:

          1. Тест на статическую координацию движений. Исследует функции
          статического равновесия и выявляет преимущественно участие руброс-
          пинального уровня по Н.А. Бернштейну.

          2. Тест на динамическую координацию. Определяет согласованность
          деятельности большого количества мышечных групп с удержанием рав-
          новесия. Выявляет преимущественно активность уровня синергий и
          нижнего подуровня пространственного поля по Н.А. Бернштейну.

          3. Тест на скорость движения тела. Отражает динамическую коорди-
          нацию всего тела и позволяет судить о быстроте и ловкости движений.
          Выявляет преимущественно активность уровней В и С1 по Н.А. Берн-
          штейну.

          4. Тест на ручную ловкость. Определяет быстроту манипуляции мел-
          кими предметами, ручную умелость. Выявляет деятельность предметного
          и пространственного уровня организации движений по Н.А, Бернштейну.

          5. Тест на ритмичность движений. Отражает сохранность корковой
          деятельности.

          6. Тест на одновременность движений. Характеризует корковый уро-
          вень построения движений, выявляет синкинезии.

          7. Тест на двигательную память. Отражает функционирование фрон-
          тальных отделов коры больших полушарий головного мозга уровня D.

          8. Тест на координацию движений и двигательную память. Выявляет
          функционирование уровня D по Н.А. Бернштейну.

          9. Мимический тест. Отражает корковую организацию движений.

          10. Тест на мышечную силу. Выявляет деятельность пространственного
          поля С2.

          II. Тест на статическую выносливость. Выявляет деятельность руб-
          роспинального уровня А.

          12. Тест на динамическую координацию движений. Отражает ловкость,
          двигательную маневренность. Выявляет деятельность уровня синергий В.

          По мнению авторов, указанная батарея методик позволяет успешно
          выявлять качественные нарушения психомоторики.

Предисловие (Глава 1 Глава 2 (2-2) Глава 3 Глава 4 Глава 5 Глава 6 Глава 7 Глава 8 Глава 9 Глава 10)



[Комментировать]