Поиск   Шрифт   Реклама [x]   @  

Психология / Медицинская психология / Медицинская психология


Глава 8 МЫШЛЕНИЕ И РЕЧЬ

Предисловие (Глава 1 Глава 2 (2-2) Глава 3 Глава 4 Глава 5 Глава 6 Глава 7 Глава 8 Глава 9 Глава 10)

          1. ИСТОРИЧЕСКИЕ СВЕДЕНИЯ

          Одним из первых ученых, которые подвергли вопрос о мышлении
          пристальному рассмотрению, был Аристотель. Его заслуга состоит главным
          образом в том, что он достаточно подробно проанализировал различные
          формы мышления, обосновал и вывел законы ясного, последовательно
          доказательного мышления. Многие его положения, выводы не устарели до
          сих пор, другие лежат в основе проводимых и сейчас исследований. Арис-
          тотель, однако, не раскрыл связи между процессом мышления и объектив-
          ными условиями окружающего мира. Мышление для него было одним из
          проявлений деятельности <разумной души>. Вообще, в своих работах Арис-
          тотель ограничился разработкой правил о необходимом порядке в челове-
          ческом мышлении, лишенном несогласованности и противоречий, т.е.
          исследованием законов формальной логики.

          Работы в направлении изучения мышления в дальнейшем носили
          чисто эмпирический характер, вплоть до эпохи Ренессанса, когда нако-
          нец философы вновь вернулись к взглядам материалистов древности о
          том, что психическая деятельность – следствие работы головного мозга.

          Отсутствие естественнонаучной основы при изучении процесса мыш-
          ления явилось причиной того, что в течение сравнительно большого
          периода существовало противопоставление ощущений и восприятий яв-
          лению абстрактного мышления. Если при этом имелись различные точки
          зрения, то расхождения были лишь в отношении того, которому из двух
          процессов – восприятию или мышлению – следует придавать решающее
          значение. Французские материалисты, например, учили, что основа
          познания мира лежит в ощущении, что <мыслить> – это значит <чувст-
          вовать>, так как разум якобы представляет собой <усложненные ощуще-
          ния>. Это направление получило название сенсуализма (от лат. sensus –
          ощущение). Ученые, отстаивавшие противоположную точку зрения, по-
          лагали, что, наоборот, органы чувств человека дают весьма приблизитель-
          ные представления о реальном мире. Поэтому лишь благодаря
          вмешательству своего разума мы имеем возможность познать окружаю-
          щую нас действительность. Представители рационализма (от лат. ratio –
          разум) рассматривали мышление как автономную ассоциацию представ-

          177

          лений, как чисто рациональный акт, свободные от непосредственного
          чувствования. Так, Дидро писал, что ощущения – это как бы <свидетели
          в судебном заседании, а разум, мышление – это судья, который сопо-
          ставляет показания свидетелей и выносит окончательное решение>.

          С выходом книги В. Джемса <Принципы психологии> (1890) начинает
          получать распространение прагматизм (от греч. pragma – дело), видней-
          шими представителями которого были Ф. Шиллер, Дж. Дьюи и А. Майер.
          Согласно прагматизму, наши понятия, идеи, теории не представляют
          собой в какой-то степени адекватное отражение явлений и процессов
          объективного мира. Они являются лишь орудиями, используемыми че-
          ловеком в процессе творческой познавательной деятельности и в процес-
          се применения опыта. Идеи – это всего лишь планы действия, но отнюдь
          не отражение реальной действительности. Вместе с тем наиболее истин-
          ными будут те идеи, которые максимально полезны.

          С точки зрения прагматиков мысль истинна не потому, что она –
          результат отражения материального мира, проявления законов необходи-
          мости, а единственно вследствие оценки ее как нужной и полезной для
          человека.

          2. ФИЗИОЛОГИЧЕСКИЕ МЕХАНИЗМЫ МЫШЛЕНИЯ

          Человек в своей познавательной и творческой деятельности не только
          ощущает отдельные качества объектов, воспринимает предметы и явле-
          ния окружающего его материального мира и запоминает эти восприятия,
          но и выделяет то общее в каждом из явлений, предметов,что им присуще,
          находит отличия, устанавливает между ними связи и отношения. Позна-
          вательный процесс, начавшись с простого ощущения, продолжается далее
          в форме более сложных познавательных актов – восприятия, представ-
          ления. Восприняв и сохранив воспринятое, сознательно оживив бывшие
          впечатления в виде представлений, человек с помощью мышления спо-
          собен далее, отбросив конкретные особенности реальных предметов
          (явлений) и выйдя за пределы отдельных восприятий, подняться над
          ними. Беря за основу общие свойства предметов и явлений, вскрывая
          между ними связи и отношения, мышление, таким образом, является уже
          не непосредственным отражением действительности, а опосредован-
          ным.

          Следовательно, мышление – это высшая форма отражения и позна-
          ния человеком объективной реальности, установление внутренних связей
          между предметами и явлениями окружающего мира. На основе возника-
          ющих ассоциаций между отдельными представлениями, понятиями со-
          здаются новые суждения и умозаключения.

          Выходя за рамки чувственно-наглядного, мышление расширяет гра-
          ницы нашего познания, помогает проникнуть в тот мир, который нахо-
          дится за пределами непосредственного восприятия. Иными словами,

          178

          мышление в его развернутом виде – это опосредованное отражение
          наглядно не данных отношений и зависимостей объектов реального мира.

          В процессе мышления совершается ряд сознательных операций,
          имеющих целью разрешение специально поставленных задач посредст-
          вом раскрытия объективных связей и отношений.

          В то же время процесс восприятия невозможно представить без ос-
          мысления самого предмета, образа, явления – той материи, которая дана
          нам в ощущениях. Следовательно, между обоими этапами единого по-
          знавательного процесса существует и прямая, и обратная связь.

          Исследование процесса познания возможно лишь при учете как
          объективного, так и субъективного. Ибо познавательный процесс иногда
          не ограничивается картиной отраженного, но продолжается далее в виде
          его углубленного анализа и синтеза в широком смысле этих понятий.

          Само познание есть процесс непрерывного движения от незнания к
          знанию, от знания менее полного к более полному. По мере развития
          общественно-производственной деятельности, достижений науки и тех-
          ники люди приобретают все новые и новые знания, рождаются неизвест-
          ные ранее понятия, уточняются и изменяются старые. Отражение
          действительности становится все более и более точным и глубоким.

          Как и при изучении иных психических функций, возможность под-
          линно научного исследования процесса мышления появилась с того
          времени, когда из работ И.М. Сеченова и И.П. Павлова стало ясно, что
          мысль – следствие установления рефлекторной связи между человеком
          и реальностью. Учение о высшей нервной деятельности во многом по-
          зволяет понять то, что происходит в головном мозгу мыслящего субъекта,
          а также уяснить, каким образом осуществляется взаимосвязь первых
          этапов познавательного процесса.

          Вся совокупность высшей нервной деятельности человека объясняет-
          ся согласованной работой нескольких систем головного мозга. При этом
          первой инстанцией является подкорковая область. Подкорковые системы
          вызываются к деятельности безусловными агентами из внешнего или
          внутреннего мира. Вторая инстанция – большие полушария головного
          мозга без лобных долей, а также без отделов, воспринимающих словесный
          раздражитель. Принцип работы мозга на этой инстанции: любой агент
          посредством временной (условной) связи может <подключиться> к той
          или иной безусловной реакции. Данная инстанция является носительни-
          цей непосредственных впечатлений – ощущений, восприятий и пред-
          ставлений. Это – первая сигнальная система.

          Третья инстанция работает по принципу отвлечения от конкретных
          качеств воспринятых объектов и обобщает бесчисленные сигналы, посту-
          пающие из первых двух инстанций. На уровне третьей инстанции,
          названной в свое время И.П. Павловым второй сигнальной системой,
          происходит восприятие словесных раздражителей и замена приходящих
          сюда непосредственных сигналов действительности речью. Поэтому де-

          179

          ятельность второй сигнальной системы слагается из функции лобных
          допей и трех анализаторов: речедвигательного, речеслухмого пречезритель-
          ного. Им соответствуют: построение речи и появление слов (как эквива-
          лентной формы различных сигналов), далее – слово слышится, слово
          видится, пишется. Кроме того, вторая сигнальная система регулирует
          «деятельность первой. Новые условные связи второй сигнальной системы
          могут образовываться вне зависимости от непосредственного раздражителя.
          ^Благодаря ее деятельности отражается не только прошлое и настоящее, но
          и предстоящее.

          Физиологической основой мышления является интегральная анали-
          тико-синтетическая деятельность коры больших полушарий, осущест-
          вляемая во взаимодействии сигнальных систем.

          Таким образом, проследив путь сигнала, поступившего в мозг, можно
          уяснить, каким образом раздражения внешнего мира превращаются сна-
          чала в ощущения и представления и как в дальнейшем слово, включаясь
          в восприятие конкретных объектов, помогает выделять их существенные
          свойства, относить воспринимаемое к соответствующей категории и
          благодаря этому понимать его. Так осуществляется переход от первого
          этапа познания ко второму, от элементарного ощущения к сложному
          процессу мышления, когда образуются новые связи, которых не было в
          опыте мозга.

          Физиологические основы механизмов мышления интенсивно разра-
          батываются научной шкалой Н.П. Бехтеревой.

          3. МЫСЛИТЕЛЬНЫЕ ОПЕРАЦИИ

          Из совокупности простейших мыслительных процессов слагается
          сложная мыслительная деятельность. Она, как и всякая деятельность,
          может быть расчленена на отдельные мыслительные действия. В процессе
          одного мыслительного действия решается простейшая мыслительная
          задача. Но, как ни просто одно мыслительное действие, оно в свою оче-
          редь может быть разложено на ряд этапов, которые (конечно, условно)
          представлены на схеме.

          Процесс мышления, будь то мыслительная деятельность или мысли-
          тельное действие, в своей основе имеет процессы анализа и синтеза,
          сравнения и обобщения, абстракции и конкретизации, с последующим
          переходом к образованию понятий.

          Мыслительные операции едины, парны и обратимы: сравнение и
          противопоставление, анализ и синтез, абстракция и конкретизация,
          обобщение и систематизация (классификация).

          Сначала у детей формируется сравнение и противопоставление – это
          элементарные операции, протекающие на уровне представлений. Они
          лежат в основе других мыслительных операций, а также могут определять
          целые системы наук (например – сравнительная анатомия).

          180

          Схема этапов мыслительного действия

          ЗАДАЧА –>

          Осознание вопроса (1) и Появление ассоциаций (2)
          (это два равнозначных "подэтапа") –>

          Отсев ассоциаций.
          Появление предположения –>

          Проверка предположения
          (не подтвердилось) –>

          Появление нового
          предположения –>

          Проверка
          (подтвердилось) –>

          РЕШЕНИЕ ЗАДАЧИ –>

          ДЕЙСТВИЕ.


          Сравнение – установление сходства и (или) различия между объектами
          мышления. В процессе сравнения обнаруживаются те или иные сущест-
          венные свойства предметов или явлений. Некоторые исследователи видят
          в сравнении самую существенную сторону работы мышления, ибо, рас-
          сматривая предметы с различных точек зрения, включая вещи в разно-
          образные комбинации, мы тем самым получаем возможность
          сопоставлять и сравнивать их и их отдельные качества в новых, необыч-
          ных обстоятельствах.

          Анализ – процесс <расчленения> предмета или явления на составные
          части. В основе анализа лежит наше стремление познать предмет глубже

          181

          посредством изучения каиздой его части в отдельности. Если конкретный
          анализ обычно преследует цель фактического разделения частей, то
          отвлеченный анализ – это уже стремление выявить сущность предмета
          или явления. Особенно характерна познавательная направленность ана-
          лиза у взрослого человека. Под отвлеченным анализом понимается мыс-
          ленное разобщение объекта на отдельные части. При этом безусловно
          обязательным является участие речи, внутренней или внешней.

          Как конкретный, так и отвлеченный анализ присущ человеку. Оба
          процесса совершаются в тесном взаимодействии, как бы дополняя друг
          друга. Так, врач, изучающий данные лабораторных исследований, прежде
          всего производит конкретный анализ. Однако параллельное осознание
          сущности соответствующих показателей, рассмотрение их с различных
          точек зрения – лечения, возможных осложнений и пр. – это уже
          элементы отвлеченного анализа.

          Синтез – получение единого целого из отдельных составных частей.
          Не всегда сразу можно сказать,что подлежит объединению. Таким обра-
          зом, уже хотя бы в этом видна самая тесная связь синтеза с анализом:
          прежде чем осуществить синтез чего-либо, требуется иногда предвари-
          тельно определить, что же должно быть соединено. Эти взаимоотношения
          анализа и синтеза обычно лежат в основе процесса диагностики, когда
          налицо достаточно разнородные симптомы болезни, чаще – нескольких
          болезней. Вторая черта, которая роднит обе начальные операции процес-
          са мышления, – разделение синтеза на конкретный (фактическое объ-
          единение частей) и отвлеченный. Далее, обе формы синтеза, как и в случае
          анализа, не противопоставляются, а обусловдивают одна другую. Подоб-
          но другим мыслительным операциям, анализ и синтез возникли в про-
          цессе трудовой деятельности. При этом их отвлеченным формам пред-
          шествовали конкретные. Анализ и синтез протекают целостно.

          Обобщеиме – сведение частного к общему – имеет место вслед за тем,
          как человек, проанализировав материал и путем сравнения изолировав
          отдельные детали, свойства, из числа этих последних начинает выделять то
          общее и главное, что может быть характерным для определенного круга
          предметов и явлений, составляющих материал мышления. Обобщение име-
          ет место и при самых простых мыслительных актах, а по мере развития ре-
          бенка приобретает все более и более содержательный характер, так как со
          временем начинает опираться на анализ, синтез и сравнение. Чем теснее
          связь обобщения и этих трех предварительных операций, чем меньше эм-
          пиризма, тем глубже сами обобщения.

          Абстракция – отвлечение от отдельных конкретно чувственно-образ-
          ных свойств объекта. Возможность ее возникает лишь после того, как
          человек найдет и исключит все случайное, частное и несущественное в
          предмете, явлении. Следует подчеркнуть, что в процессе абстракции (лбра-
          сывается лишь сугубо частное. Многие индивидуальные особенности ос-
          таются и играют роль в дальнейшем акте мышления.

          182

          Например, предполагая у больной возможность внутреннего кровотече-
          ния, мы при оценке анализа мочи не принимаем во внимание ее высокого
          удельного веса, что может быть связано с наличием менструаций, а
          эозинофилию склонны приписывать гельминтозу. Абстрагируясь в свя-
          зи с нашим предположением о внутреннем кровотечении от этих двух
          показателей, мы сосредоточиваем свое мышление на оценке иных про-
          явлений, как раз свойственных данной патологии. – артериальной гипо-
          тонии, похолоданию конечностей, слабому пульсу, картине анемии
          (уменьшение содержания гемоглобина, эритроцитов), учитываем оглу-
          шенность сознания больной, периодически наступающую тошноту, голо-
          вокружение и пр.

          Необходимость конхретизации появляется иногда в том случае, если
          нужно какое-либо положение показать, раскрыть на примере действи-
          тельно существующего в объективном мире предмета, явления. Конкре-
          тизации принадлежит немалая роль в познавательной деятельности
          человека, в том числе в педагогическом процессе. Применение принци-
          па конкретизации помогает связать в сознании учащихся теорию и
          практику.

          Так, рассказывая студентам об общих закономерностях развития водян-
          ки головного мозга, преподаватель подчеркивает при этом диагностичес-
          кое значение повышенного внутричерепного давления и указывает на
          возможность изменения вещества костей черепа. С целью большей на-
          глядности преподаватель демонстрирует соответствующего больного,
          его краниограмму (рентгенограмму костей черепа), данные исследования
          глазного дна.

          4. РЕЧЬ

          Все охарактеризованные выше мыслительные операции – анализ и
          синтез, сравнение и противопоставление, обобщение и систематизация,
          абстракция и конкретизация – и составляют основу всякого мышления,
          а вместе с тем и основу образования понятий, выраженных словом.

          Понятие является основным элементом мышления. Понятие – это
          отражение в сознании человека общих и существенных свойств и качеств
          предметов и явлений. Мышление, перерабатывая богатый материал чув-
          ственного восприятия, подвергая его рациональной обработке, дает зна-
          ние общего в явлении. В понятии находит свое выражение познание
          внутренней сущности данного конкретного предмета. Процесс рождения
          понятий – сложный процесс обобщения данных опыта, итогов всесто-
          роннего изучения предметов, явлений. Понятие образуется на основе
          практики людей. В понятии отражается наше знание предметов реального
          мира, знание существенных признаков, чтобы, с одной стороны, устано-
          вить связь данного объекта с тем общим, что свойственно определенной
          группе предметов и явлений, сходных с данным объектом, с другой –
          отличить наш объект от всего остального.

          183

          Формируются понятия на основе восприятий и представлений. Раз-
          ница между представлением и понятием состоит в том, что если пред-
          ставление отражает определенный предмет, то понятие отражает лишь
          общие и главные свойства однородной группы предметов.

          Понятия могут быть: общими и единичными, конкретными и аб-
          страктными, непосредственными и опосредованными, положительны-
          ми и отрицательными. Понятия характеризуются содержанием и объе-
          мом.

          Непременные свойства всех без исключения понятий – это их фор-
          мирование через язык. Без речи, слов невозможно как образование, так
          и существование понятий. В то же время, тесная связь понятий и языка
          зключается в том, что результаты познавательной деятельности человека
          способны закрепляться только в языке. Поскольку разнообразные отно-
          шения между предметами и явлениями могут быть выражены в языке
          лишь в виде понятий, не подлежит сомнению, что именно в них и
          выражается наше знание реального мира.

          Уровень научных знаний в различных областях позволяет до определен-
          ного предела проникнуть в сущность большинства явлений. Понятие всегда
          соответствует эпохе и имеет в каждом конкретном случае свою глубину и
          точность. Люди, принадлежащие к различным слоям общества, профессиям,
          возрастным группам, с неодинаковым уровнем знаний и опыта об одних и
          тех же явлениях действительности имеют в какой-то мере разные понятия.
          При общении между собой люди используют не все содержание понятия, а
          лишь некоторую часть его, известную всем членам общества (понятиям
          придается примерно одинаковое значение). Для целей общения между
          людьми этого в большинстве случаев бывает вполне достаточно.

          Язык – главнейшее средство общения между людьми, а способ,
          использования языка – это наша речь. Любая мысль, любое понятие
          могут быть выражены словом. Более того, речевые конструкции не только
          передают ту или иную мысль, но и уточняют ее для говорящего. Таким
          образом, связь мышления и языка самая тесная, хотя ее и не следует
          понимать как тождество. Ибо иногда случается, что одно и то же слово
          или несколько слов связываются в нашем представлении с разными
          понятиями. В иных случаях, наоборот, одно и то же понятие может быть
          выражено разными словами. Речь не создает мыслей, она является лишь
          средством их формирования.
          Л.С. Цветкова выделяет следующие функции речи:
          – коммуникативная функция – обеспечивает активность и направ-
          ленность процесса общения;

          – регулирующая функция – обеспечивает регулирование человеком
          своего собственного поведения, организацию и связывание других пси-
          хических процессов;

          – обобщающая функция – обеспечивает функционирование систе-
          мы средств общения.

          184

          Эти функции речи характеризуют ее как психический процесс, они
          присущи как речи, так и языку. Речь принадлежит конкретному человеку,
          а язык – народу.

          Существуют и специфические, присущие только речи, функции. К
          ним относится, в частности, эмоционально-выразительная функция, впе-
          рвые описанная С.Л. Рубинштейном. Содержание этой функции сводится
          к истолкованию выразительных компонентов речи (мимика, жесты,
          интонация и т.п.), помогающих раскрывать смысл высказываний и
          являющихся их важными компонентами. Эмоционально-выразительная
          функция речи является одной из важных предпосылок социального
          интеллекта человека (в понимании Э. Торндайка, Дж. Гилфорда). Другой
          присущей только речи функцией С.Л. Рубинштейн считал обозначающую
          функцию, т.е. функцию передачи и понимания предметного содержания.

          Различают внешнюю (устную, письменную) и внутреннюю речь. Как та,
          так и другая оказывают на мышление определенное влияние. При внутрен-
          ней речи, когда мы мыслим <про себя>, отмечаются так называемые
          идеомоторные движения мускулатуры речевых органов, хотя они и не вос-
          производят в это время звуков. Особенно важна роль языка, слова при
          образовании абстрактных понятий, т.е. понятий, которые не могут быть
          сведены к представлениям даже в самой общей форме. Например, у человека
          никогда не возникает даже отдаленных представлений в тех случаях, когда
          он слышит такие слова, как <мнение>, <диагностика>, <скорость>, <время>,
          <совесть>, <признательность> и т.п. Подобные понятия представляют собой
          конденсацию знаний, непосредственно связанных с тем кругом явлений,
          предметов, которые в них входят. Чувственные образы, создавшие абстракт-
          ное понятие, отступают далеко на задний план. И в зависимости от того,
          как далеко они отошли, понятие и будет либо более, либо менее абстрактно.
          Понятий, лишенных чувственной основы, не существует, хотя мы это и не
          всегда осознаем. Чувственной основой абстрактных понятий являются
          слова, их обозначающие.

          Значение понятий, конкретных и абстрактных, для процесса мышления
          весьма велико. Если их формирование происходит в процессе различных
          мыслительных операций – синтеза, анализа и других, то сами понятия
          являются тем <инструментом>, которым оперирует мышление. В результате
          мыслительной работы рождаются суждения, образуются умозаключения.
          Именно в том и состоит процесс мышления, чтобы образовать новые
          выводы, – в форме суждений и следующих за ними умозаключений.

          Суждение – это утверждение или отрицание чего-нибудь. В самом
          суждении как некой законченной мысли можно выделить две части:
          подлежащее, т.е. то, относительно чего в суждении что-нибудь утвержда-
          ется или отвергается, и сказуемое, т.е. словесное выражение утверждения
          или отрицания. Другими словами, сказуемое отражает наличие или
          отсутствие того или иного свойства данного предмета или явления.
          Например, <некоторые болезни излечимы> (утвердительное суждение) и

          185

          <некоторые болезни неизлечимы> (отрицательное суждение). В обоих
          случаях подлежащим будет <некоторые болезни>, сказуемым в первом
          случае <излечимы>, во втором – <неизлечимы>.

          Говоря своими суждениями <да> или <нет>, человек наряду с конста-
          тацией какого-то положения, явления, устанавливает свое отношение к
          объекту суждения. Суждение является основным актом или формой, в
          которой совершается мыслительный процесс, ибо мыслить – это прежде
          всего судить. Всякий мыслительный процесс выражается в суждении,
          формирующем его предварительный итог.

          Умазаключение рождается вследствие сравнения двух или нескольких
          суждений. Умозаключение – это вид суждения, логическое следствие
          сопоставления суждений, полученных в ходе предварительного мыслитель-
          ного процесса. Включая ряд операций, подчиненных единой цели, умозак-
          лючение заканчивает собой процесс мышления, выступая в качестве
          окончательного вывода. Следовательно, весь процесс мышления представ-
          ляет собой цепь непрерывно следующих одно за другим суждений и умо-
          заключений.

          Если в своем умозаключении человек идет от отдельных частных
          суждений к общему, то такое умозаключение носит название индуктив-
          ного (от лат. in – внутрь, duco – вести).

          Пример индуктивного умозаключения: теплый предмет, приложенный к
          коже, вызывает реакцию сосудов в виде их расширения – кожные покро-
          вы краснеют, некоторые чувства-стыд, радость и др., сопровождающие-
          ся ваготонией, приводят к тому, что лицо человека становится красным;
          введение лекарственных препаратов, таких как серно-кислая магнезия,
          никотиновая кислота, вызывая расширение кровеносных сосудов, способ-
          ствует гиперемии эпидермиса. Следовательно, причина покраснения
          кожи вообще – наличие в сосудистом русле сравнительно большого
          количества крови, что связано с расширением кровеносных сосудов.

          Индуктивному умозаключению противопоставляется дедуктивное (от
          лат. de – из). При дедуктивном методе человек, исходя из общих
          положений и применяя их в данном конкретном случае, приходит к
          частным выводам, умозаключениям.

          Пример: психотерапия показана больным неврозами: истерия есть нев-
          роз. Следовательно, при истерии показана психотерапия.

          По характеру – глубине, широте охвата, самостоятельности, степени
          соответствия истине, – данной ситуации суждений и умозаключений,
          являющихся конечными результатами процесса мышления и завершени-
          ем сложных мыслительных операций, мы имеем возможность судить об
          интеллекте человека.

          Наша мысль, выраженная в форме того или иного суждения, умозак-
          лючения, является ответом на воздействие объекта, ответом, опосредо-
          ванным сложнейшей аналитико-синтетической деятельностью головного
          мозга. Эта деятельность протекает с использованием запасов памяти:

          186

          наших знаний, прошлого опыта и навыков – <материальных ресурсов>
          процесса мышления. Однако богатый запас знаний еще не предполагает
          продуктивного мышления и не может обеспечить неизменный успех в
          деятельности человека. Ибо мыслительный процесс – это еще и много-
          образные, и многоступенчатые сложные операции, положительные каче-
          ства которых во многом зависят от навыков умственной работы, умения
          рационально подходить к различным типам мыслительных задач. Кроме
          того, первостепенное значение здесь имеют волевые функции мыслящего
          субъекта, желание и стремление приступить к той или иной мыслитель-
          ной операции, провести ее на должном уровне и закончить в соответствии
          с заранее разработанным планом. С такой точки зрения воля – это
          <энергетические ресурсы> процесса мышления. Чем выше волевая актив-
          ность человека, тем продуктивнее протекает мышление.

          Не последнюю роль в мыслительных процессах играют и чувства.
          Стенические эмоции способствуют мышлению – придают ему инициа-
          тивность, облегчают возникновение ассоциаций. Эмоции астенические,
          наоборот, способны дезорганизовать мысль и лишить ее последователь-
          ности, затруднить течение интеллектуальных процессов. Пониженное
          настроение, как правило, замедляет мышление. Важную роль играют те
          чувства, которые возникают в течение самого процесса мышления. Они
          бывают связаны с чувством уверенности, переживанием соответствия
          (или несоответствия) возникающих у нас мыслей и объективной ситуа-
          ции, в частности реакции со стороны слушателей, наблюдателей.

          Если наши чувства способны сообщить процессу мышления измене-
          ния лишь временного характера, преходящие и отражающиеся преиму-
          щественно на его форме, на внешних проявлениях, то наши жизненный
          опыт, знания, навыки придают мышлению значительно более стойкие
          качества. Развитие человеческого мышления немыслимо вне обучения,
          ибо одно из важнейших качеств нашей психики состоит в том, что она
          представляет собой продукт усвоения и последующей передачи опыта
          предшествующих поколений.

          На основе философских принципов теории познания мышление
          изучается логикой и психологией. Логика изучает закономерности мыс-
          лительной деятельности – логические формы мышления: понятия, суж-
          дения и умозаключения. Психология изучает закономерности протекания
          мыслительных процессов.

          5. ВИАЫ МЫШЛЕНИЯ

          В психологии различают в основном три вида мышления: наглядно-
          действенное (конкретно-наглядное), образное и абстрактно-логическое
          (теоретическое). Два первых вида объединяют названием практического
          мышления.

          Наглядно-действенное мышление реализуется преимущественно во
          внешних действиях, а не в словесных формах, которые вплетаются в не-

          187

          го лишь в качестве отдельных элементов. Наглядно-действенное мышле-
          ние, как правило, приковано к конкретной ситуации и в значительной
          степени опирается на деятельность первой сигнальной системы, хотя его
          связь со второй сигнальной системой несомненна. Однако ее сигналы –
          слова – здесь лишь констатируют, а не планируют. Наглядно-действен-
          ное мышление, представляя собой и филогенетически, и онтогенетически
          начальный этап логического мышления, предполагает дальнейшее разви-
          тие и переход к мышлению образному.

          Зачатки наглядно-действенного (и образного) мышления свойствен-
          ны и высшим животным.

          Вот пример наглядно-действенного мышления, взятый из опытов с обезь-
          янами. Эксперимент состоит из двух этапов. Сначала на некотором рас-
          стоянии от обезьяны кладут фрукты и между животным и фруктами
          разводят огонь. Взять лакомство, не потушив огня, невозможно. Рядом с
          обезьяной ставят пустое ведро, сбоку находится сосуд с водой, причем
          обезьяна из прошлого опыта знает, что, отвернув кран, она сможет полу-
          чить воду. Неоднократно воспроизведенная обстановка опыта приучает
          обезьяну пользоваться ведром и водой для гашения огня. Затем появля-
          ется возможность достать, наконец, приманку.
          Обстановка второго этапа эксперимента: между животным и фруктами
          разводят огонь, ведро стоит на прежнем месте, воды в банке нет, но опыт
          проводят на небольшой площадке, со всех сторон окруженной водой.
          Обезьянка неоднократно выполняет серию описанных выше действий,
          бегает по острову с пустым ведром, приходит в состояние возбуждения и
          т.п., но по причине невозможности мыслить отвлеченно не <догадывает-
          ся> зачерпнуть воду из бассейна.

          Образное мышление – это <мышление через представление>. При этой
          форме у человека (обычно это дети младшего школьного возраста) в уме
          выстроен ряд образов – последовательных этапов предстоящей деятельнос-
   
      ти. План решения мыслительной задачи выработан заранее, известно, как
          приступать к работе, что делать в дальнейшем. В построении плана решения
          задачи обязательно участвует и логика, хотя еще и не достигшая совершен-
          ства. Образное мышление имеет непосредственную связь с речью, причем
          ее грамматические формы выполняют планирующую родь.

          Абстршатю-логтескм мышление оперирует с понятиями, суждения-
          ми, символическими и иными отвлеченными категориями. Значение поня-
          тий особенно четко проступает на примере мышления глухонемых. В
          настоящее время экспериментально установдено, что глухонемые от рожде-
          ния обычно не поднимаются до уровня понятийного мышления. Они
          ограничиваются отражением преимущественно наглядно данных признаков,
          т.е. пользуются средствами наглядно-действенного мышления. Лишь при
          условии овладения речью, т.е. с того времени, когда возникают понятия и
          у глухонемых появляется возможность ими оперировать, их мышление
          становится понятийным – абстрактно-логическим.

          188

          Абстрактно-логическое мышление является наиболее глубоким и эф-
          фективным, но предполагает наличие достаточных знаний и навыков.
          Абстрактно-логическое мышление свойственно взрослому человеку и
          имеет в основе деятельность второй сигнальной системы.

          Характеризуя отдельные виды и весь процесс мышления человека в
          целом, следует подчеркнуть, что если наиболее простая форма – нагляд-
          но-действенное мышление – уступает в дальнейшем место образному, а
          оно в свою очередь – абстрактно-логическому, то каждый? из этих трех
          видов принципиально отличается от других и характеризуется своими
          собственными особенностями. Все три вида связаны генетически и с
          диалектической точки зрения представляют собой степени перехода
          количества в новое качество. Однажды возникнув, новое качество, одна-
          ко, не только не исключает свойств предыдущего вида мышления, но,
          наоборот, предполагает их использование, хотя и в виде подсобного,
          подчиненного средства.

          Работа хирурга стала бы, вероятно, невозможной, не обладай он
          способностью наглядно-действенного, а в равной степени и образного
          мышления. Только совместная работа всех видов мышления приведет к
          действительному познанию целей и задач оперативного вмешательства.
          Четко представляя себе взаиморасположение органов и возможные па-
          тологические изменения в определенном месте, хирург намечает план
          предстоящей работы, руководствуясь при этом своими знаниями и опы-
          том прошлой оперативной деятельности. Мысленно проследив пути
          подхода к пораженному органу и подвергнув анализу возможные препят-
          ствия и вероятные осложнения, в чем ему помогает память, в которой
          всплывают некоторые ситуации из прошлого, т.е. активно использовав
          возможности всех видов мышления, хирург наконец приступает к вы-
          полнению операции. В ходе операции различные виды мышления пере-
          плетаются еще более тесно, взаимно друг друга обусловливая, причем
          вопросы практического порядка, возникающие во время операции, иног-
          да носят столь сложный характер, что далеко превосходят по своей важ-
          ности и удельному весу многие конкретные теоретические задачи, стоя-
          щие перед хирургом.

          Таким образом, успешные результаты нашей практической дея-
          тельности, в частности работы хирурга, возможны лишь при участии
          всех трех видов мышления и при условии достаточно развитых практи-
          ческих навыков. Другими словами, содержание, характер и успех выпол-
          нения мыслительной, а следовательно, и практической задачи зависят
          от уровня развития человека, степени его практической подготовки и
          характера течения процессов мышления. Все это находит свое конкрет-
          ное выражение в различных соотношениях ощущений, восприятий,
          представлений, понятий и слов, внешних и внутренних действий, имею-
          щих место в ходе решения поставленной задачи.

          189

          Индивидуальные особенности мышления проявляются в качествах
          ума: самостоятельности, доказательности, глубине, гибкости, пытливо-
          сти, быстроте, творчестве.

          В связи со сказанным надо коротко коснуться понятия интуиции,
          которая со времен Платона рассматривалась как внезапное открытие,
          озарение, свойственное лишь небольшому числу <избранных>. Интуиция
          трактовалась в виде особого дара предчувствия, предугадывания, <вне-
          чувственного познания>, некой мистической творческой активности
          (А. Бергсон). Возникшее впоследствии крайнее направление этой тео-
          рии – интуитивизм – категорически отрицало какую-либо роль прак-
          тики в творческой деятельности человека. Предполагалось, что природа
          созидательных действий, изобретений и иных актов человеческого твор-
          чества находится за границами познания. И там, где возникает стремле-
          ние вникнуть в процесс творчества, творчество автоматически прекра-
          щается.

          С подобными рассуждениями на страницах печати можно встретиться
          до сих пор. Теоретики интуитивизма, ложно истолковывая законы фи-
          зиологии и психологии, тем самым грешат не только против науки, но и
          против практики, которая каждый день, каждый час предлагает нам
          примеры, позволяющие наглядно убедиться в противоположном.

          Интуиция – результат наиболее благополучного, оптимального соче-
          тания факторов и обстоятельств, которые так или иначе способствуют
          мыслительному процессу. К.К. Платонов, изучавший этот вопрос, счи-
          тает, что интуиция – это обобщение сознанием ряда мелких, порознь
          трудно учитываемых фактов, делающееся на основе большого опыта в
          данной области. По мнению Б.М. Теплова, к сказанному следует приба-
          вить исключительную скорость мысли при интуиции. В результате –
          <открытие и озарение> – почти мгновенные умозаключения, тонкие и
          глубокие по содержанию.

          6. НАРУШЕНИЯ МЫШЛЕНИЯ

          Первую классификацию расстройств мышления в психопатологии дал
          В. Гризингер (1845), выделивший расстройства мышления по форме и по
          содержанию; к первым он относил ускорение и замедление мышления,
          а ко вторым – бред. Такое деление патологии мышления сохранилось с
          некоторыми изменениями и до нашего времени, хотя любое деление
          расстройств мышления на группы, как и всякая классификационная
          схема, является условным.

          При ускорении мышления ассоциации поверхностные, количество их,
          возникающее в единицу времени, увеличено, они преимущественно
          механические (по сходству, смежности и пр.). Больной отвлекается от
          основной мысли, легко переключается с одной мысли на другую, не

          190

          заканчивая ответа. Иногда возникает целый <вихрь идей>. Если такая
          <скачка мыслей> происходит помимо воли больного, то это носит назва-
          ние ментизма. Ускорение мышления проявляется и в ускорении речи,
          что обозначается как тахилалия.

          В случае замедленного мышления количество ассоциаций, возникаю-
          щих в единицу времени, уменьшено, их возникновение замедлено,
          мысли, по словам больных, <ворочаются, как жернова>, тяжело и <нехо-
          тя>. Замедленная речь, когда слова произносятся с большими интервала-
          ми, называется брадилалия (в отличие от спигофазии, при которой
          затруднения речи связаны не столько с замедлением ассоциативного
          процесса, сколько с его обеднением, невозможностью быстро вспомнить,
          подобрать необходимое слово).

          У некоторых больных на фоне неизмененной скорости мышления
          (или замедленного, или ускоренного) периодически возникают кратовре-
          менные перерывы, задержки, во время которых мысли отсутствуют
          совершенно – шперрунг.

          Своеобразная форма замедления – обстоятельность. В этом случае
          речь может быть обычной по темпу, однако переход от одной мысли к
          другой совершается крайне медленно из-за <топтания> вокруг несущест-
          венных обстоятельств и излишне подробного описания фактов и собы-
          тий, не имеющих прямого отношения к основной теме рассказа.

          Замедлению мышления способствует также персеверация, т.е. повто-
          рение иди систематическое возвращение к одной и той же определенной
          теме. Персеверация может проявляться как в ответной речи, так и в
          спонтанном повествовании.

          При нарушении грамматической стройности мышления (речи) могут
          быть не связанными между собой отдельные мысли и предложения
          (разорванное мышление), словосочетания (бессвязное мышление) или слова
          и даже слоги (инкогеренция, словесные <салат>, <окрошка>). Бессмыслен-
          ная игра словами, с нанизыванием одного слова на другое и произнесе-
          нием ряда сходных по звучанию слов, часто совершенно бессмысленных,
          называется вербигерацией (например: <весть, ресть, жесть, лесть, несть,
          бесть, честь> и т.д.).

          Нарушаться может и логическая стройность мышления: предложения
          построены грамматически верно, однако суждения основаны на ошибоч-
          ной предпосылке, умозаключения идут вразрез со здравым смыслом, фор-
          мальной логикой и практикой (паралогическое мышление, например: <ка-
          рандаш шестигранный, твердый, потому что днем он освещается со-
          лнцем, а ночью луной>).

          Стройность мышления может изменяться и в связи с одновременным
          возникновением двух взаимоисключающих идей (амбитендентность мы-
          шления).

          Многие больные, избрав определенную тему, никак не могут от нее
          оторваться. Употребляя банальные сравнения, применяя всем известные

          191

          характеристики и <всесторонне освещая вопрос>, приводя доводы, абстракт-
          ные рассуждения, софизмы, больные по существу занимаются <пустослови-
          ем на заданную тему>. Такое мышление называется резонерством
          (патологическое или бесплодное мудрствование). Резонерство не может
          привести к познанию объективной реальности, оно бессмысленно. Напри-
          мер, на вопрос <что такое стол?> больной отвечает так: <стол – название
          непосредственно общежитейское. Предметы по отношению друг к другу
          будут считаться как мертвые. По сравнению с природой можно сказать, что
          стол делают из дерева, а дерево растет и развивается, оно существует в
          природе. Здесь оно погублено и несуществующее, стоящее определенным
          предметом. Оно имеет в виду качество и количество>.

          Объектами аутистического мышления являются исключительно внут-
          ренний мир больного, его переживания. Такие больные замкнуты и
          недоступны, а если и вступают в беседу, то вскоре переводят разговор на
          тему собственных мыслей и представлений, не имеющих реальной про-
          екции и оторванных от действительности.

          Богато клиническими проявлениями символическое мышление. Здоровые
          люди, воспринимая и оценивая предметы, образы реального мира, направ-
          ляют свои мысленные взоры на наиболее важные и ценные с практической
          точки зрения свойства и качества и затем соответственно используют объ-
          ект восприятия (например, цифра 7 служит для обозначения определенно-
          го количества предметов). При символическом мышлении больной обраща-
          ет основное внимание на свойства, имеющие второстепенное значение,
          придавая им особый смысл. Например, та ЖЕ цифра 7 оценивается больным
          как символ: <ни Богу свечка, ни черту кочерга> (<горизонтальная линия
          цифры не МОЖЕТ быть свечкой, ибо к ней присоединена наклонная. Обе
          линии – похожи на кочергу, но, к сожалению, перечеркнуты. Стало быть –
          ни черту кочерга>). Так как фамилия больного состоит из 7 букв (Шутенко),
          а в прошлом он неоднократно <слышал голос> о том, что он <станет вла-
          стелином мира>, то цифра 7 и все ей равное или кратное имеет <определен-
          ный смысл и говорит о том же самом>. Тут и некоторые слова из семи букв
          (планета, спутник и др.), и ряд пословиц (семи пядей во лбу), и суммы букв
          двух слов, имеющих между собой известную связь (Адам – Ева, Бог – черт
          и др.).

          Своеобразный взгляд на мир больного с символическим (разорван-
          ным, аутистическим и др.) мышлением приводит к тому, что, будучи не
          в силах подобрать подходящие слова для обозначения некоторых собст-
          венных представлений и понятий, больной вынужден изобретать новые
          слова-символы – неологизмы (например, словогромкость и т.д.).

          Нарушение содержания, продукции мышления проявляется в виде
          различных идей, в большей или меньшей мере не соответствующих
          действительности: навязчивых, сверхценных и бредовых.

          Навязчивые идеи не только не соответствуют действительности, но
          часто противоречат ей, нередко нелепы по содержанию. Тем не менее

          192

          больной не в состоянии от них освободиться. Навязчивые мысли, как
          правило, сочетаются с другими навязчивыми явлениями (обсессиями) –
          навязчивыми представлениями, сомнениями, воспоминаниями, счетом,
          запоминанием, действиями, влечениями, страхами и т.п. Все они без
          исключения оцениваются больными правильно, <как они того заслужи-
          вают>, и осознаются как нечто лишнее и постороннее, привнесенное
          извне. Поэтому выполняются лишь те навязчивые мысли, желания,
          действия и пр., которые не причиняют ущерба здоровью окружающих и
          не противоречат общепринятым моральным и этическим нормам (напри-
          мер, навязчивое мудрствование, пересчитывание, мытье рук). Часто на-
          вязчивые мысли и желания возникают лишь в обстановке, исключающей
          возможность их выполнения (контрастные обсессии). Серия навязчивых
          действий, выполняемых в определенной, раз навсегда установленной
          больным последовательности, называется ритуалам.

          Сверхценные идеи (переоцениваемые, доминирующие) всегда имеют
          какое-то реальное основание, психологическую проекцию вовне, т.е.
          основаны на действительных фактах, обстоятельствах, которым, однако,
          больной придает слишком большое значение. Несоответствие истинной
          ценности факта и мнения о нем больного им самим не осознается.
          Поэтому развивается кипучая деятельность в связи с имеющейся у
          больного сверхценной идеей (например, изобретательства, ревности,
          необычных качеств собственной личности). В обыденной жизни эти
          больные почти не отличаются от здоровых людей: ходят на работу,
          участвуют в общественной деятельности и различных мероприятиях,
          занимаются садоводством, спортом и др. Критика своих неверных идей
          отсутствует, что не мешает больным замечать скептические взгляды и
          насмешки окружающих. Поэтому свои занятия (переписку с учреждения-
          ми, посещения руководящих работников, редакций газет и пр.) такие
          люди тщательно скрывают и выбирают для них преимущественно сво-
          бодное от других дел время.

          Бредовые идеи – бред – неверное умозаключение, не поддающееся
          разубеждению и возникающее в связи с болезнью. Описываются острый
          бред (например, при делирии), хронический (например, алкогольный
          параноид) и осциллирующий (затухающий и периодически обостряющий-
          ся). Первый обычно не имеет определенной системы, второй – почти
          всегда систематизированный. Бред в своем развитии проходит несколько
          стадий:

          а) бредовое настроение (настороженность)», больной в тревоге, он чего-
          то ожидает и среди образов и явлений окружающего мира постоянно ищет
          подтверждение своим опасениям, объяснение наступившей с некоторых
          пор <внутренней несвободы>;

          6) бредовое восприятие~. некоторые из окружающих больного предметов
          и лиц воспринимаются им <особенно>, хотя больной ничем этого выде-
          ления пока объяснить не может;

          193

          в) бредовое толкование, <особенно> воспринятое все больше и больше
          начинает объясняться больным, приобретает определенный смысл и
          значение;

          г) кристаллизация бреда (И.М. Балинский): воспринятое и истолко-
          ванное бредовым образом организуется в систему, приобретает строй-
          ность и законченность (больному <теперь все стало ясно>);

          д) исчезновение бреда, спонтанное, связанное с лечением или с демен-
          цией.

          Источником, основой для образования бредовых идей могут стать
          сверхценные идеи, а также галлюцинации. Иногда бред – единственное
          остаточное явление только что перенесенного психоза (например, дели-
          риозного помрачения сознания) – резидуальный бред.

          По содержанию бред может быть весьма разнообразен: преследования
          (разновидности – химического, физического, гипнотического воздейст-
          вия; отравления; обвинения; ущерба; обворования и др.); самообвинения,
          отношения (все или некоторые лица, предметы имеют к больному опре-
          деленное отношение); одержимости (<внутри тела сидит бес, что хочет,
          то и делает, даже говорит моим голосом>); метаморфозы (больной, по его
          мнению, превратился в собаку – кинантропия, в волка – ликантропия и
          др.); величия; богатства; знатного происхождения и др.

          Содержание бреда в некоторых случаях может видоизменяться (транс-
          формация бреда). Иногда собственные бредовые мысли и переживания
          приписываются больными окружающим людям (транзитивизм бреда). В
          одних случаях при бреде преобладают элементы рассуждений и умозак-
          лючений (бред толкования), в других – конкретные образы (образный
          бред). В происхождении бредовых идей определенную роль играет основ-
          ной фон настроения (кататимный бред). Некоторые чувствительные
          люди, обладающие повышенной ранимостью, собственные переживания
          интерпретируют бредовым образом (сенситивный бред).

          Бред, как и другие формы нарушения мышления, наиболее часто
          встречается в психиатрической практике – и как составная часть како-
          го-либо синдрома, и как более или менее изолированная психопатология.
          В последнем случае различаются в основном два синдрома: параноидный
          (включает систематизированный бред и соответствующие изменения в
          поведении и настроении) и паранойяльный (систематизированный бред
          при отсутствии нелепых суждений и галлюцинаций – своеобразная
          патологическая интерпретация реальных фактов, событий).

          Бред и выраженные расстройства психики в других сферах сочетаются
          в разных комбинациях. Например, депрессивное настроение, сосущест-
          вуя с бредовыми идеями, образует депрессивно-параноидный синдром.

          В синдроме галлюцинаторно-параноидном сочетаются бред и галлюци-
          нации или другие расстройства акта восприятия, которые часто поддер-
          живают бредовые идеи. В зависимости от характера бреда и
          галлюцинаций различают ипохондрический галлюцинаторно-:тараноид-

          194

          ный синдром (уверенность в несуществующей болезни и висцеральные
          галлюцинации, сенестопатии), парафренный синдром (эмоционально насы^
          щенный систематизированный бред, преимущественно фантастического
          содержания, в сочетании со сложными гаплюцинациями и явлениями
          психического автоматизма), сивдром Кандинского-Клерамбо (взаимососу-
          ществование явлений психического автоматизма и бреда преследования –
          воздействия, уничтожения и др.). Под психическим автоматизмом понима-
          ются такие акты психической деятельности (в одной или нескольких сфе-
          рах), которые совершаются помимо воли и желания больного: либо <сами
          по себе>, либо под влиянием <воздействия извне>. Различные явления в
          сферах мышления, интеллекта и памяти (лносятся к ассоциативному авто-
          матизму (ментизм, <вкладывание> мыслей, <разматывание> воспоминаний
          и др.). В сфере восприятия психический автоматизм представден различны-
          ми видами псевдогаллюцинаций, некоторые из них сочетаются с двигатель-
          ным автоматизмом (<не хочу, а голова запрокинулась назад>; <лежу, не
          шевелюсь, а кто-то будто использует мои уста: с языка сами слетают не-
          слышимые слова>; <рот пустой, но ощущаю, как зубы разжевывают пищу,
          затем она проглатывается и передвигается по пищеводу>). Подобным же
          образом мотут самопроизвольно (или <в связи с посторонним влиянием>)
          возникать, сменять друг друга, исчезать и вновь появляться различные
          чувства, побуждения и другие проявления психической деятельности.

          В патопсихологии Б.В. Зейгарник (1986) выделяет следующие три вида
          патологии мышления: 1) нарушение оиерш^юююй страны мышмчшг, 2) на-
          рушение динамик> мышления, 3) нарушение мпимтногв компонента мыш-
          ления.

          К нарушениям пиера^юнной стороны мышления относятся снижение
          уровня обобщения (в суждениях пациентов оперирование общими призна-
          ками заменяется преобладанием непосредственных представлений о
          предметах и явлениях, установлением конкретных связей между ними) и
          искажение процесса обобщения (установление чрезвычайно общих связей
          между предметами и явлениями, отражающих не существенную, а слу-
          чайную сторону предметов и явлений).

          Снижение уровня обобщений характерно преимущественно для боль-
          ных с различными формами органического поражения головного мозга,
          а также для лиц с интеллектуальной неполноценностью. Искажения
          процесса обобщения наиболее часто встречаются у больных шизофре-
          нией и психопатических личностей, однако частота встречаемости этих
          нарушений у больных шизофренией значительно выше, чем у психопатов:
          так, по данным Б.В. Зейгарник (1986) они встретились у 67,1% обследо-
          ванных больных шизофренией и у 33,3% обследованных психопатических
          личностей.

          Нарушение динамики мыслительной деятельности проявляется в ла-
          бильности или инертности мышления. Лабильность мышления – это
          неустойчивость способа выполнения задания. При этом уровень обобще-

          195

          ния и адекватный характер суждений пациентов, как правило, в целом
          сохраняются. Инертность мышления – это трудности (вплоть до невоз-
          можности) изменения избранного способа работы испытуемого, пере-
          ключения с одного вида деятельности на другой.

          Лабильность и инертность мышления являются в целом неспецифи-
          ческими патопсихологическими феноменами, которые могут быть обна-
          ружены при самых разнообразных психических расстройствах, однако все
          же наиболее часто они встречаются в рамках различных органических
          поражений головного мозга.

          Нарушение мпимтиогв компонента мышления проявляется в виде
          разноплановости мышления, нарушения критичности мышления и нару-
          шения саморегуляции мышления.

          Разноплановость мышления заключается в том, что суждения испыту-
          емых протекают одновременно в разных плоскостях, в разных руслах, в
          качестве основы для выполнения мыслительной деятельности при этом
          выступают совершенно разные посылки.

          Резонерство (нарушени критичности мышления) сводится к <бесплод-
          ному мудрствованию>, к непродуктивным многоречивым рассуждениям,
          к неадекватному стремлению подвести любое явление под какую-либо
          <концепцию>.

          Нарушения саморегуляции мышления проявляются в невозможности це-
          ленаправленной организации испытуемым своих мыслительных действий.

          Описанные нарушения личностного компонента мышления также
          могут встретиться при самых разнообразных нарушениях психической
          деятельности человека.

          7. МЕТОЛЫ ИССЛЕДОВАНИЯ МЫШЛЕНИЯ

          Задача эта представляется весьма сложной уже хотя бы потому, что
          само по себе мышление – процесс многообразный, многоступенчатый и
          изобилует различными вариантами. Особенно важны те характерологи-
          ческие качества, которые мы обязательно должны учитывать при изуче-
          нии мышления у конкретного субъекта. Без знания свойств личности
          достоверные результаты получить невозможно. Следовательно, при оценке
          ассоциаций, понятий, умозаключений, суждений исследуемого необходимо
          проверить весь ход мыслительного процесса, различные его этапы, вникнуть
          в сущность отдельных операций.

          При осмотре пациента обращается внимание как на внешний вид
          больного, так и на его поведение и речь. Больные с бредом величия
          нередко носят <погоны>, самостоятельного изготовления <ордена> и
          <знаки отличия>. Таким больным свойственны горделивый вид, повели-
          тельный тон в обращении с окружающими. Защищаясь <от воздействия>,
          больные с бредом преследования совершают различные ритуалы или
          носят при себе амулеты и имеют <защитные приспособления>. Так, в

          196

          клинику бык доставлен больной (аспирант-физик), который, <спасаясь
          от преследователей, скрылся из Москвы>. С целью защиты <от облуче-
          ния> больной привязал к спине подушку, а к животу сковородку и оделся
          в вывернутый мехом вверх тулуп. Другая больная постоянно держала над
          головой кусок клеенки, <предохраняя> себя от <воздействия электромаг-
          нитных волн>.

          При религиозном бреде больные носят с собою <живые мощи> и
          переписанные молитвы, прикрепляют к одежде <священные знаки> –
          крести, изображения святых и т.п. Подобные же символы могут быть
          нарисованы или вытатуированы на коже. Один больной с религиозным
          бредом наносил себе повреждения (кровоподтеки, царапины) и так
          усердно молился, что в области лба в конце-концов обозначилась значи-
          тельная припухлость.

          Нами наблюдался больной с бредом значения, не разрешавший до-
          страгиваться до правой половины тела, так как это <может принести
          несчастье> прикасающемуся к нему человеку.

          Больные с бредом преследования, уничтожения, постоянно опасаясь
          за свою жизнь, насторожены, подозрительны, недоверчивы, следят за
          каждым движением окружающих. Если удается установить с ними кон-
          такт и больные начинают верить, что собеседник не опасен и желает им
          только добра, то тогда становится возможным узнать о сложных системах
          запоров и замков в их квартирах, о ножах, шилах, гирьках, которые
          больному приходится носить с собой с целью возможной самообороны.
          При бреде отравления больные отказываются от приема лекарств и пищи,
          при бреде обворовывания – собирают в узелки свои вещи, постоянно
          носят их с собой и даже закалывают в землю.

          Соответствующее какому-либо животному поведение больного укажет
          на наличие бреда метаморфозы (больной передвигается на четвереньках,
          лает, рычит и т.п.).

          При навязчивостях можно заметить некоторые лишние движения,
          жесты, вынужденные позы, вытекающие из характера навязчивости.
          Например, больной все время держит пальцы рук сомкнутыми или руки
          сложенными на хруди, чтобы не взять какой-либо мелкий предмет и
          <незаметно для себя не проглотить его>. Специфические движения со-
          вершают также больные с символическим мышлением и явлениями
          психического автоматизма.

          Если нарушения мышления входят в состав какого-либо синдрома, то
          при осмотре обнаруживается соответствующая патология (например,
          депрессивность, галлюцинации).

          Речь больного с расстройствами мышления иногда очень показатель-
          на. Особенно рельефно проявляется замедление: ответы даются с задерж-
          кой, после многократного повторения вопроса. Внезапные остановки в
          речи больного свидетельствуют о явлении шперрунга. В других случаях
          о <закупорке мыслей> больные сообщают самостоятельно. Характерна

          197

          также речь больных с обстоятельным мышлением: несмотря на вновь
          заданный вопрос, больной продолжает разговор в плане предыкущей те-
          мы. Скорость возникновения и качества ассоциаций можно определить
          в ассоциативном эксперименте. В спонтанной речи больного легко
          можно отметить персеверацию, разорванность и ее виды и другие так
          называемые формальные расстройства ассоциативного процесса. Имеют
          также значение лаконичность или распространенность ответов, богатство
          словарного запаса и смыслового содержания и пр.

          Патология суждения в спонтанной речи проявляется не всегда, поэ-
          тому больному следует задать специальные вопросы: об отношении к
          нему окружающих (раньше, теперь, дома, на улице и др.), о самочувствии,
          деятельности внутренних органов, о наличии страхов и опасений и т.п.,
          не делая специального акцента на возможности постороннего воздейст-
          вия, преследования, лишения его жизни. Более конкретно можно рас-
          спрашивать о навязчивостях, ибо критика к ним остается во всех случаях.
          Наоборот, большие затруднения могут возникнуть, если беседа ведется с
          больным, у которого имеются сверхценные идеи. Нужен большой тахт и
          осторожность в выражениях, вопросы следует ставить обдуманно, не
          сразу касаясь в них существа болезненного расстройства мышления.
          Только при таком подходе удается вызвать бального на откровенный
          рассказ о его переживаниях и идеях. Сказанное особенно относится к
          случаям налаживания контакта с <изобретателями>.

          В процессе разговора с больным нередко встречаются затруднения,
          например, при склонности больного кдиссимуляции (утаиванию) имею-
          щихся бредовых или других идей. Такие больные всячески уходят от
          прямых ответов, переводят разговор на другую тему или пытаются <объ-
          яснить> свои неправильные, нелогичные поступки (<из дома не выхо-
          дил – гриппом болел>, <жену побил – мало ли ссор не бывает в семье>,
          <не сплю ночью – живот болит, часто хожу в туалет>). Обследованию во
          многом помогает систематическое наблюдение за поведением больного.

          Если все-таки удалось установить наличие заблуждений, неправиль-
          ных идей, отражающихся на поведении больного, необходимо их диффе-
          ренцировать, в частности выяснить отношение к ним самого больного
          (сейчас, в прошлом) и окружающих (дома, на работе).

          О расстройствах мышления можно судить по письмам и рисункам
          больных: <изобретатели> или <рационализаторы> обращаются со своими
          предложениями в различные инстанции (а затем и с жалобами в различ-
          ные органы власти и прессу), <преследуемый преследователь> пишет
          заявления в органы юстиции, государственной безопасности. Особенно
          содержательны бывают письма больных с бредом обворовывания и
          ущерба, в которых подробному описанию <попорченных>, <украденных>
          вещей и предметов, способов, которые <используются для этого>, уделя-
          ются целые страницы. В конце письма нередко высказываются удивление
          по поводу того, что <несмотря на многолетние наблюдения и постоянную

          198

          слежку>, больному до сих пор <не удалось> поймать вора или <застать на
          месте преступления> человека, который портит его вещи, продукт или
          причиняет другой материальный ущерб.

          Рисунки, схемы и письма больных с символическим мышлением тоже
          весьма характерны. В равной степени по письмам больных можно судить
          о наличии разорванности, персевераций, неологазмов и др.

          В диагностике расстройств мышления очень шщюко используются
          различные методики патопсихологической диагностики. Основными из
          них являются: складывание картинок из отрезков, понимание рассказов,
          понимание сюжетных картин, установление последовательности собы-
          тий, классификация предметов/понятий, исключение предметов/поня-
          тий, выделение существенных признаков предметов и явлений,
          образование аналопий (простых и сложных), определение и сравнение
          понятий, формирование искусственных понятий (методика Л.С. Выгот-
          ского, Л.С. Сахарова), понимание переносного смысла пословиц и мета-
          фор, методика пиктограмм, подбор слов-антонимов, ассоциативный
          (словесный) эксперимент, методика Титце. Все эти методики, давая
          представление об общем состоянии протекания мыслительных процес-
          сов, вместе с тем имеют и свои индивидуальные специфические возмож-
          ности в оценке тех или иных сторон расстройств мышления, в том числе
          и при различных психопатологических состояниях. Например, методики
          изучения аналогий очень чувствительны к нарушениям динамики мыс-
          лительного процесса; для диагностики нарушений мышления при шизо-
          френии наиболее оптимальными (в зависимости от давности протекания
          шизофренического процесса) являются методики классификации, ис-
          ключения и пиктограммы и т.д.

          Подробное описание указанных выше методик приводится в специаль-
          ных руноводствах по патопсихологической диалюстике, там же приводятся
          особенности использования патопсихологических диагаостических методик
          при различных нервно-психических и соматических заболеваниях.

Предисловие (Глава 1 Глава 2 (2-2) Глава 3 Глава 4 Глава 5 Глава 6 Глава 7 Глава 8 Глава 9 Глава 10)



[Комментировать]